Ukr Story

Этот удивительный случай из жизни мне рассказала моя бабушка, которую я часто навещаю в деревне. Однажды мы долго не виделись — я два года работала заграницей и когда вернулась домой, то первым делом поехала к своей любимой бабуле. Я уже несколько дней гостила в деревне, когда вдруг заметила, что ещё ни разу не видела Марию Васильевну — бабушкину соседку из дома напротив. Мне всегда нравилась эта отзывчивая пожилая женщина, великая труженица.

— Бабуль! А где же твоя подружка Мария Васильевна? За неделю ни разу не зашла. С ней ничего не случилось? — Забеспокоилась я.

Бабушка посмотрела на меня с удивлением:

— Так она уже больше года в доме престарелых живет. — И спохватилась. – А, так ты же ничего не знаешь! Так слушай.

И бабушка рассказала мне эту историю.

Как я уже упоминала баба Маша всегда трудилась не покладая рук. Никто из односельчан ни разу не видел ее без дела — то на грядках возится, то в саду, то корову из стада встречает, то пироги печет — угостит полдеревни, то с двумя ведрами черешни ранним утром на автобус бежит. Свежие овощи и фрукты, зелень, куриные яйца, платки из козьего пуха, сметану -все подряд возила Мария Васильевна в районный центр и продавала на рынке, и каждую денежку бережно складывала в жестяную коробку из-под печенья. Не для себя складывала – самой ей много ли надо — для единственного сына Валерия, для невестки Зины и для внучки Сашеньки. Сын с женой жили в городе в трех часах езды, навещали мать регулярно. С огородом или живностью не помогали, зато за деревенскими харчами приезжали исправно. Бывало, так багажник машины набьют — аж колеса проседают.

Годы шли и стала Мария Васильевна потихоньку стареть, болеть — то спину прихватит, то ноги крутит, то натруженные руки в суставах сводит, то давление зашкаливает. Постепенно стала она всю животину переводить, в огороде оставила себе пару грядок, а на остальном участке разрешила соседям картошку сажать. Сын Валера в гости наведывался все реже, а его жена Зинаида и вовсе приезжать перестала — взять-то больше с деревенской мамаши нечего.

Когда у бабы Маши стало резко падать зрение — она испугалась, позвонила сыну попросила ее городским врачам показать. Приехал Валера, забрал мать. Зина этому событию не особенно была рада – видеть свекровь, но вида не подала, пригласила освежиться с дороги, накормила. Валерий предложил матери пройти полное обследование. В поликлинике провели целый день, потом в аптеку заехали за лекарствами — возвращаться в деревню было уже поздно. Невестка, узнав, что баба Маша останется на ночь, уже не скрывала своё разочарование, пошла на кухню ужин готовить — так посудой зазвенела, чуть барабанные перепонки не лопнули.

В это время к ним на минутку заглянула пожилая соседка, увидела гостью – обрадовалась:

— Мария Васильевна! Давно же вас тут не было! Надолго приехали? Уже завтра уезжаете? А идемте ко мне — чайку попьем, да посидим.

Проводив мать к соседке Валера заглянул на кухню к жене:

— Зин, я пока матери нет поговорить.с тобой хотел.

Но судя по голосу, этот разговор Зинаиде уже заранее не нравился.

— Мать-то совсем сдала, — начал муж, — в больничке были, так болячек нашли целый букет, ноги говорит, так болят, что ели ходит…

— Так она не молоденькая, чтобы наперегонки бегать-то. Что ты хотел — это старость.

— Вот и я о том же! — Радостно подхватил Валерий. — Квартира у нас 3-комнатная, Сашка с мужем столице живут, сюда вряд ли вернутся…

— Подожди! К чему ты клонишь? — Зинка даже резать морковку перестала. – Ты хочешь сюда ее взять что ли? Ты совсем офонарел? Квартира трехкомнатная, и что?!

— Но не в дом же престарелых? – Валера недоумевал. — Между прочим, в этой квартире пару комнат из мамкиной черешни и клубники сложены, которой она каждое лето торговала!

— Ты попрекать меня еще этим будешь?! — Разозлилась жена. – Мать твоя не чужим людям помогала, а родному сыну и внучке!

— Жестокая ты баба, Зина! — Горестно вздохнул муж. – Думал, заберем мать — будем жить не тужить — у нее дом-то, какой добротный крепкий, на века! Цену хорошую дадут – можно машину поменять, в Турцию отдохнуть съездить…

— Да пусть она подавится своим домом! — Заорала Зинаида. — На недельку за границу сгоняем, а потом я лет десять буду горшки за ней таскать! Рабыню Изауру нашел!

— Да ты что такое говоришь, дурра! – вспылил Валера и вдруг, увидел на пороге Марию Васильевну.

В кухне стало так тихо словно все вокруг оглохли.

— Мам, ты давно тут стоишь? -Пролепетал сын.

— Да я только что вошла. — Ласково улыбнулась мать. – Очки возьму — мы там с Катей альбом смотрим. Да, я совсем забыла, сынок, я ж предупредить вас собиралась. Я тут через месяц в дом престарелых переезжаю — ты мне уж с вещичками помоги.

Валерий не мог вымолвить ни слова. Зато его вторая половина засуетилась:

— Да поможет конечно, и я приеду с ним все что надо погрузим, все перевезем. Вот и правильно решили со своими ровесниками-то веселее жить, чем одной.

Районный дом престарелых, куда заботливый сын с женой привезли Марию Васильевну, вызвал у Валерия противоречивые чувства. Нет спору — персонал замечательный, директор человек добродушный, душевный, сразу видно — к старикам тут относятся с заботой и теплом. Однако само здание приюта давно требовало ремонта. Линолеум в коридорах весь в проплешинах, из окон дует, в комнате отдыха кроме сломанного телевизора и ветхих кресел ничего нет…

Комнатка у Марии Васильевны оказалась маленькая, сырая, кровать продавленная, стулья расшатанные, но мать даже виду не подала, что ее удручает такая обстановка.

— Ничего, мам, — сказал Валерий, — я тебе тут такой ремонт отгрохаю – все обзавидуются, в отпуск пойду и отгрохаю. Ну, давай не скучай, скоро навестим, жди в гости.

О своем обещании Валерий вспомнил только через полгода, когда Зинаида напомнила, что надо что-то решать с родительским домом, сейчас лето — самое время продать.

Директор ничем не упрекнул редких гостей, очень тепло рассказывал о Марии Васильевне.

— Вы, прежде чем на второй этаж подниматься, зайдите в комнату отдыха — может ваша бабушка там с подружками телевизор смотрит. Пойдемте, я вас провожу.

В комнате отдыха матери не было. Оглядевшись вокруг, сын даже присвистнул:

— О, да у вас тут какую красоту навели! Диван и новые кресла, телевизор вон на всю стену, цветочки везде – красотища! В копеечку ремонт обошелся?

— Вашей маме спасибо! — Улыбнулся директор.

— Маме? — Валерий покачал головой. — Она-то здесь причем?

— Так вся эта красота на ее деньги куплена.

— Откуда у бабки такие деньги? — Рассмеялась Зинка, а потом вдруг охнула. – Валера! Это она дом наш продала…

Мария Васильевна со спокойной усмешкой смотрел она разгневанных родственничков, которые наперебой забрасывали ее упреками и обвиняли в эгоизме.

— А что вы так переполошились? Я ж не ваш дом продала, а свой. Имею право! Мне тут хорошо, тепло, весело, вот и захотелось что-то подарить хорошим людям. — Баба маша с хитринкой посмотрела на красную от злости Зинаиду. — Ведь лучше дом продать и народ порадовать, чем им подавиться, правда Зин? Зина опустила глаза и пол и выскочила на улицу.

Изменить уже ничего было нельзя.

Василий обошёл автомобиль, проверяя пломбы. Поездка предстояла дальняя, почти два дня пути. Он чувствовал себя бодро: выспался, пока ждал загрузку. Погода тоже благоприятствовала. Надеяться на удачу в дороге было не принято, но он всё-таки рассчитывал вернуться к выходным, чтобы провести время с дочерью в парке.

— Машина у него битком, — заметила дочь Нина, когда отец отъезжал от дома.

Отношения между мамой Василия и её внучкой оставляли желать лучшего. Нина, хоть и не подарок, но десять лет — слишком мало, чтобы оставлять ребёнка дома одну на долгие недели. Да и поднимать дочь в школу было задачей сложной: бабушка слишком оберегала её, позволяя побездельничать по утрам…

***

— Хорошей дороги, — пожелала диспетчер, вручая ему документы.

— Спасибо, — ответил он, удаляясь.

Большая машина с рычанием выехала из ворот, впереди лежали тысячи километров. С одной стороны, это было тяжело — долгие поездки отражались на нём и дочери нервными переживаниями, хоть он и знал, что она не одна, а с бабушкой.

После семейной трагедии Нина изменилась, замкнулась в себе и почти перестала улыбаться.

С другой стороны, долгие рейсы приносили хорошие деньги, а средства семье были нужны. Нина часто болела: простуда перешла в астму, на лекарства уходило немало денег. Затем появились проблемы с сердцем. В последнее время её здоровье стабилизировалось, но Василий не осмеливался радоваться.

После исчезновения Оли Нина даже в больницу попала. Тогда Василий не знал, что делать: бегать ли в полицию с просьбой усилить поиски жены или оставаться с дочерью. Мать вместо помощи ещё и нервы ему трепала.

— Я же тебе говорила, что Оля изменилась. Не удивительно, что сбежала с кавалером, — внезапно заявила она.

— Мам, о чём ты говоришь? Оля никогда бы нас не бросила, — отмахивался Василий.

Но мать продолжала нести ерунду:

— Бабе, когда шлея под хвост попадает, некогда задумываться…

— Мам, пожалуйста, прекрати! Нина не должна такое слышать.

— Надо бы ей сразу всё объяснить, — упрямо продолжала она.

После этого Василий и мать сильно поругались и перестали общаться. Она даже не спрашивала, как там Нина. Ему пришлось идти на поклон, ведь нужно было работать, ездить в рейсы, и не на кого было оставить дочь. В итоге он решил поговорить с матерью.

— Я приехал не для того, чтобы ругаться. Мне нужно уехать, а оставить Нину не на кого.

С момента исчезновения Оли прошёл год. Полиция только разводила руками, говоря, что иногда люди пропадают и не находятся никогда.

Оля ушла, даже не взяв паспорт, в то время как Нина была в школе, а Василий — в гараже. К любовникам так не уходят.
Он так и не смог понять, что произошло. Оля изменилась незадолго до пропажи: похудела, стала более заботиться о своём внешнем виде, начались продолжительные разговоры по телефону… Несколько раз он случайно застукал её за странными звонками.

Она тут же отключала телефон, говоря, что разговаривает с подругой. Хотя он даже не спрашивал, с кем именно. В памяти всплывали моменты, когда мать Василия была категорически против его брака с Ольгой, утверждая, что род у неё нездоровый и что дети будут слабыми. Ольга была сильно обижена такими словами, но никогда не перечила свекрови.

Мать Василия ничего не знала о семье Ольги, только слышала, что они рано ушли из жизни, и решила, что это из-за болезни. Василий не раз пытался поговорить с матерью, но та не принимала Ольгу. В конце концов, Ольга сама попросила его:

— Вася, не надо. Пусть всё остаётся, как есть, не трогай беду, пока она не трогает нас.

Они прожили вместе больше девяти лет, и со временем мать вроде бы успокоилась.

Василий нажал на газ, оставалось сто километров до стоянки, где он планировал немного отдохнуть. На следующий день его приветствовало утреннее солнце. Он отправился в путь на рассвете, чтобы на дороге было меньше машин. Всё шло гладко, и он успешно миновал многолюдные места. Машина ехала весело и без проблем.

Под вечер, когда до дома оставалось совсем немного, он решил остановиться у придорожного магазина, который так любила Нина. Она обожала деревенские продукты, те, что хранились в баночках, перевязанных верёвочками, словно из старых фильмов. У дочки не всегда был хороший аппетит, но такую еду она ела с удовольствием. Холодильник в машине работал исправно, так что Василий не переживал за сохранность купленных продуктов.

Ряд стеллажей с румяными бабушками, продающими свои товары, привлёк его внимание. Он прошёл мимо, потягивая носом от различных ароматов. Одна из бабулек с добрыми глазами и аккуратным платочком на голове сразу привлекла его. На её прилавке стояли молоко, сыр, маринованные огурцы и свежие овощи. А яблоки казались невероятно крупными.

— Яблоки? Но ведь ещё рано для них… — удивился Василий.

— Это особый сорт, ранний, но очень вкусный, — ответила бабушка.

Василий с улыбкой купил всё, что было у неё на прилавке, и, уплатив, уже собирался уходить, как его взгляд зацепился за кулон на её шее. Обычный кулон, но…

Это был кулон Оли. Он знал это точно, ведь сам придумывал его дизайн и заказывал на годовщину свадьбы. На кулоне были выгравированы три буквы — О, В и Н — их имена.

Его охватил ледяной холод: по спине потекли капли пота. Он заставил себя успокоиться, чтобы не наломать дров. Возможно, бабушка просто где-то купила этот кулон. Но как это могла сделать деревенская жительница? Василий направился к машине, его мысли лихорадочно метались. Он знал, что нужно звонить в полицию раньше, чем торговки разбегутся и следы исчезнут.

Василий решил последовать за женщиной, когда она закончит торговлю, чтобы потом поговорить с ней у неё дома и выяснить правду. Ждать пришлось недолго, потому что товара у старушки уже не было. Через минут десять она аккуратно сложила свои вещи, попрощалась с соседками по рынку и направилась по тропинке. Василий оставил небольшую дистанцию между собой и пожилой женщиной, не подавая виду, что следует за ней.

Вскоре он увидел деревню с несколькими домами. Бабушка подошла к крыльцу одного из них, оглянулась и вошла внутрь, оставив дверь неприкрытой. Это могло означать, что в доме кто-то есть, но Василию было всё равно. Он должен был выяснить, откуда у неё кулон. В наступившей тьме на улице, в её доме зажёгся свет, и Василий, как тень, прокрался к калитке и вошёл.

Увидев его, бабушка, занимающаяся продуктами у стола, испуганно схватилась за сердце:

— Господи, что вам нужно? Вы что, шли за мной с самого рынка?

— Да, шёл именно оттуда. Вопрос хочу задать, — сказал он, пытаясь быть спокойным.

Бабушка взглянула на него подозрительно:

— Молоко свежее, не беспокойтесь.

