— Боря! Когда ты разведешься с женой?
Вот она стоит — талия осиная, ноги от ушей, красивый пучок на голове, лисьи глазки — все как надо. Даже когда злится, прекрасна и безупречна, словно обложка дорогого журнала.
— Боря, я с тобой разговариваю! — Ульяна даже топнула ногой, привлекая внимание любовника.
— Улечка, зачем эти сложности? — Борис залебезил. — Бумажки. Раздел имущества с ней, будет меня дергать то туда, то сюда. И при том, я не хочу, чтобы ты гладила мои брюки и стояла у плиты.
— Есть доставка и прачечная, — отчеканила Ульяна. — А я не хочу делить тебя с этой… этой…
Она сморщила нос, будто в кофе налили кислое молоко.
Разговор повторялся не первый раз и всегда заканчивался ничем.
Борис был женат уже восемнадцать лет. Его сын Женя заканчивал школу. Жену Веру он встретил на свадьбе друга и тогда она показалась ему подходящей кандидатурой — скромная, прилежная, приветливая, работает воспитательницей в детском саду. Пресыщение наступило быстрее, чем стукнул первый юбилей — десять лет их брака. За это время сам Борис поднялся до замдиректора рекламного агентства. А она так и была той же воспитательницей. Варила ту же кашу на завтрак. Носила те же юбки в горошек и ту же стрижку каре. Борис пытался договорится с совестью, а потом плюнул на все. Пусть жена будет дома. А за его пределами ее нет. Вот так видный, импозантный, симпатичный мужчина быстро нашел себе развлечение — одноразовые нечастые свидания с глупенькими студентками. Это тешило самолюбие Бори, напоминало лихие годы молодости.
Но потом он случайно встретил на рабочей парковке Ульяну. Точнее, занял ее место, они долго ругались, пока Борис не оценил спорщицу под правильным углом и не уступил. Затем в качестве извинений предложил угостить десертом в кофейне.
За чашкой кофе он выяснил, что новая знакомая владеет небольшим магазинчиком косметики, образована, остра на язык и очень хороша собой. Все закрутилось само собой. Сначала невинные посиделки в кафе, потом кино, выставки, отели, поездка в другой город, а уже после Борис под разными предлогами стал пропадать у любовницы по ночам.
Его слегка дразнило, что Ульяна не слишком-то и нуждается в нем. Она могла сама купить себе дорогую сумку. Могла вызвать клининг и уйти на деловую встречу. Могла сама решить все вопросы. Вера никогда не была такой. Она робко просила о помощи при любой проблеме. Только вот просьбы жены его раздражали, а от Ульяны он их жаждал.
Однако владелицу магазина со временем стала раздражать уже двойная жизнь Бориса. Из-за этого сыпались планы. И в целом, как властная женщина, Ульяна хотела полноправно обладать своим мужчиной.
— Уль, я же тебе объяснял, что это страшная нервотрепка. Все же и так хорошо. Ну зачем тебе влезать в эту серую бытовуху? — Борис закатил глаза.
— А ты никак не можешь из нее вылезти! — парировала Ульяна.
Он раздраженно сдавил виски пальцами. Любовница с каждым разом наседала все плотнее. Но разводится он точно не планировал. Его все устраивало. Две женщины в жизни и каждая отвечала за свое. Ульяна — праздник, яркость, молодость. Вера — дом, быт, уют. Смешивать нельзя.
Ульяна в хорошем настроении ехала домой. Она только что договорилась с новым поставщиком и уже подсчитывала увеличение прибыли. Телефон зазвонил, когда остановилась на светофоре за полпути к дому.
— Ульян, привет. Сможешь забрать Степку из садика? — взмолился в трубке брат. — Жанна колесо пробила, ждет эвакуатор. А я не могу уйти, вот-вот собрание директоров начнется.
— Могу, — чуть помедлив, ответила та. — Пришли мне адрес сада.
Ульяна любила племянника, хоть и видела его нечасто. Смышленый не по годам Степка на следующий год должен был пойти в первый класс.
Брат радостно агакнул в трубке, а вскоре телефон дзынькнул смс-сообщением. Ульяна вбила адрес в навигатор и поехала по новому маршруту.
Прежде ей не доводилось забирать племянника из садика. Ульяна немного запуталась в коридорах, но в конце концов нашла нужную группу и заглянула в двери за детскими шкафчиками.
— Здравствуйте. Я тетя Степана Соколова, — она по косяку костяшками пальцев.
— Тетя Уля! — Степан с радостными писками помчался к ней.
— Ну все. Сомнений в родстве нет, — засмеялась воспитательница и перевела глаза на лицо Ульяны.
Когда взгляды двух женщин встретились, обеих пронзило смутное осознание чего-то. Ульяна поспешно стала собирать Степана.
Они уже выходили из дверей детского сада, когда девушку сзади окрикнули по имени.
— Ульяна, подождите, — позвала ее Вера. — Может, место и время не самое подходящее… но мне известно о вас и моем муже.
