Ukr Story

— Посмотри, снова сумку тащит! Видишь, как тяжело ей! — официантки, вышедшие на перекур, рассмеялись.

Одна из них крикнула:

— Посудомойка! Баба Валь, только не надорвись, объедки тяжелее еды!

Пожилая женщина оглянулась, грустно улыбнулась и, сменив руку, которой держала сумку, направилась к остановке быстрыми шагами.

— Интересно, зачем ей столько остатков? — поинтересовалась одна из девушек.

— Кто ж его знает? Она ведь всего пару недель здесь. А нашему Палычу…

— Ты знаешь, что меня вообще не интересует личная жизнь людей! — презрительно отмахнулась другая.

— Ой, конечно, как будто он мне нужен! Страшный, седой…

— Ну, седой, потому что повидал всякое. Но вот по поводу «страшный», тут ты ошибаешься: Палыч весьма обаятелен, и мужественный вдобавок!

Светлана взглянула на подругу:

— Да ладно, ты что, тоже в нашего администратора влюбилась?

— Да нет, просто так и сказала, что он интересный человек. Не, Свет, у нас шансов нет. Палычу и нашему хозяину мы не интересны. Им нужны личности, а мы обычные.

Светлана вздохнула, принимая, что в чём-то подруга права. Андрей, которого все звали Палычем, был другом владельца ресторана. Если Ивану Игоревичу было около сорока, то Палычу чуть меньше, на три-четыре года. По слухам, они познакомились в горячей точке лет 15 назад, а потом начали заниматься ресторанным бизнесом. Даже говорили, что спасли друг друга в какой-то страшной передряге, поэтому их дружба так крепка.

Палыч был на месте, и Света тут же направилась к нему.

— Андрей Палыч, а нормально ли, что наша новая посудомойка домой сумки с объедками таскает?
Палыч посмотрел на неё внимательно:

— Вам было бы спокойнее, если бы остатки на помойку выбрасывали?

Света покраснела, но не собиралась отступать.

— Но подумайте сами, если человек так плохо живёт, что питается остатков и, наверно, ещё кого-то ими кормит, какие условия у неё дома? Это же недопустимо при работе с посудой.

— Серьёзнее отнеситесь! У Валентины Степановны есть все необходимые справки — это раз. Она всегда опрятная и чистая — это два. Вы не знаете, кого она кормит этими остатками — это три. И четыре: если бы вы, Светлана, выполняли свою работу хотя бы наполовину так же хорошо, как Валентина Степановна, вам бы цены не было! Займитесь делами и помните: сплетни и наговоры не красят девушку.

Светлана, краснея от стыда, кинулась в подсобку, где её ждала подруга.

— Ну что, получила нагоняй? Скажи, зачем пытаешься умничать там, где не просят?

Света зло фыркнула.

— Солдафон противный, защитил какую-то старуху, которая питается остатками! Не я буду, если она здесь долго проработает!

— Что тебе сделала эта бабушка? — вздохнула Рита. — Ну, носит и пусть, ведь не без спроса же берёт! Зачем ты взъелась?

— Просто… — Света была на грани слёз. — Почему он так разговаривает?

Рита снова тяжело вздохнула:

— Пошли уже, мы закрыты полчаса назад, а ты всё никак не соберёшься.

На следующий день, когда девушки пришли на работу, Валентина уже вовсю трудилась. Пока посуды не было, она усердно вычищала всё вокруг: натирала окна, столы и прочие поверхности до блеска. Света презрительно фыркнула:

— Отрабатывает свои объедки, не иначе.

Валентина вздрогнула, обернулась и лишь спокойно улыбнулась, как будто перед ней стоял капризный ребёнок, на которого и обижаться-то не стоит. Эта безмятежность моментально вывела Свету из себя. Она подошла ближе:

— Улыбаешься зря! Всё равно испорчу тебе жизнь. Если сама не уйдёшь, хозяину наябедничаю. Раз уж администратор глаза закрывает, пусть хотя бы он разберётся.
Валентина растерянно спросила:

— Свет, за что ты так на меня злишься?