— Да нет, дело не в молоке. Откуда у вас кулон, который на шее? — спросил Василий.

Женщина прикрыла кулон ладонью:

— Этот подарок мне одна добрая женщина подарила.

— Не Оля ли её имя?

Василий выпалил, и бабушка немного расслабилась:

— Ты не Вася, часом?

У Василия защемило сердце, и он, опустившись на колени, взмолился:

— Пожалуйста, если знаете, где Оля, скажите!

Бабушка помогла ему подняться:

— Ну что ты тут удумал? Давай-ка садись, поговорим.

Василий с трудом сел на стул, а бабушка подала ему чай:

— Пей, успокойся.

Он рывком глотнул, обжёгся и почти вскрикнул:

— Да скажите же, не томите!

Бабушка глубоко вздохнула:

— Говорила я ей, что эта затея обречена. Не надо себя мучать.

Василий выронил чашку, но хозяйка не придала этому значения:

— Нашла я её год назад. Вся избитая жизнью, не знала, куда идти. Спрашиваю её, кого ищет, а она мне: «Смерть.» Не могла же я её в таком состоянии оставить. Привела сюда, накормила, одела. И тогда она мне призналась, что диагноз у неё неутешительный. Вся в страхе перед будущим, а тебе значит, не рассказывала… Свекровь ей посоветовала уйти, чтобы дочка такой ужасной болезни не видела и чтобы не заразилась.

— Не могу поверить, что мама могла так сказать. — Василий был потрясён.

— Да и я подумала, здравый человек такого не сделает, но вам самим разбираться. Оля жива. Думаю, и не всё так плохо, но лечиться надо. А она не хотела обузой вам быть.

Василий встал на дрожащих ногах:

— Где она сейчас? Не знаю, как она могла подумать, что станет нам обузой.

Бабушка, замерев с платком в руках, на мгновение задумалась:

— Знаешь, Василий, если бы не видела твоих мучений, ни за что бы не проговорилась…

Бабушка провела его в соседний крошечный домик. Из потёмок раздался дряхлый голос:

— Кто там?

— Это свои, Дусь, свои, — ответила бабушка и первой вошла в комнату, за ней последовал Василий. Едва зайдя, он заметил Олю, которая полулежала на диване — бледная и худая, но живая.

Он скорее выдохнул, чем произнёс её имя:

— Оля!

Она подняла на него испуганный взгляд:

— Васенька, зачем ты здесь? — и разразилась слезами.

Василий бросился к ней:

— Как ты могла так поступить? Как ты вообще могла такое подумать?

***

Жители деревни, ранее не видевшие такой внушительной машины, высыпали из своих домов, чтобы посмотреть. Для них большегруз на узкой дороге был настоящим событием. Василий, сидя за рулём грузовика, был готов проехать хоть тысячу лишних километров, лишь бы Оля была в порядке. Соседи помогли посадить её в машину, потому что сил у неё почти не оставалось.

Когда Оля немного отдохнула и выспалась в салоне, она начала рассказывать:

— Как только стало плохо, я сразу поняла, в чём дело. Не знаю, как, но поняла. Пошла к врачам — подтвердили все мои страхи. Рак. Я не стала тебе ничего говорить, решила обсудить с твоей мамой. Врачи говорили, что лечение займёт много времени, может даже год, а может и больше. Ваша мать накричала на меня, назвала эгоисткой, сказала, что теперь ты должен оставить работу и, возможно, мы лишимся важных доходов ради меня. Я подумала: зачем? Болезнь-то неизлечима. Долго решалась, но когда врач позвонил и сказал, что я теряю драгоценное время, подумала — пора. Просто ушла в лес, чтобы не нашли. И тут, видишь, бабушки не дали мне исчезнуть.

Василий открыл дверь своим ключом, сначала внёс вещи, затем помог Оле войти.

— Завтра утром срочно в больницу, но сегодня уже ночь.

Нина, услышав шум, выбежала из своей комнаты:

— Папочка, мама! — завизжала она и бросилась к Оле. Они обе расплакались, сидя на полу.

Мать Василия появилась в дверях, огляделась и, схватив куртку с вешалки, резко сказала:

— Ну, теперь без меня разгребайте, — и захлопнула дверь.

Василий вздохнул:

— Даже к лучшему, обойдёмся без скандалов. Справимся сами, правда, девчонки? Всё у нас будет хорошо.

***

Через два года врач объявил:

— Поздравляю, у вас стойкая ремиссия. Пусть это останется в прошлом, как страшный сон.

Оля согласно кивнула и согласилась, как можно не забыть, когда самые дорогие люди — муж и дочь — заключили её в объятия.

Татьяна была обычной девушкой, которая жила в небольшой деревушке, каких великое множество. Ей уже исполнилось 27 лет, и по деревенским меркам этот возраст считался достаточно солидным для незамужней женщины. В те времена, о которых идёт речь, женщина должна была выйти замуж до определённого возраста, иначе её репутация страдала, и её начинали называть старой девой.

Внешности Татьяна была обыкновенной, не дурнее других, да только не было у неё ни отца , ни матери, жила она в доме тётки. Вот никто и не хотел брать в жёны бесприданницу.

Так бы и прожила Татьяна всю жизнь незамужней, если бы в соседнем селе не нашёлся мужчина, который к ней посватался.

Фёдор был мужчиной средних лет. После службы в армии он не вернулся в родное село, а решил остаться на сверхсрочную.

Через несколько лет службы с ним произошёл несчастный случай — Фёдор повредил глаз и был вынужден уйти в отставку. Когда он вернулся в родной дом, родителей уже не было в живых.

Добрые люди посоветовали ему посвататься к Татьяне.

Соседи не считали Фёдора завидным женихом. У него не было ничего, кроме старого дома-пятистенка. Ни скота, ни лошади, ни птицы. А после несчастного случая, который произошёл с ним во время службы, у Фёдора остался шрам через всё лицо — от лба до уха.

Но Татьяна с радостью приняла его предложение. Ей надоела жизнь в доме сварливой тётки, а отношения с двоюродной сестрой были хуже некуда.

Татьяна и Фёдор зажили счастливо. Фёдор оказался трудолюбивым мужчиной, а Татьяна — прекрасной хозяйкой. Они завели коз и двух коров и стали делать вкусный сыр и творог. Фёдор продавал их в городе на ярмарке.

Фёдор баловал свою жену подарками. Всякий раз, возвращаясь из города, он привозил ей отрез на платье, красивый платок или медовые пряники.

Татьяна надышаться не могла на мужа. Она расцвела и похорошела. Соседки завидовали ей и говорили: «Какая же ты счастливая, Танюша! А мы были такими глупыми и не разглядели, какой замечательный человек Фёдор». Татьяне было приятно слышать это, и она искренне любила своего мужа всем сердцем.

Одно только омрачало жизнь супругов — не было у них детей.

Гроза
Однажды Фёдор возвращался из города домой в сильную грозу. Мужики из деревни не рискнули ехать в такую непогоду и решили заночевать на постоялом дворе. Но Фёдор очень спешил к своей жёнушке и отправился в путь.

Дорога шла через лес. Гроза разбушевалась не на шутку: лошадь всхрапывала, гром гремел, сверкали молнии. Одна из них ударила в высокую ель и расколола её до основания. Половина дерева упала на подводу, которой управлял Фёдор, и придавила его насмерть.

Татьяна осталась одна и безутешно горевала по Фёдору, проливая слёзы днём и ночью. Из дома она теперь выходила только повязав голову чёрным платком. Близких подруг у неё не было, да пока они жили с Фёдором, она и не нуждалась в них: им хватало общения друг с другом.

Видя, как молодой вдове трудно справляться с горем в одиночестве, деревенские женщины стали приглашать её на посиделки. Каждый вечер, закончив домашние дела и уложив детей спать, они выходили на улицу, лузгали семечки и обсуждали своё житьё-быльё.

Татьяна неохотно присоединялась к ним. Она садилась на скамейку рядом с соседками и слушала их разговоры о мужьях и детях. Это помогало ей отвлечься от своего горя. Однако, вернувшись в пустой дом, она снова начинала тосковать и вспоминала мужа.

Наступил ещё один вечер. Женщины собрались на лавочках. Татьяна тоже вышла на улицу. Как обычно, они вели разговоры на деревенские темы. Вдруг одна из селянок показала рукой на горизонт — со стороны леса на деревню надвигалась огромная чёрная туча. Засверкали молнии.

Иллюстрации к рассказу “Деревенские истории. Вдова” созданы автором
Особенно яркая и большая молния, похожая на стрелу, быстро пронеслась через грозовой фронт и ударила в то место, где располагался двор Татьяны, образовав сноп искр. Все вскочили со скамейки и стали смотреть в ту сторону, но пожара не произошло, и женщины поспешили по домам.

Пошла к себе и Татьяна.

Ночной гость
Татьяна затворила за собой калитку и так ей стало тоскливо, что она налила себе стакан браги, которую ещё покойный Фёдор ставил. Выпив, женщина легла на кровать и уснула.

Сколько она спала, Татьяна не знала, но проснулась от стука в дверь. За окном всё ещё бушевала гроза. Во время грозы электричество в деревне всегда отключали, поэтому Татьяна зажгла старую керосиновую лампу, которая стояла на комоде специально для таких случаев. Ещё не до конца проснувшись, Татьяна открыла дверь и увидела на пороге Фёдора. Сердце женщины забилось от радости. Она бросилась визитёру на шею, не понимая, сон это или реальность. Фёдор вошёл в дом.

Женщина принялась накрывать на стол, как делала всегда, когда муж возвращался из города. Фёдор, не говоря ни слова, сел, поел угощение, которое поставила перед ним женщина, затем молча прошёл в комнату и лёг на супружескую кровать. Татьяна погасила лампу и легла рядом, отвечая на его ласки. Женщина чувствовала себя счастливой.

Утром, проснувшись в одиночестве, Татьяна с трудом пыталась вспомнить, что произошло. Из-за головной боли она не могла сосредоточиться, и воспоминания казались ей нереальными. Молодая женщина восприняла всё произошедшее как сон. Сочувствуя себе, она привычно всплакнула о своей вдовьей доле и занялась домашними делами.

От ночной грозы не осталось и следа. Воздух был свеж и прохладен. Накормив и подоив скотину, Татьяна отправилась в огород полоть грядки и прозанималась этим весь день. Но ночное происшествие не выходило у неё из головы, поэтому она решила пойти на посиделки и послушать, что скажут другие женщины, когда она расскажет им о том, что ночью ей привиделся Фёдор.

Вечером на лавочке собрались соседки, как обычно они обсуждали детей, мужей и новости. Среди них была Татьяна. Она из женщин выслушав её рассказ о загадочном событии, сказала, что слышала похожую историю от своей матери. После этого она сама начала рассказывать.

«В соседнем селе молодая женщина сильно тосковала по своему умершему мужу. Однажды он начал навещать её по ночам в образе живого человека.

Накануне местные жители говорили, что видели над селом молнию, похожую на гигантскую стрелу.

Вдова жила со свекровью и свёкром, но они не знали, что их сноху посещает умерший сын. Она им ничего не рассказывала. Только она слышала стук в дверь по ночам и выбегала к нему в сени. Там она обнимала и целовала мужа, а утром тихонько возвращалась в свою комнату. Так продолжалось всё лето.

Потом наступили холода. Очередной ночью, когда все уже спали, стук разбудил её. Она поняла, что это муж выманивает её из тёплой постели, и выскочила к нему прямо в ночной рубашке.

Рано утром свёкор вышел в сени и увидел, что его сноха крепко обнимает столб, который поддерживал крышу. На её лице застыла счастливая улыбка. Она была мертва и примёрзла к этому столбу.».

Всем сидящим стало жутко от такой истории и, они пристально, с подозрением, посмотрели в сторону Татьяны. У неё сильно заколотилось сердце, но она промолчала.

На село надвигались сумерки. Сегодня женщины больше молчали, каждая думала о своём.

Вдруг небо над почернело, а затем стрелой над лесом пронеслась молния и ударила на окраине села.

Одна из женщин не сдержалась и воскликнула: «Татьяна, это Фёдор к тебе летит!»

Предыдущий рассказ сильно впечатлил женщин, они были напуганы и поспешили вернуться в свои дома.

Татьяна тоже вернулась домой и стала с тревогой ожидать чего-то необъяснимого, что не укладывалось у неё в голове. Её раздирали противоречивые чувства. С одной стороны, ей хотелось хотя бы на мгновение снова увидеть своего любимого мужа, а с другой — её охватывал панический страх. Татьяна прилегла на кровать и незаметно для себя задремала.

Раздался стук. Татьяна с замирающим от страха сердцем открыла дверь… На пороге стоял Фёдор. Все мысли мгновенно улетучились из её головы, и она, как при жизни Фёдора, полила ему воды на руки, подала полотенце и пригласила поужинать.

Фёдор молча поел и снова направился в спальню. Лёг на постель, Татьяна прилегла рядом. Она уже не могла понять, спит она или бодрствует… Пелена окутала её сознание, и она, как и в прошлый раз, отдавшись чувствам, погрузилась в приятное забытье.

Проснувшись утром и вновь оказавшись одна, она почувствовала такую глубокую тоску и страх перед одиночеством, что ей захотелось покончить с жизнью. Однако, поплакав, она пришла в себя и решила обратиться за советом к пожилой женщине, живущей неподалёку от её дома.

Ведунья
Завершив домашние дела, она отправилась к соседке и поведала о событиях последних двух ночей, попросив совета. Мудрая женщина внимательно выслушала её и порекомендовала обратиться к ведунье. Перед этим она рассказала ей похожую историю.

«Одна молодая женщина похоронила мужа и безутешно горевала по нему. Она постоянно причитала, как хотела бы его увидеть, обнять и приласкать.

И вот однажды ночью кто-то постучал в её дверь. Открыв, она увидела мужа в красивой новой рубахе. Женщина словно окаменела и боялась сдвинуться с места. Покойный немного постоял, а затем исчез.

Так стало продолжаться каждую ночь, женщина уже и сама была не рада таким визитам. Как только время переваливало за полночь, раздавался стук в дверь и на пороге появлялся супруг. Каждый раз он был в новом наряде, и, постояв немного, исчезал.

Вдова, опасаясь потерять рассудок, обратилась к ведунье. Та порекомендовала ей похвалить обновку мужа и развернуть его спиной к себе.