— Прекрасно! Тем лучше, — ощетинилась Ульяна. — Значит вы в курсе, что он скоро подаст на развод!
Вера покачала головой, но к удивлению девушки, в ее взгляде не было ни сожаления, ни печали, ни горести.
— Ульяна, давайте встретимся и поговорим. У меня нет к вам претензий, — спокойно попросила Вера.
Ульяна замешкалась. Она-то готовилась к наступлению или обороне.
— Понимаю ваши подозрения, — кивнула Вера. — Если захотите все-таки поговорить, я завтра заканчиваю работу в пять часов.
Ульяна ничего не сказала, покрепче сжала ладонь племянника и зашагала к машине.
Руки нервно постукивали по рулю. Без десяти пять, без пяти. Время тянулось, как резина. Ульяна впервые в жизни была не очень готова к новому повороту событий.
Вера вышла из калитки детского сада и увидела соперницу. Она коротко поздоровалась, открыла дверь и села на пассажирское место.
В голове Ули мельком пронеслась мысль, что не выглядит эта женщина тихой, скромной, стеснительной недотепой, которую ей всегда описывал Борис.
— Не буду вас долго томить, — начала Вера. — О романах моего мужа я знаю давно.
Ульяна подняла бровь.
— Да, да, о романах, — подтвердила Вера, заметив её удивление. — Вы далеко не первая.
— Вы пригласили меня похвастаться своей осведомленностью? — колко спросила Ульяна.
— Нет. Я обещаю, что через три месяца Борис будет целиком и полностью ваш, — заверила ее Вера. — Я исчезну из его жизни. И все, что я прошу взамен — это молчать о нашей встрече.
Хозяйка косметического магазина задумалась. Предложение было простым и выполнимым. Только вот подано под странным соусом. Хотя, какая уже разница?
— А где гарантия? — засомневалась Ульяна.
— Гарантией служит то, что за все годы Бориных загулов я играла роль примерной жены. Дайте мне доиграть последний акт, и я уйду со сцены, — проницательно посмотрела на нее Вера.
Ульяна помедлив, кивнула. Женщины обменялись многозначительными взглядами, и Вера покинула машину, хлопнув дверью.
Борис умел влюбить в себя, что и произошло с Верой при их знакомстве. Она была молодой, наивной девочкой, только окончившей институт. Строила грезы о счастливой семье и надежном мужчине рядом. Первое время так и было, но когда сын подрос и пошел в пятый класс, она впервые почувствовала неладное — нашла женскую заколку в машине мужа. Он тогда отшутился, что коллеги подкинули ради розыгрыша. Вера проглотила это, хоть и не поверила.
А далее все нарастало, как снежный ком. Через год он стал приходить с запахами чужих духов. Через два — не краснея, врал о ночной работе в агентстве. Через три перестал брать трубки по вечерам. Вера терпела, стиснув зубы, потому что мать всегда говорила «Терпи! Мужик, как пес — нагуляется и все равно к тебе придет». Да и сын не должен знать ничего.
Но в тот момент, когда Вера нашла у мужа в телефоне целый ворох любовниц, её, как говорят, переклинило. В тот день она перестала изводится и тихо плакать по вечерам в ванной. Нужно было собрать хрупкую девочку в кучу и вытащить себя за шкирку из этого болота образцового вранья.
Вера поняла, что нужно подготовить все для отступления. Она знала, что квартира принадлежит мужу, а значит при разводе не сможет претендовать на ее половину. А ведь нужно где-то жить, ставить на ноги Женю. Мать Веры давно осела в крохотной однушке, где уже в коридоре вдвоем было тесно. Так что идти к ней с сыном было никак нельзя. И тут она вспомнила, что от бабки по отцу ей в наследство недавно досталась старая дача, с хорошим, правда, участком.
Думала Вера недолго. За два месяца она тихо продала дачу, вложила деньги от продажи в новенькую квартиру в хорошем доме на стадии котлована и оформила все на сына. Оставалось дождаться постройки и сдачи дома. Попутно Вера копила деньги. Понемногу, но жить ей было спокойнее. Муж уже давно стал чужим, было тяжело поддерживать для него атмосферу «нормальности». Но Вера старалась, зная, что осталось еще немного.
Иногда она думала, а почему Борис просто не разведется с ней? И ответ был до противного очевидным — ему удобно. И он всецело верил в дурочку жену, которая ничего не видит, не слышит и сама не может. Что ж, пусть верит до поры до времени.
Когда Вере вручили ключи от новенькой новостройки, она впервые за много лет по-настоящему почувствовала себя счастливой. Оставалось купить необходимые предметы быта и можно было переезжать. Благо Вера скопила нужную сумму — она в тот же день заказала технику, кровать, пару шкафов и другие хозяйственные мелочи.
На совершеннолетии сына она последний раз сыграла роль примерной жены и домохозяйки. Борис пил вино, радовался, поздравлял отпрыска с началом взрослой жизни. Евгений кивал и натянуто улыбался. Он уже все знал. И решил, что будет поддерживать и заботиться о матери. Вере стоило больших трудов убедить его доиграть заданную роль.