Светлана от возмущения буквально захлебнулась и, хлопнув дверью так, что стекла задрожали, вылетела из помещения. Валентина ещё долго удивлённо смотрела на дверь, а затем обратилась к Рите:

— Что с ней такое творится?

— Понятия не имею, — пожала плечами Рита. — Думаешь, она и вправду хозяину пожалуется?

Рита знала о Валентине от Андрея. Женщина, хоть и собирала остатки, явно не жила впроголодь: одевалась аккуратно и прилично. Но с другой стороны, чего-то ей явно не хватало. Рита понимала: подругу нужно поддерживать, ведь Света явно переживала за что-то своё. На самом деле Светлана злилась потому, что когда-то и сама не отказалась бы от таких остатков.

Света росла в семье алкоголиков. Когда еды не было, ей приходилось воровать или голодать. Она каждый день испытывала стыд — отец нередко напивался и не доходил до дома, а мать, в его отсутствие, принимала кого попало.

Теперь Света даже не была уверена, что её отец — на самом деле отец. Однажды зимой он замёрз на улице, не дойдя до дома сотню метров. Мать долго не горевала и уже через пару недель привела нового мужчину, с которым вскоре умерла, отравившись алкоголем.

Сестра матери не хотела иметь с ними дел, но взяла Свету к себе:

— У меня и своих двое, а ты мне чужая. До 18 доживёшь, а дальше — сама.

Светлана не держала обиды: за четыре года она поняла, что можно жить иначе. В доме всегда была еда и чистота. Уже пять лет она жила самостоятельно, но поддерживала связь с тётей, поздравляя её с праздниками и иногда навещая. Всё, что происходило в детстве, для неё было страшным сном, который хотелось навсегда забыть. Никто из её нынешних знакомых не знал, какой была её жизнь до 14 лет.

Вечером Андрей сообщил, что через два дня вернётся хозяин. Тот ездил за границу учиться ресторанному делу.

— Надеюсь, мы тут не расслаблялись. Всё чисто? На кухне порядок? В холодильниках всё на местах? В книге жалоб тишина?

Света ухмыльнулась:

— Посмотрим, как Иван Игоревич отреагирует на то, что какая-то странная старушка таскает еду из его ресторана.

Рита тут же одёрнула подругу:

— Да брось ты! Это же просто остатки. Они никому не нужны.

У Светы была мечта: выйти замуж так, чтобы никогда больше не переживать о деньгах. Пусть не миллиарды, но хотя бы спокойная и обеспеченная жизнь. Для этого ей нужен был удачный брак.
Когда Света только устроилась в ресторан, она сразу приметила Палыча. Он показался ей именно тем, кто сможет осуществить её мечту. Но, как бы ни билось сердце, Палыч оставался равнодушным. Тогда в её голове созрел план: почему бы не попробовать с хозяином? Иван Игоревич был не намного старше, а она ведь молода и привлекательна. И вот, как раз, появился повод обратить на себя его внимание. Оставалось только подойти к делу с умом.

В день приезда Ивана Игоревича Света пришла на работу пораньше. Ей встреча далась нелегко: в ресторан она шла, как на свидание. Палыч удивлённо поднял брови и ухмыльнулся, но Света проигнорировала его реакцию. Девушки зашептались: Иван Игоревич уже на месте. Светлана вздохнула:

— Ну, всё. Сейчас или никогда.

Она постучала и слегка приоткрыла дверь.

— Иван Игоревич, можно войти?

Иван взглянул на неё и приветливо улыбнулся:

— Светлана, если не ошибаюсь? Заходите, конечно. У вас ко мне дело?

Света аккуратно закрыла за собой дверь, обворожительно улыбнулась и начала говорить. Она рассказала, что её волнует репутация ресторана, где она работает. Иван Игоревич выслушал и спросил, удивлённо глядя на неё:

— Не понимаю, вы беспокоитесь о том, что это отходы, или о том, что человек может быть неаккуратен?

— Конечно, о втором! При чём здесь отходы?