На следующий день, когда часы пробили полночь, на пороге возник покойный супруг в новой рубашке. Вдова подошла к нему и произнесла: «Какой прекрасный у тебя наряд!» — после чего развернула его. Она не ощутила тела мужа, а вместо его спины увидела изнаночную сторону рубашки.

Внезапно изо рта того, кого она принимала за мужа, вырвался мощный поток воздуха, и он проревел: «Кто тебя этому научил?» — после чего исчез. С тех пор он больше не посещал дом вдовы».

После этого страшного рассказа Татьяна решила, что ей тоже нужен совет ведуньи. Соседка рассказала ей о женщине, которая обладает такими знаниями и живёт в лесу у Змеиного озера, в нескольких часах ходьбы от деревни.

Расстояние не остановило Татьяну. Она подробно расспросила соседку, где найти дом лесной ведуньи, и отправилась в путь. Взяв корзину, она положила в неё яйца, сметану и сыр и пошла.

Ведунья. Иллюстрации к рассказу “Деревенские истории. Вдова” созданы автором
К полудню Татьяна добралась до нужного места. Ведунья казалась обычной женщиной. Однако ни у кого Татьяна не видела таких белых волос — они были абсолютно белыми, но не седыми. Волосы были заплетены в две толстые косы. Определить возраст женщины было невозможно: ей могло быть и сорок, и шестьдесят лет. Кроме того, у ведуньи были разные глаза — один голубой, другой карий.

Приняв дары и, напоив чаем, ведунья выслушала рассказ вдовы и кивнула:

— Это всё происходит оттого, что ты своего покойного мужа отпустить не можешь. Вот и пользуется всякая нечисть его обликом. Я помогу тебе и научу как поступить.

Прозрение
Домой Татьяна вернулась уже вечером. Снова начиналась гроза. Татьяна зажгла лампу, приготовила ужин, поставила на стол тарелку с едой, пододвинула табурет и стала ждать, решив, что ни за что не будет спать. Ей казалось, что она задремала всего на секундочку, уронив голову на руки, как раздался стук.

Татьяна открыла дверь, и Фёдор без слов вошёл в комнату. Татьяна, как делала это предыдущие ночи, полила ему воду на руки из ковша и протянула полотенце.

Фёдор сел за стол, но обнаружил, что ему нечем есть, так как жена не положила ложку. Муж посмотрел на неё исподлобья. В его глазах, которые когда-то смотрели на неё с нежностью и любовью, теперь была такая ненависть, что у Татьяны по телу пробежал холодок. Она подошла к столу, дрожащими руками достала из столешницы ложку и, будто случайно, уронила её перед мужем на пол. Этому научила разноглазая ведунья.

Когда Татьяна наклонилась, чтобы поднять ложку, она заметила под столом не ноги любимого, а раздвоенные копыта. Испуганно подняв глаза, она увидела его горящий взгляд.

Существо, которого Татьяна принимала за своего мужа, выскочило из-за стола и начало меняться, увеличиваясь в размерах. Его перекошенное злобой лицо приобрело землистый оттенок, глаза налились кровью и сверкали адским пламенем, словно прожигая её насквозь. Создавалось впечатление, что сущности стало тесно в этом пространстве. Пронзительный звериный рёв, вырвавшийся из зияющей чёрной пасти, был настолько громким, что женщине казалось, что она оглохнет.

Страх проникал в душу, парализуя тело. Татьяне показалось, что на неё надвигается огромное и вязкое облако. Оно окутывало её, будто поглощая, и мешало дышать и двигаться.

Нестерпимая боль пронзила сердце, и у женщины подогнулись колени. Перед тем как погрузиться во мрак, она подумала, что это конец.

Отпустила
Выглянув в окно, Татьяна заметила, что всё вокруг неуловимо изменилось. Куры во дворе весело кудахтали, а корова протяжно мычала, будто звала хозяйку. Внезапно Татьяна осознала, что причина всех недавних событий — её собственная привязанность к прошлому и нежелание жить дальше.

Женщина привела себя в порядок, надела яркий платок, который подарил ей Фёдор, и пошла в церковь. Пройдя немного по улице, она опять подумала, что сегодняшнее утро кажется ей особенным: птицы задорно щебетали и пели свои песни.

Сверкающие купола церкви отражали яркий солнечный свет, а волшебные весёлые лучики, игриво скользящие сверху, вызывали желание слегка прищуриться. Подойдя к ступеням церкви, она трижды перекрестилась и вошла внутрь. После службы она поставила свечу за упокой души Фёдора.

Татьяна осознала всем сердцем, что те, кто переживает утрату, жалеют себя и не следуют христианским заповедям. Излишне горюя, они удерживают души усопших рядом с собой, не давая им уйти туда, куда определил их Господь.

Когда Татьяна вышла из церкви, она глубоко вдохнула свежий утренний воздух, ощутила лёгкость и поняла, что теперь свободна. Добрая память о супруге навсегда останется в её душе.

Жизнь устроена так, что сначала наши родители заботятся о нас, а после мы печемся о них в старости. Помощь пожилым людям — это непросто. Однако иногда это может обернуться очень неожиданно.

Помощь пожилым людям
Посовещавшись, Виктор и Оксана решили забрать к себе тетю Машу из деревни. Родители Оксаны рано ушли из жизни, у нее роднее тетки никого не было. А старушка не может уже сама жить в селе, сил совсем нет. Вот они и решили поселить ее в своей квартире, всё равно есть свободная комната. Да и как жить, зная, что тетка там сама?

После недолгих уговоров тетя Маша приехала к ним. В руках несколько сумок с вещами и гостинцами. Привезла домашней консервации, сушеных трав и грибов. Оксана только удивлялась, как ее привередливые дети уплетают домашнее варенье.

Жизнь устроена так, что сначала наши родители заботятся о нас, а после мы печемся о них в старости. Помощь пожилым людям — это непросто. Однако иногда это может обернуться очень неожиданно.-3

Тетя Маша
Виктор и Оксана пару лет назад взяли квартиру в ипотеку, с тех пор работали на двух работах. Дома появлялись уставшие. Оксана почти никогда не готовила сама, покупала замороженные продукты. У супругов было двое детей — Саша и Аня. Они были предоставлены сами себе. Всё свободное время проводили в телефоне. Но тетя Маша сразу привнесла в их жизнь нечто особенное.

Как-то в выходной день Оксана проснулась утром от невероятного запаха из кухни. Она вышла туда. На столе стояли уже готовые блины и открытая банка с вареньем. Тетя Маша и дети лепили пельмени. Давно она не видела в них столько воодушевления. Маленькая Аня воскликнула: «Мам, смотри, у нас будут домашние пельмени!»

Оксана почувствовала такое умиротворение от этой картины, так спокойно ей стало на душе. Со временем она стала всё чаще замечать, что дети проводят время с теткой, а не в телефонах. Им было интересно слушать ее истории. Она даже научила их интересным играм. А еще они с радостью помогали тете готовить. Оксану радовали такие перемены.

Жизнь устроена так, что сначала наши родители заботятся о нас, а после мы печемся о них в старости. Помощь пожилым людям — это непросто. Однако иногда это может обернуться очень неожиданно.-4

Тяжелый день
Однажды поздней ночью тетя Маша встала, чтобы выпить воды. Выйдя на кухню, она увидела, что там сидит ее племянница и тихонько плачет. Она подошла и обняла ее, спросив: «Доченька, что стряслось?» Не успев опомниться, женщина рассказала старушке обо всех своих переживаниях. Она рассказала, что жутко устала пахать на двух работах и не видеть детей. Ей хотелось бы больше времени проводить с ними. Рассказала о проблемах на работе, о каком-то полном затишье в отношениях с мужем. Долгий получился рассказ.

Тетя Маша выслушала всё без лишних комментариев, давая понять, что она рядом. Оксана выплакалась, рассказала обо всём, что накопилось. Было видно, что ей только от этого стало легче. Бабушка гладила племянницу по волосам и тихо сказала: «Не переживай, родная, вскоре всё наладится». Оксана почему-то поверила тетке. У нее на душе впервые за последнее время стало спокойно.

Жизнь устроена так, что сначала наши родители заботятся о нас, а после мы печемся о них в старости. Помощь пожилым людям — это непросто. Однако иногда это может обернуться очень неожиданно.-5
Новая жизнь
В выходной Оксана проснулась достаточно поздно. Вчера она устала на работе, еле пришла домой. Она вышла на кухню, заварила себе кофе и неспешно его пила. Потом она осознала, что в квартире как-то слишком тихо. Обойдя все комнаты, она поняла, что дома никого нет. Это ее удивило, она не понимала, куда все могли уйти. Ее охватила непонятная тревога. Она собралась и выбежала на улицу, не понимая, где искать родных.

На детской площадке она увидела детей. Они сразу подбежали к ней, наперебой объясняя, где папа и бабушка Маша. Через пару минут она увидела, как они выходят из-за угла. Она поспешила к ним. Тетя Маша заговорила первой: «Ох, не успели. Ты давно проснулась? Извини, мы хотели вернуться до того, как ты проснешься». Оксана спросила: «Но куда же вы ходили?»

Муж улыбнулся и сказал: «Пойдем в дом, там всё расскажем. У нас для тебя сюрприз». Когда она вернулись домой, тетя Маша и Виктор рассказали женщине, что с самого утра ходили окончательно закрывать ипотеку. Оказалось, все эти годы тетя откладывала деньги из пенсии. А еще недавно она закончила с продажей дома.

Жизнь устроена так, что сначала наши родители заботятся о нас, а после мы печемся о них в старости. Помощь пожилым людям — это непросто. Однако иногда это может обернуться очень неожиданно.-6

Все эти деньги она берегла для них, чтобы оставить в наследство. Но решила, что сейчас будет лучше их отдать. Этой суммы как раз хватило, чтобы закрыть ипотеку. Она подговорила Виктора сделать это втихаря, чтобы получился сюрприз. Тетя Маша ласково посмотрела на племянницу: «Оксаночка, знаешь, я всю жизнь работала. Своих детей Господь мне не дал, но вы же мне как родные. Мне так хочется, чтобы вы жили легче и счастливее. Теперь сможешь уйти с одной работы, больше будешь дома, с детьми».

Дети утащили тетю в комнату, муж радостный убежал в магазин за тортом, чтобы отметить радостное событие. А Оксана сидела на кухне, погрузившись в свои мысли. Она смахнула со щеки слезинку и сказала: «Спасибо, что у нас есть тетя Маша».

Жизнь устроена так, что сначала наши родители заботятся о нас, а после мы печемся о них в старости. Помощь пожилым людям — это непросто. Однако иногда это может обернуться очень неожиданно.-7

Мнение редакции
Как видишь, помощь пожилым людям порой может обернуться неожиданными последствиями. Супруги и сами не заметили, как пожилая бабушка изменила их дом. Дети ее полюбили, дом наполнился уютом, даже финансовые вопросы решились. Они думали, что помогают ей, но и она смогла им помочь. Хорошо, когда всё оборачивается именно так. Берегите своих старичков!

— Мариночка, взвесь мне, пожалуйста, два килограмма зеленых яблок, — сказала низкорослая светловолосая женщина, обратившись к продавщице.

Марина улыбнулась постоянной покупательнице и быстренько взвесила ей сочные, спелые яблоки, а потом протянула женщине пакет со словами:

— Держите, Инна Петровна. Это очень вкусные яблоки, они вам непременно понравятся.

— Спасибо, деточка. Ты всегда внимательна ко мне. Кстати, те сливы, что ты посоветовала мне в прошлый раз, пришлись по душе моему сыну. Мой Олежек привередлив в еде, а ты в этом толк знаешь. Олег — опытный аквалангист. Ему приходится нырять на большую глубину и тратить немало энергии, поэтому качественное питание для него очень важно.

— Какая у вашего сына интересная профессия, — изумилась девушка.

— Интересная, но опасная. Для этого необходимо обладать огромной смелостью. К счастью, Олег не из боязливых.

Вскоре Инна Петровна, забрав покупку, ушла. Марина смотрела ей вслед, думая о сыне постоянной покупательницы, которого она никогда не видела. Инна Петровна жила рядом и частенько заглядывала в магазин, где работала Марина, чтобы купить свежие продукты и никогда не упускала возможность похвалить сына и похвастаться его успехами. Марине было любопытно посмотреть на этого человека, и вскоре судьба предоставила ей этот шанс.

Однажды вечером в магазин зашел миловидный мужчина лет тридцати, одетый в спортивный костюм. С заискивающей улыбкой он поздоровался с Мариной и взял хлеб, за который быстро расплатился. Марина уже должна была закрывать магазин, поэтому торопилась обслужить последнего покупателя. Мужчина вежливо поблагодарил ее и вышел, а девушка быстренько все перепроверила, расставила на свои места и, закрыв магазин, собралась идти домой.

— Девушка! – внезапно раздался за спиной Марины голос того самого мужчины, который недавно купил хлеб.

Марина встрепенулась. Она обернулась и в замешательстве посмотрела на последнего покупателя, который стоял перед ней с хлебом в руках.

— Вы еще здесь? – удивилась Марина.

— Я не могу допустить, чтобы такая милая девушка шла домой в полном одиночестве. Разрешите мне вас проводить?

Марина кивнула, и они с симпатичным незнакомцем пошли вместе. Оказалось, что последним покупателем и был Олег, сын Инны Петровны, которая постоянно заходила к Марине и с гордостью рассказывала о своем талантливом аквалангисте. Марина всю дорогу с интересом слушала то, как Олег рассказывал о своей необычной работе и приключениях, в которые неоднократно попадал. Марине понравилось общество молодого мужчины. Вечером следующего дня Олег снова вызвался проводить ее до дома. Их встречи случались все чаще. Вскоре молодые люди решили, что им нужно быть вместе и, спустя два месяца после знакомства, поженились.

Марина сияла от переполнявшего ее сердце безбрежного счастья — у нее теперь будет настоящая семья, но тогда она еще не знала о том, как быстро изменится состояние ее души. Семейная жизнь оказалась совсем не такой радостной, какой ее себе представляла Марина. Свекровь в первый же день показала молодой невестке, кто в доме хозяин.

— Мариночка, я понимаю, что у тебя учеба и работа, но ты теперь замужняя женщина и должна успевать делать все по дому. Олег с детства окружен вниманием и заботой. Он у тебя всегда должен быть на первом месте. Я тебе говорила, что мой сын привередлив в еде. Я буду тщательно следить за тем, что ты для него готовишь. И зарплату следует тратить разумно. Поскольку я старше тебя, а значит, опытнее и мудрее, деньгами в доме буду распоряжаться я. Вся твоя зарплата должна лежать на моем столе в день ее получения.