Борис возвращался домой поздно вечером от Ульяны. Последнее время она отстала от него с вопросом о разводе. Они много развлекались, ездили на парный массаж, в рестораны, в бассейн. Евгений закончил школу с серебряной медалью и собрался поступать в престижный вуз на врача. Вера взяла еще группы детей и проходила курсы дополнительного образования для воспитателей и учителей. Она сама появлялась дома поздно, лишних вопросов не задавала, наскоро готовила, убирала и ложилась спать.
Борис ощущалась себя хозяином положения, царем, человеком, у которого все на мази. Красивая любовница, образцовая жена, умница-сын — и все это он сделал сам.
«Ай да я! Эй да Борис Витальевич!» — мысленно нахваливал он себя.
Зайдя в квартиру, Борис удивился тому, как в ней тихо и темно.
— Куда все запропастились? — пробормотал он, снимая ботинки.
Коридор и комнаты отозвались пустотой и полумраком. Щелкнул выключатель. И только, когда Борис заметил отсутствие привычных предметов там, где они должны быть, до него дошло. Он кинулся в кухню, в комнату сына, в спальню. Там не было вещей жены. Из комнаты Евгения вообще исчезла все, включая ковер и люстру. На кухне были следы поспешных сборов: остатки скотча, пленки и порванные пакеты, какой-то мусор повсюду.
Ошарашенный Борис набрал номер сначала жены, потом сына. Оба они отозвались молчанием в трубке. Реальность стерла его самодовольство жесткой отрезвляющей пощечиной.
Первые месяцы Ульяна ликовала. Борис был полностью ее. Они проводили часы, свободные от работы, в праздности и проматывании денег.
Вера подала заявление на развод. Борис пытался препятствовать, но она была непреклонна. К тому же Вера не оставалась с ним один на один и все обсуждала либо в присутствии подруги, либо с мамой. Та была не в восторге от решения дочери, но молчала.
К осени супругов развели. Отмечать это событие Борис и Ульяна улетели в Турцию. Вера же заботилась о начале учебного года сына-студента.
Все сложилось так, как и хотела Ульяна. Тюха-жена самоустранилась, и теперь никто им с Борей не мешал.
Но постепенно идиллия стала рушиться. Борис, оставшийся без кухарки и уборщицы, практически переселился к Ульяне. Хотя та и отбрыкивалась. Постоянно тратить деньги на доставки и рестораны он устал, да и накладно это было. Как-то он стал клянчить домашнего борщика или котлет. Ульяна невозмутимо пожарила ему яичницу. Готовить она ненавидела еще с детства. Максимум, могла покрошить салат и сделать чай.
В глаза ей начали бросаться мятые рубашки, разбросанные носки, мусор на кухне. Ульяна потерпела пару недель. А потом выкинула пожитки любовника в подъезд и раздраженно вытолкала его самого из квартиры.
— Приведешь себя в порядок, наймешь повариху и уборщицу, придешь! — отчеканила она. — Я на эти должности работать не нанималась!
Растерянный Борис поплелся к себе, в пустую, холодную и темную квартиру.
Прошло два года. Вера только что закончила готовить торт к восьмому марта и пребывала в предпраздничной приятной суете. В гости должны были прийти две подруги, но главное! Она ожидала знакомства с девушкой Жени.
Звонок ожил, разбросав по квартире птичьи трели. Вера вытерла руки о фартук и поспешила открывать, попутно глянув в зеркало. Она не хотела предстать перед потенциальной невесткой с мукой на носу.
— Вы рано… — начала было Вера, открыв дверь, но осеклась на полуслове.
— Здравствуй, Вер… — напротив за порогом стоял Борис.
Выглядел он неважно. Заросшие щетиной щеки, мятая футболка, грязные кроссовки.
— В чем дело, Боря? — женщина посмотрела на него снисходительно. — Как ты меня нашел?
— Женька проговорился, — потупился Борис. — Я хочу поздравить тебя и, надеюсь, поговорить.
— За поздравление спасибо, но разговаривать нам не о чем. А цветы, — она взглянула на лилии в руках у мужчины, — можешь подарить любой девушке на улице.
— Верунь, кто там? — послышалось из квартиры.
Из комнаты выглянул мужчина с отверткой в одной руке и парой саморезов в зубах.
— Ошиблись дверью, — не оборачиваясь, ответила Вера.
— Я понял, — Борис кивнул. — До свидания, Вер.
Она закрыла дверь и выдохнула.
— Стол собрал, ножки к стульям прикрутил, так что все готово к приему гостей, — отрапортовал Денис, улыбаясь.
— Неплохо для детского тренера по водному поло. Может тебе податься в мужья на час с такими-то талантами? — пошутила Вера, обняв его.
— Тогда тебе бессрочный и бесплатный абонемент на всю жизнь, — Денис поцеловал ее в щеку.
— Ой! Почему горелым пахнет?! — Вера вприпрыжку побежала на кухню.
Денис проводил ее томным взглядом и пробормотал:
— Мечта! Мечта, а не женщина!