— Хорошо, пойдёмте, посмотрим на нашу сотрудницу. Полагаю, она устроилась сюда уже после моего отъезда?

— Да, всё так.

Они вышли из кабинета и тут же столкнулись с Палычем. Тот внимательно взглянул на Свету и фыркнул:

— Светлана, вы никак не угомонитесь, да?

Света молча прошла мимо. Что ей Палыч, если сейчас с ней сам хозяин! Они зашли в моечную. Иван Игоревич громко поздоровался:

— Здравствуйте! Я Иван Игоревич, владелец ресторана. Давайте познакомимся!

Пожилая женщина медленно обернулась и вдруг прошептала:

— Нюша!

Иван на миг замер, затем воскликнул:

— Валентина Степановна?

Хозяин бросился её обнимать. Света и Палыч оторопело смотрели на них.
Света тут же поняла, что её план не сработает, более того — может обернуться увольнением. Она попыталась незаметно уйти, но уже весь персонал собрался у двери.

— Андрей, иди сюда! Помнишь, я рассказывал о женщине, которая осталась помогать в госпитале после смерти её сына? Как она тащила меня из палаты на одеяле, когда начался обстрел? Ей я обязан жизнью! Я думал, что все погибли тогда. Я вас искал.

— Ранена была, в голову, меня перевозили с места на место. Ваня, даже не знаю, как я выжила! И когда вернулась, поняла, что и в мирное время есть брошенные животные. Прости, думала, что эти остатки никому не нужны, а тут из-за этого скандал.

Иван Игоревич вскочил:

— Валентина Степановна, даже не думайте! Мы будем покупать всё необходимое. И с мытьём посуды покончено! Вам нужно жить спокойно и радоваться!

— А посуда сама себя мыть будет? — усмехнулась Валентина.

— Найдём кого-нибудь, объявим. А пока, — он обернулся к персоналу, — Где наш борец? Светлана поработает в моечной, пока не найдём другого человека.

Света едва сдерживала слёзы, а Рита вздохнула.

— Светка, говорила же, не лезь! Ну и чего ты добилась? Что тебе эти остатки?

— Всё равно не буду тут работать! — фыркнула Света.

— И куда пойдёшь? На завод? Съёмной квартиры не оплатишь.

Света разрыдалась:

— Почему, Рит? Почему всё так? В детстве объедки бы эти на вес золота… А тут бабка всё в пакет и понесла! Ненавижу всех: ресторан, Валентину… Как мне с этим жить?

Рита смотрела на неё в шоке. Она никогда не подозревала, насколько тяжело Свете было в прошлом. Но не только Рита — в дверях стоял Палыч и внимательно смотрел на неё. Он всегда думал, что она просто злая, а оказалось всё куда страшнее. Света пошла мыть посуду, не уволилась и никому ничего не сказала, замкнувшись в себе.

Через пару дней Палыч привёл новую сотрудницу:

— Светлана, покажи-ка тут всё. Это наша новая посудомойщица.

Света, ничего не говоря, сняла фартук.

— Ну и куда мне идти? Заявление писать?

— Да, Света, — кивнул Палыч. — Только не на увольнение, а на отпуск. Я с Иваном договорился. Хочу пригласить вас на турбазу покататься на лыжах, знаю хорошее место.

Света посмотрела на него с удивлением, а Палыч спокойно добавил:

— Номера будут раздельные, об этом не волнуйтесь.

С тех пор эта турбаза стала одним из любимых мест молодой семьи. Позже, с согласия администрации, там стали оставлять альбом с фотографиями бездомных животных, которых Валентина Степановна подкармливала, и многим из них находили новый дом. Кстати, Светлана извинилась перед Валентиной и пригласила её на свою свадьбу с Андреем Палычем. Валентина, конечно, простила её, ведь она была человеком исключительной доброты.