Марина пришла в шок после слов свекрови, но спорить с ней она не могла и не хотела. У девушки не было родителей. Она выросла в детском доме, поэтому еще не знала, что такое семья. Она искренне верила в то, что ни в чем никогда не будет нуждаться.

Теперь Марина разрывалась между учебой, работой и семьей. Утром она быстро готовила завтрак для всех, а затем, не успев даже перекусить, бежала на учебу. С учебы возвращалась домой, чтобы приготовить обед и снова голодной помчаться на работу в магазин. Бывало так, что за весь день она не подносила к губам и хлебной крошки. По субботам Марина устраивала генеральную уборку в доме, а по воскресеньям ездила в деревню, где у нее был маленький домик, который она получила от государства после выпуска из детского дома. Она любила заниматься огородом и оставаться в одиночестве на весь воскресный день. Марина выращивала свежие овощи и привозила их в город. Это было ее единственной отдушиной в браке.

Год спустя, семья Марины стала больше на одного человека. Она родила дочь. Жизнь ее стала еще тяжелее после рождения Анечки.

— Не позволю тратить детские пособия на игрушки и всякие безделушки. Ты еще не набралась ума, чтобы свободно распоряжаться этими деньгами. Отныне все деньги будешь отдавать мне, как хозяйке дома, — велела Инна Петровна, спустя два месяца после рождения внучки.

Марина оказалась в трудном положении. Свекровь не давала денег на детские нужды. Ей не на что было купить подгузники и одежду. Марина радовалась тому, что Бог дал ей возможность кормить ребенка грудным молоком и тем самым сэкономить на детском питании.

— Олег, мне сегодня надо съездить в больницу, пожалуйста, побудь с Анечкой, — просила Марина мужа по телефону, когда заболела.

— Мне некогда. Ты мать, вот и занимайся своим ребенком, — сухо отвечал ей супруг и бросал трубку.

Марина каждый раз плакала, проливая слезы обиды и разочарования. Ведь не о такой семейной жизни она мечтала. Олег постоянно пропадал то на работе, то с друзьями, и ему не было дела до семейных забот и проблем.

Однажды вечером, когда вся семья собралась за столом, Олег сказал жене то, что привело ее в негодование:

— Нам надо сделать ремонт в квартире. Обои старые. Их необходимо поменять, А этот диван можно выбросить на свалку без сожаления. Надо купить ламинат, а еще обновить ванную комнату.

— Ох, сынок, надо, конечно, только на какие деньги мы все это сделаем? – расстроенно ответила Инна Петровна, — Денег-то в семье нет. Живем на то, что ты зарабатываешь. Ты ведь не можешь разорваться на части. Жалеть себя надо.

— Ты права, мама, — поддержал Олег Инну Петровну, — У нас только один выход. Пускай Маринка продаст свой старый дом в деревне, и будут у нас деньги на ремонт.

Марина ахнула, услышав заявление мужа. Безудержная злость охватила её в тот же миг. Домик в деревне был единственным местом, где Марина чувствовала себя счастливой. Занимаясь огородом, она могла отвлечься от повседневных проблем. Она всю неделю с нетерпением ждала воскресенья, чтобы поехать в деревню. Свекровь отказывалась прописать невестку и внучку у себя в квартире, поэтому Марина прописала Анечку в деревенском доме. Лицо Марины горело от удушливого гнева и нестерпимой обиды за себя и дочь.

— Я не буду продавать свой дом, — категорично заявила Марина, собрав все свои внутренние силы.

Инна Петровна пришла в ярость после заявления невестки. Она вскочила на ноги и, хлопнув по столу ладошкой, начала громко кричать, напугав ребенка.

— Какая же ты неблагодарная! Мы тебя приняли в семью, сделали из тебя человека, окружили вниманием и заботой, а ты, эгоистичная беспризорница, смеешь перечить?! Да кому ты со своим полуразвалившимся старьем нужна в этой деревне, где нет цивилизации? Пропади все пропадом!

На следующий день после того, как Анечке исполнилось шесть месяцев, свекровь позвала к себе в комнату невестку и велела ей выйти на работу.

— С деньгами в семье туго. Мой бедный сынок надрывается, чтобы твой ребенок ни в чем не нуждался, а ты прохлаждаешься дома. Хватит! Выходи уже на работу и приноси деньги в дом. Нечего бездельничать, прикрываясь дочерью. Анечка уже большая. Я сама о ней позабочусь, а ты работай.

У Марины сердце обливалось кровью от осознания того, что ей придется оставить маленькую дочь свекрови и выйти на работу, но другого выхода у нее не было. С Инной Петровной было бесполезно спорить. В семье она решала все. Спустя несколько недель после выхода на работу, Марине вдруг стало плохо в магазине, и хозяйка отпустила ее домой пораньше. Каково же было ее удивление, когда войдя в квартиру, она услышала, как разъяренная свекровь кричит на Анечку. Ребенок громко плакал, сидя в стульчике для кормления.

— Ешь, я сказала. Проглотила быстро, иначе по лбу получишь этой ложкой. Сколько от тебя неприятностей. Копия своей низкосортной мамаши. Одни проблемы с вами.

Следующим утром, когда Инна Петровна отправилась к подруге в другой конец города, а Олег ушел на работу, Марина спешно собрала вещи и, вызвав такси, уехала в деревню вместе с Анечкой, чтобы быть как можно дальше от властной, жестокой свекрови и ко всему равнодушного, самовлюбленного мужа, все вечера и выходные пропадающего, не известно где.

Но, в деревне Марину ждала еще одна боль. Оказалось, что в тех краях недавно бушевал ураган, который полностью разрушил крышу Марининого дома. Туда невозможно было зайти. Марина села на скамейку и отчаянно зарыдала, держа на руках спящую дочь. Ее увидела пожилая соседка, вышедшая во двор развесить постиранное белье.

— Мариночка, деточка, что ты плачешь? – забеспокоилась старушка.

— Анфиса Алексеевна, посмотрите на мой дом. От крыши ничего не осталось. Что мне теперь делать? Куда бежать с ребенком на руках? – ответила Марина, захлебываясь слезами.

— Не плачь, детка, ребенка напугаешь. Ты не сиди там с дитем! Иди сюда. Пока останешься у меня. А там время покажет.

Марине пришлось согласиться и остаться на время у Анфисы Алексеевны. Пока Анечка спала, она попыталась привести в порядок дом, но вскоре поняла, что ее усилиями ничего не изменить. Вечером к Анфисе Алексеевне приехал ее внук Роман с гостинцами. После совместного ужина бабушка принялась рассказывать внуку о проблемах своей молодой соседки и ситуации, в которой она оказалась. Роман пообещал помочь с ремонтом. Он работал и жил в городе, а каждые выходные приезжал к Анфисе Алексеевне. Роман, как и обещал, починил крышу дома Марины, и привел все в порядок. Марина была ему безмерно благодарна. Она прониклась симпатией и уважением к тихому, неразговорчивому, но добропорядочному и умному парню.

В следующий раз, когда Роман снова приехал к бабушке, он собрался починить разрушенный ураганом старый забор. Мужчина привез с собой все необходимое для этого. Марина играла во дворе с Анечкой, А Роман чинил забор, когда к дому подъехала знакомая машина. Олег. Мужчина выскочил из автомобиля и метнулся к оторопевшей жене, прожигая ее жестким взглядом.

— Как ты посмела украсть моего ребенка и сбежать? Немедленно собери вещи и садись в машину. Мы едем домой.

Марина испугалась и, схватив дочку, отошла от мужа на несколько шагов. Ее коленки тряслись от страха, а в горле мгновенно пересохло. Марина затаила дыхание. Она знала о том, что ее супруг в порыве гнева способен на многое, поэтому боялась даже шелохнуться.

— Я не поеду с тобой никуда, — еле слышно прошептала Марина, прижимая к груди плачущего ребенка.

В этот момент в разговор супругов вмешался Роман. Он подошел к разъяренному мужчине и сказал грозным тоном:

— Марина ясно дала понять, что никуда не поедет, поэтому советую вам сесть обратно в машину и вернуться в город в одиночестве. Надеюсь, вы не хотите проблем.

— Ты что, угрожаешь мне? Кто ты вообще такой? Я со своей женой разговариваю, — еще сильнее вспыхнул Олег.

— Мне плевать, кем вы приходитесь этой женщине. Важно только то, что она не хочет с вами куда-либо ехать. А насильно ее увезти я вам не позволю. Даже не пытайтесь. Это закончится плохо.

Олег был вспыльчивым человеком, но смелостью в подобных ситуациях не обладал. Поняв, что Роман не позволит ему осуществить свой план, он, сгорая от лютой злости на жену, сел в машину и уехал. Марина поблагодарила Романа за спасение. С того дня он стал ее частым гостем. С удовольствием чинил все, что было сломано, и помогал ей организовать быт, привести хозяйство в порядок. Вечерами они вдвоем сидели на веранде и пили чай.

Постепенно Роман и Марина сблизились. Анфиса Алексеевна, которая всегда хорошо отзывалась о Марине, была искренне рада зарождающемуся между молодыми людьми трепетному чувству. Она забирала Анечку к себе и давала влюбленным возможность побыть наедине друг с другом. Спустя несколько месяцев, Олег и Марина развелись, и она вышла замуж за Романа, которого всем сердцем полюбила. Они с Анечкой переехали к Роману в город, а каждые выходные проводили в деревне. Теперь наконец-то, Марина почувствовала, что обрела ту семью, о которой давно мечтала.

— Это просто какие-то помои! — Нина Ивановна бросила ложку на стол.

Ее сноха, Настя, покраснела и выбежала из-за стола.

— И под каким забором ты нашел эту дурнушку?! — Нина Ивановна посмотрела на сына, Сергея.

— Она не дурнушка, а моя жена, — спокойно ответил Сергей.

При каждой встрече со снохой Нина Ивановна просто сгорала от ненависти! Все было не так! Еда — помои! В доме бардак! Сама Анастасия — вечно неухоженная и одевается как из секонд-хенда!

Сергей пытался объяснить, что, оскорбляя его супругу, мать оскорбляет и его. Но Нина Ивановна ничего не хотела слушать!

— Я добьюсь того, что бы у моего сына была достойная жена! А не эта, грубая, невоспитанная простушка! — кричала Нина Ивановна.

Сергей по натуре был человеком неконфликтным и все споры старался решать мирно. И вот сейчас, он в который раз старался успокоить мать.

— Мам, это моя жизнь и жену я выбирал себе сам! Я люблю Настю.

— Да что ты знаешь о любви?! — перебила Нина Ивановна. — Что ты знаешь о семье?! Перед свадьбой ты обязан был представить её мне! Так заведено! Меня для твоего отца выбрали его родители, так как старшим в семье лучше знать, какая жена нужна сыну, ведь они его воспитывали! — задыхалась от гнева Нина Ивановна, — А ты! Нашёл эту… на какой-то грядке и ещё женился на ней! Без роду и племени! Без приданного! Я ведь тебя воспитывала, сил не жалела! Вот если бы твой отец дожил, он бы тебе так всыпал!

Сергей поморщился. Он прекрасно помнил, как стоял в углу за малейшую провинность и получал «по заслугам» за любые проступки. Да и мать временами от него получала.

Такое воспитание не озлобило его и не подавило. Сергей терпел, но ещё в детстве решил, что в его семье будет по-другому.

Он не был в обиде на родителей и уважал их, но считал, что в современной семье должен быть другой уклад.

Мать ещё с детства старалась внушить сыну мысль, что он должен жениться на очень статусной и желательно состоятельной девушке с влиятельными родителями. И постоянно лезла в его личную жизнь, советуя девушек целеустремленных, знающих цену всему и готовых подниматься по ступенькам из мужей до максимально высшей точки.

Но Сергей искал того тёплого и нежного чувства. Он искал взаимной любви. Ему нужна была уютная семья, а не кукла с единственной мыслью про деньги.

С Анастасией он познакомился в институте, и они долго скрывали отношения. Настя приехала в город из глубинки, где из родственников у неё был лишь старший брат.

Простая и спокойная девушка, не испорченная богатой жизнью, покорила Сергея своей открытостью и отсутствием корыстных взглядов по отношению к мужчинам.

— Ты меня опять не слышишь! — продолжала причитать мать. — Я костьми лягу, но ты не будешь жить с этой бесперспективной сироткой!

— Мама… перестань. Довольно! — не выдержал Сергей, указав ей на выход.

Нина Ивановна засобиралась.

— В общем, я даю вам неделю на развод. Я все сказала! — заключила она и, хлопнув дверью, ушла.

Сергей был очень расстроен и обижен на Нину Ивановну. Он вошёл в комнату и увидел, как Настя собирает вещи.

— Ты что делаешь?! — замер он.

— Я уезжаю, Сергей, — бесцветным тоном ответила супруга. — Нина Ивановна не даст нам жить. Я больше не могу это слушать. Вернусь в деревню, буду жить по статусу. Поспи, пожалуйста, в другой комнате. Спасибо.

Настя захлопнула дверь перед его носом и заперла её на защелку. Как ни старался Сергей, она так и не впустила его. От безысходности Сергей пошел на гостевой диван и заснул там, надеясь на то, что жена остынет и передумает.

Разбудил его будильник. Сергей редко просыпался от него, ведь каждое его утро начиналось по-другому. Жена будила Сергея нежным поцелуем и приглашением на вкусный завтрак.

— Любимая?! — крикнул Сергей. Но ответа не было. Он встал, осмотрелся. Грязная посуда так и стояла на столе. Настя все-таки ушла.

— Ничего страшного, — успокоил себя Сергей, — После работы заеду за ней на работу с цветами. Устроим романтический ужин, помиримся. А с матерью разберусь как-нибудь.

Оставив бардак на кухне, Сергей надел мятую рубашку и поехал на работу. Весь день он пытался дозвониться до жены, но это не удалось. Сергей ушел с работы раньше и поехал к Насте.

— Она до обеда поработала и уехала, в отпуск, говорят, — ответил охранник на проходной. Сергей почесал затылок свободной рукой: в другой он держал букет роз. Хотя в магазине его спрашивали какие, цветы любит его жена, он вспомнить не смог. Вот и взял универсальные, розы.

На звонки и сообщения Анастасия так и не ответила

Придя домой, Сергей осмотрел помещение. Без Насти в квартире было темно, душно и невыносимо тоскливо. Да и до сих пор не убрано…

Достав телефон, он позвонил начальнику.

— Извините, семейные обстоятельства! Нужно срочно уехать.

Положив трубку, Сергей сбросил с шеи галстук, закатал рукава и стал мыть посуду. Убрав квартиру и переодевшись, он отправился на поиски жены.

— Я тебе последний раз повторяю! — Сергей ударил по столу, за которым сидела Нина Ивановна. — Дай мне её адрес!

— Если ушла, значит, не любит! —мать, плохо скрывающая радость, пыталась образумить сына. Она работала в «органах» и имела возможность узнать адрес брата Анастасии, но делать этого твёрдо не желала.

«И почему я опять пришёл к ней?» — подумал Сергей. — «Вот же привязала».

Он хотел наговорить много громких и грубых фраз, но его вдруг отпустило.

Сергей вручил матери букет роз, купленных для жены, и тихо сказал:

— Спасибо тебе мама за все. Прощай. Забудь и прости нас.

— Как это, прощай?! Серёженька?! — крикнула Нина, но было поздно. Она раздраженно выбросила букет и решила, что никогда не простит сына за такой поступок.

Сергей не спал всю ночь, а наутро первым делом поехал на поиски.

Кроме названия деревни, никакой информации у Сергея не было. Он три часа катался по деревне и искал дом брата по девичьей фамилии Насти, спрашивая всех подряд.

— Извините, а вы не Алексей, случайно? — он обратился к мужчине, рубящему на улице дрова.

— Алексей, — грозно ответил мужчина.

— А я Сергей. Муж вашей сестры.

— Валил бы ты отсюда по-хорошему, Серёженька!

— Я никуда не уйду без жены, — уверенно сказал Сергей.

— Это мы посмотрим… — Алексей начал махать топором.

В это время из дома вышла Анастасия и, увидев Сергея, замерла.

— Лёша, стой! — крикнула она на брата. Тот махнул рукой и ушел.

— Разбирайся сама, сестра.

— Прости меня, пожалуйста, Настя! — Сергей протянул ей букет полевых цветов, которые купил у бабушки по дороге. — Я до сих пор не знаю, какие твои любимые цветы…

— Вот эти и есть самые любимые… — сказала она и приняла цветы. — Кстати, звонила твоя мать.

Сергей напрягся.

— Зачем?

— Сказала, что прекращает все контакты с тобой и если её сын все ещё мне интересен, то могу забрать его себе!

— А я интересен? — с улыбкой спросил Сергей.

— Ну не знаю, — игриво протянула Анастасия и, улыбнувшись, взяла под руку теперь только своего мужчину.

Oтодвинул от себя тарелку с борщом, и безразличным, небрежным тоном, как будто даже, торжественно, произнес:

— Света, я от тебя ухожу!

Сорокапятилетняя женщина от столь неожиданных слов выронила из рук чашку, которая мгновенно разлетелась вдребезги, ударившись о плитку на полу. Светлана посмотрела на супруга и по его серьезному взгляду поняла, что тот не шутит. Женщина так и замерла, молча обхватив себя руками.

С мужем Света прожила, как ей казалось, в счастливом браке, двадцать пять лет. Она любила своего Дениса всей душой, считая его надежным, верным мужем и прекрасным отцом. Но эти странные слова, словно кнутом, хлестнувшие по самому больному, стали для нее потрясением. Света еще не до конца осознавала суть происходящего. Она подняла на супруга растерянный взгляд и надломленным тоном спросила:

— Как это уходишь? Куда, Денис? Мы ведь с тобой вместе четверть века!

— Вот именно! – раздраженно ответил мужчина, резко вскочив с места и одарив жену искрометным взглядом, — Целых двадцать пять лет я прожил с тобой. Но что с тобой стало за это время? Где, скажи, где та молоденькая, красивая, стройная, беззаботная девушка, в которую я когда-то влюбился? Ты только погляди, в кого ты превратилась! Располнела, седеть начала, да еще эти противные морщинки появились. Ну, это б еще полбеды, так в голове-то у тебя одни котлеты, борщи, уборка, стирка. Неудивительно, что мне такая жизнь осточeртелa просто. С тобой мне разговаривать не о чем совершенно. А заживо хоронить себя я, прости, не хочу. Я достоин большего. Надеюсь, что мы разведемся спокойно, без истерик. Я полюбил другую женщину и ты должна это понять. Она моложе, интереснее, красивее и ждет ребенка моего. Скоро я вновь стану отцом, поэтому прошу отпустить меня без скандала. Я тебя уже давно не люблю, Свет, прости.

Светлана опустилась на стул и сокрушенно схватилась за голову обеими руками. Слова Дениса причинили невыносимую боль. Света не могла смириться с тем, что человек, которому она посвятила жизнь, ради которого стольким пожертвовала, так жестоко от нее отвернулся. Денис променял верную, любящую, заботливую жену на ту, которая оказалась моложе и привлекательнее.

— Уходи, — с трудом выдавила из себя слова Светлана, опустив низко голову.

Денис молча вышел из кухни. Он наскоро собрал свои вещи и ушел, заявив уже в дверях, что на развод подаст сам в ближайшее время. Света проплакала весь день. К вечеру она так сильно вымоталась от жгучей боли, раздирающей душу на части, что заснула прямо за столом. Проснулась после полуночи, но не отправилась в спальню. Она легонько прислонилась к стене и сидела, поджав под себя ноги, до самого утра. Утром Светлане нужно было идти на работу. Рассвет она встретила с изможденным, пугающим видом. Света вдруг осознала, что нет у нее никакого желания работать, да она и с места встать смогла с большим трудом. Светлана набрала номер начальника и сказала, что заболела и не сможет выйти на работу, попросила отпуск за свой счет и с головой ушла в переживания. Она перестала готовить, есть, приводить себя в порядок, заниматься домом. С утра до вечера Света проводила в постели, отрешенно глядя в одну точку и оплакивая свою судьбу.

Так продолжалось до тех пор, пока к Светлане в гости не приехал без предупреждения сын со своей молодой супругой. Артем решил сделать маме сюрприз, поэтому нагрянул неожиданно. По дороге он купил ее любимый торт. Артем привык видеть мать всегда веселой, привык приходить в чистый, ухоженный дом, где из кухни постоянно доносился ванильный аромат, исходивший от свежей выпечки, поэтому картина, представшая перед его глазами, повергла парня в настоящий шок.

— Мамочка, что с тобой? Ты заболела? Что случилось? Ты сама на себя не похожа, — забеспокоился Артем, бросившись к матери, которая сидела на кухне, задумчиво рассматривая люстру.

— Твой отец меня бросил, — содрогающимся голосом призналась в случившемся Света, устремив потухший взгляд на обомлевшего от неожиданности сына.

— Как это… бросил? – вымолвил с трудом Артем, крепко взяв мать за руку.

Светлана рассказала сыну и невестке обо всем, что в их семье произошло. Молодые супруги удивленно переглянулись. Они принялись успокаивать вновь расплакавшуюся Свету, убеждая ее в том, что жизнь на этом не остановилась, что впереди Светлану ждет новая, счастливая жизнь. Светлана же в отчаянии качала головой и говорила, что у нее больше нет будущего.

— Светлана Николаевна, я очень прошу вас, держитесь. Все у вас еще наладится, вот увидите. Вы молодая, красивая, интересная женщина. Встретите еще свою судьбу и будете счастливы, — пыталась успокоить Марина свекровь, но та ничего не хотела и слышать.

— Не стоит меня успокаивать. Я все прекрасно понимаю. Я уже не та молоденькая девочка, в которую Денис влюбился двадцать пять лет назад. Моя жизнь закончилась. Она потеряла смысл. На что надеяться мне на закате лет? Располневшая, поседевшая, морщинки появились…

Слова сына и невестки Свету ничуть не утешили. Она впала в еще большую депрессию, осознав, что молодость безвозвратно ушла, и она осталась совсем одна. Артем долго думал о том, как помочь тяжело страдающей матери. Он с детства был к ней сильно привязан, поэтому видеть маму в таком удручающем состоянии не мог.

И тогда, супруги решили подключить к делу бабушку Марины, которую Светлана всегда искренне любила. Тамара Ивановна была очень мудрой и проницательной женщиной. Она пообещала внучке и ее супругу, что Света скоро снова заживет счастливой, полноценной жизнью.

Светлана разбирала старые вещи, когда ее телефон зазвонил. Увидев на экране номер сына, она тут же схватила мобильник и приложила его к уху.

— Здравствуй, сынок. Я в порядке. Ну не надо за меня переживать. Все правда, хорошо. Вы как? Да ты что?! Бедная Тамара Ивановна! Конечно, я поеду к ней в деревню, да-да, позабочусь. Вечером буду там. Передай Марине, что она может не беспокоиться и работать со спокойной душой. Договорились.

Светлана положила трубку и сразу начала одеваться. Она собиралась поехать в деревню к приболевшей бабушке невестки. Артем по телефону сообщил матери, что Тамара Ивановна заболела и нуждается в заботе. Он также рассказал о том, что Марину не отпускают с работы, и она пребывает в отчаянии, не зная, что делать. Светлана с радостью вызвалась помочь бабушке невестки, с которой у нее сложились теплые взаимоотношения. Света надеялась также на то, что забота о больной пожилой женщине отвлечет ее от грустных, назойливых мыслей. Она быстро собрала все самое необходимо и отправилась в деревню.

Тамара Ивановна была женщиной не только мудрой, но еще и артистичной. В молодости она играла в спектаклях, поэтому без труда смогла изобразить больного, нуждающегося в постоянном внимании человека. Света поверила в ее болезнь и принялась лечить пожилую женщину.

— Светочка, душенька, сходи, пожалуйста, к соседу моему. У него в саду растет боярышник, который очень полезен для сердца. Константин обещал принести мне настой с ягодами, да забыл.

Светлана отправилась к соседу Тамары Ивановны, чтобы взять у него целебный настой. Жил он в доме напротив. Женщину привел в восторг участок мужчины. Она с первого взгляда поняла, что в соседнем доме живет настоящий умелец, мастер на все руки. Света громко позвала Константина, и тот появился, спустя несколько секунд. Он открыл калитку и впустил Светлану, вежливо с ней поздоровавшись. Света с интересом разглядывала ухоженный двор мужчины, была в полном восторге от его сада. Ей на мгновение показалось, будто она попала в сказку. Сам мужчина также произвел на нее приятное впечатление. Светлана так залюбовалась окружающей ее завораживающей красотой, что даже забыла, зачем пришла.

— Проходите в дом. Я вас чаем с пирогом угощу, — добродушным голосом предложил Константин, с любопытством разглядывая гостью своей соседки.

— Благодарю, но мне нужно возвращаться к Тамаре Ивановне. Боюсь надолго оставлять ее одну, — ответила Света, пытаясь представить себе образ женщины, которая является хозяйкой этого дома и супругой Константина.

Светлана взяла настой и вернулась к пожилой женщине, которая правдиво вздыхала, жалуясь на головокружение и учащенное дыхание. Она обрадовалась тому, что у Светланы сложилось хорошее впечатление о ее соседе, который действительно был достойным человеком и, что немаловажно, свободным мужчиной.

— Хороший мужик мой сосед, — пробормотала Тамара Ивановна, сидя за столом вместе со Светой и допивая свой чай, — Таких сейчас днем с огнем не сыскать. Хозяйственный, ответственный, добрый, и все умеет делать и по дому, и во дворе. Бывший военный. Сейчас на пенсии. Представляешь, оставил просторную квартиру в центре города и переехал жить в деревню. Он купил соседский дом в плачевном состоянии. Не было на том участке ни сада, ни огорода, ни такого двора красивого. Константин все своими руками сделал. Не мужик, а золото, только жаль, что не нашел родственную душу. Один совсем.

Утром следующего дня Тамара Ивановна, воспользовавшись тем, что Светлана стирала во дворе, выкрутила пробки на счетчике и отключила все электричество в доме.

— Светочка, душа моя, пойди сюда, — позвала пожилая женщина свою гостью.

Светлана поспешила в дом:

— Да, Тамара Ивановна, вы меня звали? Вы в порядке?

— Я-то в порядке, но что-то с нашим счетчиком случилось. Электричества в доме нет. Скоро мой сериал начнется. А я без него жить не могу. Сходи за Константином. Пускай он посмотрит да починит.

Светлана послушно отправилась за соседом, который тут же пришел к Тамаре Ивановне и за считанные минуты все исправил. В доме пожилой женщины снова горел свет. В обед Тамара Ивановна попросила Свету испечь ее любимый клубничный пирог. Светлана исполнила просьбу пожилой женщины, обрадовавшись тому, что у той снова появился аппетит. Во время чаепития Тамара Ивановна сказала, как бы невзначай:

— Светочка, отнеси кусочек пирога Константину. Надо его отблагодарить за то, что он починил счетчик. Я свой сериал не пропустила. Сходи к нему. Он наверняка сейчас во дворе что-то делает, даже не пообедав.

Светлана кивнула и, отрезав большой кусок пирога, отправилась к соседу. Константин обрадовался приходу Светы и сказал, что пирог как раз кстати, он с утра ничего не ел. Костя предложил Светлане выпить с ним чай, и она не смогла отказаться. Устроив чаепитие в саду, они проговорили несколько часов. Константин рассказывал Светлане о том, как проходила его служба, а она слушала его, затаив дыхание. Время с Константином пролетело незаметно. Света возвращалась к Тамаре Ивановне под приятным впечатлением.

Вскоре Константин сам начал приходить к Тамаре Ивановне и Светлане. Он навещал «больную» соседку, приносил ей лекарственные травы, помогал навести порядок у нее во дворе. Тамара Ивановна с самодовольной, озорной улыбкой глядела на то, как Константин и Света, позабыв обо всем на свете, увлеченно разговаривают друг с другом и понимала, что ее план блестяще сработал. Мужчина и женщина сами не заметили, как привязались друг к другу.

Однажды во время очередного чаепития Константин рассказал Светлане о том, что произошло в его жизни год назад.

— Я переехал сюда год назад после того, как от меня ушла жена. Признаюсь честно, это было нелегкое для меня время. Я понял, что должен круто изменить свою жизнь. В деревне я обрел себя, забыл о прошлом и научился быть счастливым в настоящем.

Света изумленно смотрела на соседа, думая о той женщине, которая решила бросить такого мужчину, как Константин. Она была уверена в том, что бывшая жена Константина не раз пожалела о своем поступке. Света невольно сравнивала Константина с Денисом и понимала, что ее бывший муж значительно уступает соседу Тамары Ивановны. Константин был настоящим мужчиной, человеком, умеющим держать свое слово. Женщина все чаще ловила себя на мысли, что перестала вспоминать бывшего мужа и думать о том, где он, что с ним. Светлана просто наслаждалась беззаботной жизнью в деревне, летним солнцем и приятным, вдохновляющим общением с новым знакомым. Но настроение Светланы резко изменилось в тот момент, когда она поняла, что ее отпуск близится к концу и скоро придется возвращаться в город, к прежней жизни. Оставшиеся несколько дней пролетели незаметно. Тамара Ивановна перестала играть роль больной женщины и заявила, что поправилась, благодаря неустанной заботе Светланы.

Света вечером без особого энтузиазма собрала свои вещи и вышла на улицу попрощаться с деревней, которая стала для нее родной и любимой. Она не заметила, что к ней направлялся Константин.

— Уезжаешь? – задумчиво спросил он, не сводя глаз с опечаленной женщины.

— Да, — с сожалением ответила Светлана, — Пора. Тамара Ивановна пошла на поправку. Мой отпуск закончился. Город меня ждет.

— Что-то ты не очень радостно все это говоришь. Уверена, что тебя здесь больше ничего не держит?

Мужчина заглянул в глаза растерявшейся соседки и робко взял ее за руку.

— Может, останешься? Я вижу, что ведь ты не хочешь уезжать. И я этого не хочу. Света, я так сильно к тебе привязался, что не представляю, как буду без тебя жить.

— Константин, — пролепетала Света, оторопев от неожиданности, — Я, правда, должна уехать. У меня своя жизнь в городе. Работа, квартира, друзья, сын.

Светлана этими словами пыталась убедить в первую очередь себя в правильности своего решения. Всем сердцем она не хотела расставаться с Константином, но боялась, что совершит ошибку, оставшись в деревне. Но когда Константин неожиданно обнял Светлану за талию и привлек к себе, все страхи и сомнения тут же рассеялись. Она поняла, что безнадежно влюбилась в соседа Тамары Ивановны и не сможет теперь жить вдали от него. Света охотно приняла его объятья.

— Не уезжай, — шептал Константин, обжигая кожу женщины горячим, прерывистым дыханием.

Светлана понимала, что, как бы сильно ни хотела остаться с любимым мужчиной в его маленьком, уютном раю, она не сможет так просто бросить всё, что у нее было до встречи с ним.

— Меня ждет моя работа в городе, — дрожащим голосом прошептала она, прижимаясь к Константину всем телом.

— Тогда я поеду за тобой хоть на край света. Я не смогу без тебя. Я буду рядом, только позови.

Светлана, ни секунды не раздумывая, позвала с собой мужчину, без которого уже не представляла свою жизнь. Он переехал к ней в квартиру. К тому времени у Светы уже был развод с Денисом и они с Костей подали заявление в ЗАГС. Трепетные чувства поразительным образом преобразили женщину. Теперь она лучилась счастьем, которое чувствовалось в каждом ее слове, взгляде, жесте. Светлана расцвела, словно цветок, который после долгой засухи, наконец, насытился теплым дождем. Сын и невестка искренне радовались изменениям, происходившим со Светланой. Они благодарили Тамару Ивановну, которая мягко и деликатно свела две одинокие души, так нуждавшиеся в любви и нежности. Каждые выходные Света и Константин проводили в деревне и всегда навещали пожилую женщину, приезжая к ней с подарками.

Год спустя, прошлое неожиданно напомнило о себе. Случилось это солнечным субботним утром, когда супруги, как обычно, собирались поехать в деревню на выходные. Константин был в магазине. Когда внезапно раздался звонок в дверь, Светлана поспешила открыть, решив, что муж забыл взять с собой ключи. Она оторопела от неожиданности, увидев на пороге Дениса с годовалым мальчиком.

— Денис?! – всплеснула Светлана руками, – Ты что здесь делаешь?

— Здравствуй, Света, — робко произнес мужчина, — Впустишь меня?

— Денис, зачем ты пришел? Мне казалось, что между нами все давно кончено.

— Светка, ты же всегда понимала меня лучше всех, великодушно прощала все мои ошибки. Прости же меня и сейчас. Я ведь знаю, что ты меня любишь. Я пришел попросить у тебя еще один шанс. Давай начнем все с чистого листа.

От бывшего мужа Светлана узнала о том, что женщина, к которой он ушел, оставила его с годовалым ребенком на руках и сбежала с молодым и перспективным. Денис вынужден был заботиться о малыше и платить за аренду квартиры, в которой они жили. Света понимала, что бывший муж ищет легкий путь, что вовсе не любовь привела его к порогу квартиры, в которой и он раньше жил.

— Денис, у меня теперь другая семья, муж, которого я люблю. Мне жаль твоего сына, но я ничем помочь не смогу. О твоем возвращении не может быть и речи. Тебе следует понять, что отныне я живу своей жизнью, в которой для тебя места нет. Уходи, пожалуйста. Свой выбор ты уже сделал.

— Муж?! Семья?! Ты не могла так быстро выйти замуж! Ты любила меня… – с недоверием покачал головой растерянный мужчина, а затем громко рассмеялся.

Не успела Светлана что-то ответить, как на пороге появился вернувшийся из магазина Константин. Он вопросительно посмотрел сначала на жену, а потом Дениса, который в этот момент все понял.

— Милая, я не нашел торт, по дороге заедем в супермаркет. А у нас гости?

— Человек ошибся дверью и уже уходит, — невозмутимо ответила женщина и, вежливо попрощавшись с Денисом, вернулась на кухню вместе с мужем.

Бывший муж был вынужден признать поражение и уйти. Он уходил, горько жалея о том, что сделал год назад. Светлана мысленно благодарила бывшего мужа за то, что тот бросил ее. Только встретив Константина, она поняла, что рядом с Денисом ее держала привычка, а не любовь. Они были совершенно разными людьми. Светлана крепко обняла Константина, чувствуя, что нашла свое настоящее счастье.

Марина летела по улице, словно на крыльях, её сердце переполняла радость от неожиданной свободы. Весенний ветерок игриво трепал её волосы, а солнце ласково касалось кожи. Она решила сделать сюрприз свекрови, Анне Петровне, и навестить её без предупреждения.

Подойдя к старой хрущёвке, Марина на мгновение замерла. Облупившаяся краска на двери подъезда заставила её нахмуриться. «Почему бы не покрасить?» — мелькнула мысль, но она тут же отогнала её, решив не судить.

Поднявшись на нужный этаж, Марина глубоко вздохнула и нажала на звонок. Тишина. Затем послышалось медленное шарканье. Сердце девушки забилось чаще от предвкушения встречи.

— Здравствуйте, Анна Петровна! — воскликнула девушка, когда дверь наконец открылась. — Как же я рада вас видеть!

Свекровь застыла на пороге, её глаза расширились от удивления. На ней был старый, выцветший халат.

— Марина? Что-то случилось? — в голосе Анны Петровны сквозило беспокойство.

— Нет-нет, просто решила заглянуть. Вот, тортик принесла, — Марина протянула коробку, надеясь растопить лёд.

Анна Петровна нехотя отступила, пропуская невестку внутрь. Девушка вошла в полутёмный коридор, снова отметив про себя необходимость замены лампочки.

На кухне её ждал ещё один сюрприз. У раковины стояла молодая беременная женщина. Увидев Марину, она испуганно пискнула «Здравствуйте» и поспешно скрылась, прикрывая живот руками.

— Кто это? — Марина повернулась к свекрови, не скрывая удивления.

— Лена, квартирантка, — ответила Анна Петровна, избегая взгляда невестки. — Я сдала ей комнату сына.

Марина вспомнила, как свекровь выгнала её с мужем, узнав о беременности. Теперь же она приютила чужую беременную девушку? Это не укладывалось в голове.

— Может, позовём Лену к чаю? — предложила Марина, пытаясь разрядить напряжённую атмосферу.

— Не стоит её беспокоить, — резко ответила Анна Петровна, бросая нервные взгляды в сторону зала.

Марина молча разрезала торт. Свекровь явно нервничала, постоянно поглядывая на часы. Это было совсем не похоже на их обычные встречи.

— Наверное, мне пора, — произнесла гостья, допивая чай. — Спасибо за гостеприимство.

Облегчение на лице Анны Петровны было почти осязаемым. Она торопливо проводила невестку до двери, едва скрывая желание поскорее закрыть её.

Выйдя на улицу, Марина глубоко вздохнула. Весенний воздух, казавшийся таким свежим ещё час назад, теперь был наполнен тяжестью невысказанных вопросов и подозрений. Что-то определённо было не так, и это «что-то» имело отношение к загадочной квартирантке Лене.

Через пару дней.

Тёплый летний вечер окутал город мягким золотистым светом. В уютном кафе собралась весёлая компания друзей. Звон бокалов и раскаты смеха наполняли помещение. Марина сидела рядом со своим мужем Олегом, пытаясь раствориться в общем веселье.

— Ребята, анекдот слышали? — воскликнул Витя, заговорщически подмигивая. Все с нетерпением обратили на него внимание.

Когда смех от очередной шутки стих, Витя неожиданно добавил:

— Кстати, Олег, я тебя видел с беременной.

Марина хихикнула.

— У тебя появилась любовница? И она уже беременна?

Друзья засмеялись, но Марина заметила, как побледнел Олег. Его голос дрожал, когда он начал оправдываться:

— Я просто подвозил девушку. Она живёт у матери.

— А, это Лена? — спросила Марина, пытаясь скрыть своё любопытство. — Как долго она там пробудет?

— Это мамина проблема, — резко ответил Олег, избегая взгляда жены.

Марина вспомнила о том, как свекровь выгнала их, когда она сама была беременна.

— Странно, твоя мать говорила, что не терпит детского плача, — тихо произнесла она.

Олег лишь кивнул. Марина продолжила, стараясь сохранять спокойствие:

— Хорошо, что мои родители помогли. Отдали нам свою трёхкомнатную квартиру.

— Ты им очень благодарна, — механически ответил Олег.

«Жаль, что у меня был выкидыш. Надеюсь, когда-нибудь я смогу родить». — с грустью подумала Марина.

Друзья, не замечая напряжения между супругами, продолжали шутить. Жена Вити игриво провела рукой по его голове.

— Ты мне причёску портишь! — возмутился он.

— Нет, я ищу у тебя рога, — засмеялась она.

Эти шутки теперь казались Марине жестокими и бессмысленными. Она посмотрела на Олега, пытаясь уловить в его глазах хоть какой-то намёк на правду.

— Кого пригласишь на день рождения домой? — спросила она, стараясь вернуться к привычному разговору.

— Только маму, — ответил Олег, не глядя на жену. — С друзьями посидим в кафе. А твои родители приедут? — спросил он, пытаясь сменить тему.

— Конечно, тёща не пропустит такой день.

Друзья снова засмеялись. Марина смотрела на веселящуюся компанию и чувствовала себя бесконечно одинокой. Вечер продолжался, наполненный смехом и шутками.

Через пару дней в небольшой уютной Марининой квартире, украшенная воздушными шарами и гирляндами, наполнилась гостями. За столом, уставленным разнообразными яствами, собралась семья.

Виновник торжества, Олег сидел во главе стола. Его крепкие руки обнимали хрупкую фигурку жены.

Свекровь восседала по правую руку от сына. Её острый взгляд то и дело останавливался на невестке. Родители Марины заняли места напротив.

— За именинника! — провозгласил отец Марины, поднимая бокал.

Все дружно чокнулись. Вино полилось рекой, смех и оживлённые разговоры наполнили комнату. Марина ловко управлялась с посудой, убирая опустевшие тарелки.

— Доченька, как продвигается лечение? — поинтересовалась мать.

Хозяйка дома неопределённо пожала плечами:

— Пока сложно сказать что-то конкретное.

Взгляд матери остановился на блузке дочери:

— У тебя пятно от вина. Переоденься, милая.

Кивнув, брюнетка направилась в спальню. Не включая света, она подошла к окну. Свежий воздух приятно охладил разгорячённое лицо.

Вдруг до её слуха донеслись приглушённые голоса с балкона. Марина замерла, прислушиваясь. Говорили муж и свекровь.

— Что ты намерен делать с этой девицей? — спрашивала Анна Петровна.

— Мам, давай не сейчас, — раздражённо отвечал Олег.

— Через месяц твоя Лена родит. Нужно что-то решать.

У Марины перехватило дыхание. Руки задрожали, к горлу подступил ком. Ноги стали ватными. С трудом добравшись до шкафа, она принялась лихорадочно переодеваться.

Вернувшись в гостиную, женщина натянуто улыбнулась. Её бледность не ускользнула от внимательного взгляда матери.

— Что с тобой, дочка? Ты вся белая.

— Голова разболелась, — соврала Марина.

Вечер тянулся мучительно долго. Наконец, гости засобирались домой. Проводив всех, Олег принялся убирать посуду.

А его жена, словно в трансе, направилась в спальню. Достав большую сумку, она начала яростно запихивать в неё мужнины вещи.

— Что происходит? — удивлённо спросил вошедший супруг.

— Собираю твои шмотки, — процедила сквозь зубы брюнетка. — Чтобы ты пошёл к своей потаскухе. Ей ты нужнее.

— Какой бред ты несёшь?! — возмутился мужчина.

— Заткнись, лжец! — взорвалась Марина. — Я всё слышала! И твоя мамаша тебя покрывает!

Она швырнула сумку мужу:

— Убирайся! За остальным барахлом придёшь позже.

Ошарашенный Олег пытался что-то сказать, но разъярённая женщина вытолкала его за дверь.

— Чтоб ноги твоей здесь больше не было! — прокричала она вдогонку.

Тошнота подступила к горлу внезапно, словно удар под дых. Марина бросилась в ванную, едва успев захлопнуть за собой дверь. Холодный кафель обжёг босые ступни, а тусклый свет лампы окрасил всё вокруг в болезненные желтоватые тона. Силы покинули её, и женщина опустилась на пол, содрогаясь от рыданий.

Слёзы текли по щекам, оставляя солёные дорожки на коже. Марина чувствовала, как боль и обида разрывают её изнутри, словно острые осколки разбитого сердца.

— Как он мог так поступить? — всхлипывала она, обхватив колени руками. — И свекровь туда же! Прикрывала этого кобеля!

Мысли путались в голове, как клубок спутанных ниток. Перед глазами стояло лицо мужа – когда-то любимое и родное, а теперь ставшее противным и чужим. Каждая черта его лица, каждая морщинка, которую она раньше так нежно целовала, теперь вызывала лишь отвращение и горечь.

Время, казалось, остановилось в этой маленькой ванной комнате. Марина провела здесь почти час, переживая свою боль и обиду. Наконец, она нашла в себе силы подняться. Дрожащими руками она умылась холодной водой и посмотрела в зеркало.

Оттуда на неё глядела измученная женщина с опухшим лицом и покрасневшими глазами. Она глубоко вздохнула, расправила плечи и выпрямилась.

— Хватит реветь! — твёрдо сказала она своему отражению. — Пора действовать.

На следующее утро Марина направилась в ЗАГС. Яркое солнце слепило глаза, но она упрямо щурилась, не желая прятаться за тёмными очками. Пусть все видят её лицо, пусть знают, что она не сломлена.

Она решительно толкнула тяжёлую дверь ЗАГСа. В коридоре было многолюдно, воздух гудел от разговоров и смеха. Марина почувствовала укол в сердце – когда-то и она была здесь счастливой невестой.

— Мне нужно подать заявление на развод, — обратилась она к сотруднице за стойкой.

Женщина равнодушно протянула бланк, даже не подняв глаз. Для неё это была обычная рутина, ещё одна разбитая семья в длинной череде подобных историй. Марина быстро заполнила бумагу, стараясь не думать о том, что ставит точку в своём браке.

— Распишитесь здесь, — сказала женщина за стойкой, указывая на нужную строчку.

Марина на мгновение замерла, глядя на пустую графу. Потом решительно поставила размашистую подпись. Дело было сделано.

Выйдя на улицу, она почувствовала странное облегчение. Словно тяжёлый груз упал с её плеч. Телефон в сумочке завибрировал – очередной звонок от мужа. Она отключила звук, не желая слышать его голос.

Дома Марина заварила чай, села в кресло и включила телевизор. Привычные действия помогали справиться с бурей эмоций внутри. В это время в дверь позвонили. Она напряглась, услышав знакомый голос.

— Марина, открой! Нам нужно поговорить! — кричал Олег из-за двери.

Она подошла, но открывать не стала. Сердце колотилось, как безумное, но голос звучал твёрдо:

— Уходи. Я подала на развод.

— Да ты с ума сошла! Я не дам тебе развода! — разозлился мужчина. В его голосе слышались нотки паники.

— Это мы ещё посмотрим, — хмыкнула Марина и отошла от двери.

Олег ещё долго стучал и ругался. Его голос то срывался на крик, то становился умоляющим. Наконец, он ушёл, оставив после себя гнетущую тишину.

Прошло несколько недель. С первого раза не удалось развестись – пришлось подать заявление в суд. В этот день Марина надела строгий костюм, словно облачаясь в броню.

Она вошла в зал заседаний с высоко поднятой головой. Олег уже был там – помятый, с кругами под глазами. Он бросил на неё умоляющий взгляд, но Марина даже не повернула головы в его сторону.

Судья, женщина средних лет, внимательно изучала документы. В зале царила тишина.

— Итак, гражданин Олег Чазов просит дать время на примирение, — сказала она, поднимая глаза на Марину. — Вы согласны?

Марина покачала головой:

— Нет, ваша честь. У моего мужа есть любовница.

Она сделала паузу. В зале повисла секундная тишина. Олег побледнел и опустил глаза.

— Она беременна и живёт с его матерью, — добавила Марина.

Судья удивлённо подняла брови. Она посмотрела на Олега:

— Это правда?

Тот покраснел и опустил глаза. Потом нехотя кивнул, не в силах произнести ни слова.

— В таком случае, брак расторгнут, — постановила судья, и удар молотка эхом отозвался в зале.

Они вышли из зала. Олег был мрачнее тучи, его плечи поникли. Марина же, напротив, чувствовала прилив сил и энергии.

— Поздравляю, ты, кажется, на работе получил повышение, — вдруг сказала она, удивляясь собственному спокойствию. — Теперь будешь получать вдвое больше.

— Да, но тебе ничего не светит, — ехидно ответил он, пытаясь сохранить лицо.

Марина загадочно улыбнулась. Она положила руки на живот, и в этот момент Олег замер. Только сейчас он заметил округлившийся животик бывшей жены.

— Жди от меня весточки, — подмигнула Марина и весело зашагала прочь.

Олег остался стоять с открытым ртом. До него начало доходить, и паника накрыла его с головой.

— Эй, постой! — крикнул он вслед. — Ты что, беременна?

Но Марина уже скрылась за поворотом. На душе было легко, словно она сбросила с себя тяжёлые оковы прошлого. Она вышла на улицу, и яркое солнце ослепило глаза. Сощурившись, Марина улыбнулась – впереди её ждала новая жизнь, полная надежд и возможностей. И она была готова встретить её с открытым сердцем, оставив позади боль и предательство.

— Что за гадость ты приготовила?! Никакого вкуса! — Виктор кинул вилку на стол, демонстративно отодвигая тарелку. У его жены, Нины, был сильный насморк, а на фоне болезни временно притупилось обоняние. Она не могла различать вкусы и даже не чувствовала соли и перца, поэтому боялась пересолить. Но несмотря на недуг, жена стойко готовила для семьи завтрак, обед и ужин, а еще работала из дома, чтобы не подвести коллег. Видимо, поэтому она никак не могла выздороветь и выглядела просто ужасно.

— Вить, поешь сосиски, хотя бы денек… Можно я полежу? У меня, наверное, температура выше сорока… Нет сил готовить что-то другое, — тихо сказала Нина.

— Тебе бы только полежать! Бока отлеживаешь, скоро в дверь не влезешь!

— Вить…

— Что, Вить? Устал знакомым говорить, что ты просто толстая, а не беременная! — злобно посмотрев на жену, ответил он.

Нине было неприятно слышать такое. Впрочем, она уже привыкла, что если у ее мужа плохое настроение, то он не будет выбирать слова и беспокоиться о ее душевном состоянии.

— Мамуль, иди приляг. Я сейчас что-нибудь сделаю… — на кухне появилась дочь, Аня. Ей было обидно за маму, поэтому, как только она пришла из художественной школы, сразу же кинулась на кухню, вместо того, чтобы делать уроки.

— Твое дело не у плиты стоять, а учиться! Ну-ка неси дневник! — Виктор стукнул кулаком по столу.

— Папа, у нас электронные дневники… — напомнила Аня.

— Неси электронный! Мне без разницы, зубы не заговаривай!

Аня смиренно положила перед отцом телефон. Он посмотрел на оценки и, не найдя к чему придраться, начал обсуждать ее внешний вид.

— Как мать стала! Колхозница! Не волосы, а пух! Хоть бы на других девок посмотрела! Твои ровесницы уже с парнями гуляют, богатеньких кавалеров окучивают! А ты? Кому нужна в своих драных джинсах и безразмерном свитере?! Вечно хочешь у меня на шее сидеть?!

— Вить, ну ты чего взялся? Анечка у нас красавица… — вступилась Нина.

— Тебе кто-то слово давал? Иди в свою комнату и лежи! Больная!

— Папа, почему ты так разговариваешь с нами? — Аня посмотрела на отца полными слез глазами. — Что мы тебе сделали?!

— Рот закрыла, пока «леща» не дал! — Виктор сжал кулаки. Дочь раздражала его все сильнее. Еще бы ведь она все больше походила на Нину. А Нина сидела у него как в горле кость.

Аня молча вытерла слезы и, взяв из холодильника курицу, принялась ее разделывать.

Аппетита не было, поэтому Аня, быстро пожарив филе, отнесла маме кусочек, а сама присела на ее постель.

— Поешь.

— Не хочу, дочка… Нет сил.

— В аптеку сходить?

— Все есть. Я утром ходила.

— Врача вызвать?

— Нет, я просто немного отдохну…

— Посуду кто будет мыть?! — рев из кухни заставил мать и дочку вздрогнуть.

— Я пойду… — тихо сказала Аня.

— Не обращай внимание. Он нас любит. Просто… Наверное, проблемы на работе или что-то болит. Потому плохое настроение.

Аня посмотрела на мать с сочувствием. Иногда ей казалось, что Нина живет в параллельной вселенной.

«Он нас любит. Да он себя-то не каждый день любит!» — думала Аня, вытирая стол.

На следующий день она пришла домой поздно: был отчетный концерт в школе танцев, а после девочки ходили в кафе.

Аня пришла домой счастливая, но настроение пропало, когда она услышала крики.

— Ты ни на что не годишься! Даже дочь нормально не могла воспитать! К чему эти танцы?! А рисование? Глупости! Она должна была пойти в специальную школу, где учат техническим наукам!

— Она девочка, Вить…

— И что?! Я хочу, чтобы она училась и работала там, куда я ее устрою!

— Вить… пусть выбирает сердцем.

— Ты… никогда не слушаешь то, что я говорю! Ни во что не ставишь мое мнение!

— Это неправда.

— Вот и сейчас снова споришь!

— Хорошо, Вить. Что тебе не так?

— Все не так! Ты не такая! Дочь не такая! Даже картина эта на стене… Бесит! 16 лет она меня раздражает. Видеть ее не могу! И тебя видеть не могу! Хочу развода.

— Но Витя, у нас дочь… Как же мы? — Аня услышала всхлипы. — Я ведь люблю тебя… Стараюсь… А картину… Ее же можно убрать, — глотая слезы взмолилась Нина. Эту картину вешал ее отец, он сам ее нарисовал, и она была дорога ее сердцу. Но ради сохранения семьи Нина была готова пойти на такой отчаянный шаг.

— Стараешься?! Посмотри на себя! Ни красоты, ни фигуры. И волосы эти, колхоз! Кто в твоем возрасте косу носит?! Я блондинок люблю… А ты?

Аня не смогла слушать родительскую брань. Она тихо вышла за дверь и уехала к бабушке.

Татьяна Степановна знала о характере зятя и привыкла, что внучка часто у нее гостила.

— Опять поругались?

— Да… Баб, я не понимаю, почему мама его терпит?

— Не знаю, Анечка. Наверное, это любовь.

— Если все мужчины такие, я никогда не выйду замуж.

— Милая, все люди разные. Дедушка твой был замечательным… — Татьяна Степановна любила рассказывать о дедушке. Он был известным художником, его картины висели в художественном музее города, а одна, самая любимая Анина картина украшала главную комнату квартиры, где они жили. — Твой талант в него. Будешь такой же известной, не бросай рисовать.

— Баб, папа хочет, чтобы мы картину дедушки сняли и убрали…

— А его портрет на стену повесить не надо взамен? — нахмурилась бабушка.

— Не знаю, бабуль. Но мне иногда хочется, чтобы у меня и вовсе не было отца. Мне кажется, что так нам с мамой легче будет.

Татьяна Степановна ничего не ответила. Она старалась в дела семьи не лезть, а в последнее время и вовсе не ходила в квартиру, оставленную Нине отцом. Слишком там была «напряженная» обстановка.

Утром следующего дня Аня ушла в школу, а вечером пошла домой, надеясь, что мать с отцом перестали ссориться.

— Мама, что с твоими волосами? — спросила дочь, увидев Нину. Женщина обстригла косу и обесцветила волосы. Ее было не узнать. Коса, гордость Нины, была отрезана, Ане было жаль маминых волос… Но сделанного не вернешь.

— Поменяла имидж, — тихо сказала Нина. Аня промолчала, а Виктор, вернувшись с работы, презрительно сощурился.

— Твоему парикмахеру надо «премию» дать: он умудрился изуродовать то, что, казалось, уже некуда портить.

Нина молча смотрела на Виктора. Она не понимала, чем заслужила такое обращение. С самого утра она собрала все силы, чтобы пойти в парикмахерскую и обрадовать мужа. А он не оценил.

Аня тем временем пошла в гостиную и не обнаружила любимой картины на своем месте.

— Мама?! Где пейзаж?

— Я убрала его…

— Зачем?! Это же память о дедушке!

— Дедушку уже не вернуть. Папа прав, надо добавить новых красок…

— Ты хочешь повесить мою картину на то место? — Аня изогнула бровь.

— Твою мазню? Нет уж, не надо позориться. На этот гвоздь мы повесим часы. Я давно хотел такие, с кукушкой. — Виктор скривил губы в улыбке, вынимая из сумки дешевые пластмассовые часы. Они были настолько уродливыми и плохо сделанными, что Аня не могла поверить. Как можно такое вообще вешать на стену в гостиной?

— По-моему, жуть.

— Много бы ты понимала! — рявкнул Виктор. — Будут тут висеть. Я все сказал!

Он уселся на диван, ожидая ужин и наслаждаясь часами, которые не только выглядели ужасно, но и громко тикали, словно отсчитывая каждый нерв, натянутый у членов этой «счастливой» семьи.

Тем не менее, заметив, что жена пошла на поводу, Виктор на несколько дней успокоился. Даже улыбался, глядя на часы.

«Если эта вещь сделает счастливыми моего отца и маму, я потерплю этот ужасный тик-так», — думала Аня.

Вот только отца хватило на несколько дней, а потом все снова пошло наперекосяк.

— Что ты тут встала?! Видишь, я телевизор смотрю! — крикнул на жену Виктор, когда та пыталась вытереть пол во время уборки.

— Я убираю квартиру. У нас пыльно… Ты запретил включать пылесос, приходится руками, чтобы не мешать тебе громким звуком, — растерялась Нина.

— Ты мешаешь мне самим фактом своего существования! Уйди с глаз долой!

— Вить, ну правда. Ты бы лучше мне помог.

— Отвали, Нина! Иначе будешь с пустотой разговаривать! Не будет у тебя мужа, дождешься… — пригрозил он, делая громче.

Нина положила тряпку и встала, заслонив собой экран. Виктор даже поперхнулся пенным напитком, который попивал, глядя передачу.

— Ты чего, страх потеряла, мать?!

— Что ты хочешь, чтобы мы нормально жили? Волосы я обстригла, стала блондинкой, картину убрал. Дочь теперь в студию не ходит, пошла на курсы юных инженеров по твоей воле. Что тебе не так?!

— Устал я от вас! Хочешь знать, что мне надо? Хорошо, я скажу.

Виктор встал с дивана, чтобы занять больше пространства и казаться более значимым.

— Так вот, я хочу, чтобы теща переписала на меня квартиру.

— Какую квартиру?!

— Свою. Буду туда ходить, отдыхать от вас. Сил моих нету на тебя смотреть. Неделю там буду жить, отдыхать, а потом неделю тут, с вами. И овцы сыты, и волки целы, — выдал он.

— А маму куда?!

— А тещу на дачу. Она любит в огороде копаться, да и недолго ей осталось, пусть к земле привыкает.

Аня слушать отца не смогла. Она вытирала пыль с вазы и, не выдержав этих слов, выронила ее, а та разлетелась на осколки.

— Вот же руки не из того места! Вся в мать! — выругался Виктор, смотря на дочь с ненавистью.

— А может, не в мать, а в отца?! Деспот! — Аня подавила желание кинуть в него куском вазы и, бросив осколки, убежала из комнаты.

— Вырастила хамку, а еще от меня чего-то требуешь, — продолжил Виктор, но Аня уже не слышала. Она быстро оделась и пошла к бабушке. Она не могла позволить отцу так поступить с Татьяной Степановной.

Женщина внимательно выслушала внучку и задумалась.

— Я боюсь, что мама снова пойдет у него на поводу, убедит тебя переписать квартиру! А вдруг он потом скажет, что ему твоя дача нужна, а тебя в дом престарелых сдаст?! — плакала Аня. — А потом он решит, что я ему неродная и сошлет меня куда-нибудь в интернат…

— Милая, не надо плакать. Пока квартира на мне, ничего не случится. Я ее переписывать на него не стану, — заверила бабушка. В то же время она понимала, что внучкины опасения — не пустые слова. Если Татьяны Степановны вдруг не станет, квартира и дача перейдет Нине, а Нина могла пойти на все ради мужа. Порой Татьяна Степановна думала, что дочь слишком отчаянно любит своего мужа, в ущерб себе и дочери. Но Татьяна Степановна старалась держать мнение при себе… Пока она не поняла, что ситуация вышла из-под контроля.

Женщина не спала всю ночь. А утром она серьезно поговорила с внучкой. В тот день Аня осталась у бабушки, а вечером к ним присоединилась Нина. Она плакала, долго и много говорила, а Татьяна Степановна слушала дочь. И Аня… тоже слушала и не понимала, к чему такая семья, если среди членов семьи нет уважения.

Утром Нина успокоилась. Она проводила дочь в школу, а сама пошла домой. Ей было тяжело, и она до последнего надеялась… Но чуда не случилось. Муж пришел домой еще более раздраженным, чем уходил.

К счастью, скандал разыгрался без дочери.

— Где эта мелкая зараза пропадает третий день? Ты тайком ее на занятия по рисованию водишь? Мне товарищ сказал, что она бросила курсы инженеров! Я зачем ее туда устраивал? Чтобы вы меня позорили?! — с порога заорал Виктор.

— Вить, тише, пожалуйста. Голова болит.

— А меньше надо дурью маяться! Лучше бы еду приготовила! Второй день жрать нечего!

— Я была у мамы. Мы с ней обсудили все.

— Да? — Виктор немного изменил тон. — И? Она готова переписать квартиру?

— Мама уже переписала квартиру, и она согласна пожить в деревне. Уже вещи собрала. Я ее завтра отвезу.

— Зачем завтра? Заказывай такси и поехали прямо сейчас! Я быстро соберусь, видеть вас не могу, хоть отдохну в тишине и спокойствии. — Виктор сбросил куртку и отправился за вещами. Он набросал в большую сумку свою одежду и личные вещи. — Этого пока хватит. Ты нашла машину?

— Да.

— Прекрасно. Отвези меня к теще, а тещу на дачу. Наконец-то отдохну от вас.

Нина ничего не ответила. Она молча прошла в машину, и они поехали на вокзал.

— Что это значит?! Куда ты меня привезла?!

— Уезжай откуда приехал. Отдыхай. На развод я подам сама. Можешь не беспокоиться, — Нина вышла из машины и пересела в другую. Ее уже ожидало такси «в новую жизнь».

— А как же раздел имущества?! Квартира?!

— Вот, — она кивнула на его сумку и протянула билет до поселка, откуда он приехал в город, чтобы жениться и обосноваться здесь. — Это — все твое имущество. То, что ты за 16 лет нажил только часы с кукушкой — это твои проблемы. Квартиру мама на Аню переписала, тебе ничего не достанется. Прощай, Витя. Хотя нет, не прощай. Рано нам с тобой все контакты обрывать: с тебя еще алименты 3 года будут приходить для Ани. А я с удовольствием их потрачу на наши нужды.

Виктор что-то говорил ей вслед, но Нина оставила его у вокзала. Она знала, что Татьяна Степановна в тот момент меняла в ее квартире замки. Обратной дороги домой для Виктора больше не было. И хотя ей было больно, она поняла: лучше один раз «отрезать», чем терпеть обострение всю оставшуюся жизнь.

— Уходишь? Ну и катись! — сказал Василий жене, Ирине. Они прожили 18 лет «душа в душу». А точнее, она выполняла роль домработницы, а он пользовался ее услугами и постоянно выговаривал ей:

— Ты ничего без меня не можешь. Пустое место. Только и держу тебя из жалости.

Ирина плакала, терпела… ей надо было уйти от него, но она ждала, пока дочь подрастет. Или надеялась на чудо. Но шло время, а претензии мужа все только увеличивались.

— Посмотри на себя! Разнесло как! Скоро в дверь не влезешь.

— Я не могу ничего поделать, — извинялась Ира. — У меня такой обмен веществ.

— Ага, ври больше. Раньше нормальный был, а потом вдруг стал плохой, — скривился Вася. Сам он тоже был не в лучшей форме. Его живот можно было принять за беременный. Но Василий замечал изъяны только в жене. И волосы у нее не такие, и морщины на лице появились… и одевается она как старуха! Он находил новые поводы, все сильнее давя на жену.

— Уходи от него, — советовала соседка, Люда, с которой Ира временами общалась.

— Зое отец нужен, как девочке расти без отца? Да и куда я пойду? — охала Ирина.

— Да хоть ко мне. Не жалко. С таким отцом она не девушкой станет, а роботом-пылесосом, — говорила соседка, но Ирина не слушала ее. Она возвращалась домой, потому что привыкла к такой жизни. Все так жили, и она переживет.

Шли годы и не известно, чем бы все это кончилось, но как-то раз Ирина упала в обморок прямо на кухне, ей стало плохо за уборкой.

К счастью, дочь успела вызвать врача. Она уже не жила с ними, а приезжала к родителям раз в неделю. И если бы обморок не совпал с приездом дочери, то Ирина могла бы серьезно пострадать.

— Да, женщина, запустили вы себя…— сказал молодой врач из скорой. А Василий слушал и кивал.

— Конечно, запустила! Я ей говорил!

— Лишний вес, хроническая усталость, неправильное питание, стресс…

— Ну с этим я не согласен, — начал спорить Василий. — Из нас двоих только я устаю, потому что работаю. Жена дома сидит, бездельничает.

Врач посмотрел на Василия поверх очков и ничего не ответил.

Он написал на бумажке назначение и уехал. А Ирина, немного полежав и поняв, что без нее дома будет бардак, снова встала и начала прибираться. От лекарств ей стало лучше, а лежать она не привыкла. И только перед сном она заметила, что на обороте рецепта было написано несколько слов:

«Вы роскошная женщина. А ваш муж… тиран. Бегите от него, вы достойны лучшего».

Ирина глянула на себя в зеркало. С отражения на нее смотрела женщина старше своих лет. С серым лицом, кругами под глазами и сухими руками без маникюра, зато с раздражением от бесконечной стирки и мытья посуды. Перед тем как упасть, она как раз мыла окно и стирала вручную занавески. Вот голова и закружилась.

«А ведь я была не такой», — подумала она, найдя фотографию со свадьбы. Там стояла милая девушка сорок шестого размера одежды и с горящими глазами, в которых был интерес к миру. А сейчас ее мир сузился до четырехкомнатной квартиры.

Ирина не спала всю ночь. Размышляла. А наутро сказала мужу, что уходит.

— Уходишь? Ну и катись! — фыркнул Василий. Он не думал, что жена рискнет его бросить. Идти ей было некуда, да и кому она такая была бы нужна?

Ира могла бы выгнать Василия, но ей стало его жаль. Поэтому несмотря на то, что квартира принадлежала Ирине, она молча собрала вещи и пошла к соседке.

— Можно я поживу у тебя недельку?

— Живи. Место есть, — пожала плечами Люда. Сама приглашала, теперь было не отказаться. К тому же ей очень интересно было посмотреть, насколько хватит Ирину, но еще интереснее было бы понаблюдать, как справится ее Вася.

Люда преподавала психологию в институте и любила на практике решать семейные проблемы. Поэтому она решила хорошенько взяться за Иру и «перевоспитать» ее из домработницы в нормальную женщину.

Обязанности по дому они разделили пополам, но Люда не позволяла Ире целыми днями стоять у плиты и постоянно что-то делать, буквально выгоняя ее из дома на прогулку.

— Все дела не переделаешь. Иди проветрись. Пять кругов вокруг дома с Фросей. — Так звали собачку Люды.

Ирина уныло кивала, но шла. Через неделю она почувствовала, что начинает привыкать, что ее тянет на прогулки и стала сама ходить до парка.

Люда не выгоняла. Жили хорошо, не ссорились. Ира даже устроилась на работу — разносить почту. Зарплата невелика, зато на воздухе. Было трудновато, но никто палкой не гонял. Постепенно привыкла.

Однажды вечером Люда привела домой подругу — парикмахера Ольгу. И та по дружбе постригла Иру так хорошо, что ее длинные неухоженные волосы стали красиво лежать в модной стрижке.

— А покрасить сможешь?

— Смогу, — согласилась она.

Ирина купила краску и уже на следующий день сидела как царица. С новым цветом волос и… в старом халате.

— У меня платье есть, купила, но велико, хочешь? Носи, — призналась Люда, вытаскивая из шкафа безразмерный балахон.

Ирина попробовала его натянуть, но не влезла. Ей стало стыдно. В тот же вечер со стола исчезли булки, пироги, жирное и жареное. Люда была не против, сама питалась здоровой пищей и подавала пример Ире.

Они вместе стали ходить в бассейн. Сначала Ире было очень стыдно, что она такая толстая среди красавиц в бикини. Ей, казалось, даже, что бассейн выйдет из берегов. Но ничего, и тут привыкла. Втянулась.

Про мужа она вспоминала каждый день. Все беспокоилась, как он там один, без нее. А когда встречала, то хотела предложить помощь по дому, но он демонстративно отворачивался, словно ее не знал.

Так прошло два месяца.

Ирина влезла в балахон и удивилась, что он не только налез, но и оказался ей великоватым. Ее отражение в зеркале стало гораздо приятнее, чем раньше, и больше не вызывало отрицательных эмоций. Единственное, что ей не давало покоя — то, что она жила у соседки.

— Надо мне вернуться к мужу.

— Зачем?

— Чтобы тебя не стеснять.

— Ты только нормальной бабой стала, Ир. Вернешься — снова засосет. Лучше разменяйте квартиру. Тебе однушку, ему однушку, и дочке на свадьбу подарок будет.

— И то верно… пойду поговорю с ним, — решительно заявила Ира и пошла стучать в дверь к Васе. Но там оказалось открыто.

— А жена ваша где? — спрашивал кто-то.

— Выгнал я ее, — отвечал Вася.

— За что?

— Надоела. Без нее больно хорошо! — заливался соловьем Василий. — Тишина, покой, глаза никто не мозолит!

— А кто же вам готовит?

— Чего там делать-то? 15 минут и готово! Не понимаю, чем она занималась целыми днями! Наверное, наедала себе килограммы. Придешь, есть нечего, а сама с каждым днем толще и толще!

Ирине было очень неприятно слышать разговор Василия с незнакомым мужчиной. Ее переполняло раздражение и злость. Она открыла дверь, чтобы рассказать, что все было не так, и она сама ушла от Васи, но увидела мужа, лежащего на диване и ей снова стало его жаль. Он был бледный и больной, а рядом сидел тот самый доктор.

— Ира?! — ахнул Вася.

— Я. Пришла на развод подать.

— Как это на развод?

— Вот так. Тебе же без меня хорошо живется, вот и живи. Завтра приедет риелтор. Квартиру продаем, — сказала она не так громко, как хотелось бы.

— Но…

Ира не стала его слушать. Развернулась и вышла из комнаты.

— Ваш рецепт. Выздоравливайте, — сказал врач и вышел следом за Ирой. Он догнал ее и сделал ей комплемент.

— Вы молодец, Ирина. Взяли себя в руки. Хорошо выглядите, кстати, — сказал он и подмигнув, уехал.

Ира пожала плечами и поделилась с Людой услышанным разговором.

— Нет, я одного понять не могу! Как он смеет говорить про меня гадости?!

— Он всегда был таким, Ир. Ты просто не замечала. Терпела.

Они просидели на кухне до самой ночи, а утром Ира позвонила дочери и, все решив, выставила квартиру на продажу. Она была полноправным собственником, поэтому не сомневалась, что закон на ее стороне, даже если Василий не захочет выселяться.

Но Василий не стал спорить, понимая, что если начнутся суды, то он проиграет. Поэтому согласился на однушку на окраине.

— Все по-честному, Вася, — улыбнулась Ирина. Она вздохнула с облегчением, когда поняла, что ее жизнь изменилась. — Живи да радуйся. Ты же хотел!

— Я отлично без тебя справляюсь, никаких проблем. Дома чисто, обед готов. И тебя терпеть не надо, — пробубнил он и ушел. Ему было обидно, что жена смогла без него жить и даже похорошела. Но предложить ей вернуться он не решился, его мужская гордость не позволила. Все обдумав, он решил, что жена ему не нужна. Но спустя полгода, когда дочь вышла замуж и переехала с мужем в новую квартиру на другом конце города, Василий загрустил.

— Зой, а ты когда ко мне в следующий раз приедешь? — спросил он у дочки.

— Не знаю, папа. Мне беременной ехать к тебе неудобно. Муж ругается. Слишком долго я с тобой вожусь. И уберись, и на неделю вперед сготовь.

— Вот так всегда! Вы, бабы, неблагодарные! Что тут делать-то? 15 минут и готово! — кричал Василий на дочь, которая все это время после ухода матери, выполняла ее роль. Убиралась, готовила, стирала и выслушивала от Василия недовольные комментарии.

— Дальше сам, пап. Я свою повинность отработала, — сказала Зоя и ушла.

А Василий еще долго ругался на то, что Ирка воспитала ленивую дочь, которая совершенно не хочет ему помогать и отлынивает от обязательств.

— Делать нечего! Раз и готово! — бубнил он, доедая последнюю котлету, оставленную дочерью. Что делать дальше он пока не знал. Наверное, придется снова жениться.