-Паша, Паша, где ты? -Василина позвала мужа. Уже было 6 утра. Вчера они поссорились и муж ушел ночевать на веранду. Там, на летней кухне стоял топчан, переделанный старый диван. Обычно, в это время он уже был во дворе, кормил кур, козу Машку и приходил на завтрак. Сегодня было тихо. Не хлопала входная дверь. Слышно было, как блеет коза Машка на улице. «Некормленная что ли? Где же тогда Павел? Может, после вчерашней ссоры ушел куда?» Встревоженная Василина с трудом встала и пошла на веранду. «Все равно надо вставать. Паше и себе поесть сготовить. Может блинчиков? Тоненьких. Как Паша любит с растопленным медом.» Она вышла из дома и дошла до кухонного стола и за ним увидела лежащего Павла. Тот лежал как то неестественно что ли, запрокинув голову и раскинув руки. Стеклянные глаза не мигая смотрели в потолок. Василина тяжело опустилась на стул. «Помер.»

-Паш, а Паш. — Она дотронулась до мужа. Потрогала лоб. Муж был холодный, уже окоченел. «Стало быть еще ночью помер. Надо же что то делать. А что?» Голова как то внезапно перестала работать. Она продолжала сидеть в оцепенении и никак не могла заставить себя подняться и начать что то делать. Так и сидела. Вспомнилась вчерашняя ссора.

У них было трое детей. Всю свою жизнь, со свадьбы, Павел проработал сначала в колхозе, затем уже у частного фермеры, бывшего председателя колхоза, механизатором в поле. То трактор, то комбайн. Все время в поле. Василина тоже всегда была при колхозе дояркой, а после у того же фермера скотницей, за телятами всю жизнь смотрела. Без денег семья никогда не сидела. Голода, бедности не знала. Всегда скота был полон двор. Растили и для себя, и на продажу. Детей вырастили, выучили.Даже в старости, на пенсии, снабжали детей продовольствием со своего двора, помогали и деньгами всем троим. Сыграли свадьбы, помогли купить квартиры. По пять, шесть коров на продажу растили. Василина во всякую погоду продавала и молоко, и сало, и, творог, и мясо, и яички, и сметану, и масло коровье на рынке в райцентре. Денег у Самойлывых всегда на руках и в запасе было много. На себя как то не тратили. Жили по старинке, давно нажитым. Пока три года назад Василина не упала на снегу, когда шла коровам и свиньям воду наливать в скотную. Перелом шейки бедра. Василина долго, почти три месяца пролежала в больнице и вернулась домой инвалидом. Помощница она стала никакая. С трудом первый год по дому передвигалась. Муж не бросил, помогал. А вот дети….После того, как Василину увезли в больницу, отец обзвонил всех троих детей, нужно было посмотреть за скотиной или за матерью в больнице. Ни один из них не приехал. Павлу было некуда деваться и он начал понемногу резать скот и продавать. Оставил одну корову, пять курочек, петушка, немного мяса для себя в морозилку. Он все время был с женой, помогал ей в больнице. Когда Василина стала поправляться и вставать на ноги, Павел посоветовался и зарезал последнюю корову. Решили, что для молока возьмут козочку. Им двоим хватит. Дети знали, что мать в больнице, что отец один мечется между домом и больницей, но ни один из них так и не приехал. И даже не звонили и не интересовались, как родители. Горько и обидно было Павлу и Василине. Они долго разговаривали про детей и не могли понять, почему так дети с ними поступают. Гордый Павел запретил Василине звонить детям. «Не нужны, так не нужны. Бог им судья. Видеть никого из них не хочу. Чтобы не звонила никому из них. Поняла меня?» «Поняла, Пашенька. Не буду.»

Василину выписали из больницы. Потихоньку она начала поправляться. Всем во дворе распоряжался Павел. Василина редко выходила во двор. Третий год они ничего не сажали, окромя картошки. И ту то сажать помогал соседский сын Иван. Он культиватором пахал огород и помогал сажать Павлу. Иван с женой с самой начала болезни Василины помогали соседям. Его Настена готовила деду еду и в больницу Павла собирала. А когда Василина домой приехала, весна уже была, Настена грядки накопала и посадила у деда в огороде по мелочи маленькие грядки с луком, морковкой, перцами, свеклой, петрушкой, укропом, чтобы у стариков своя зелень была. Каждый раз, когда Настя с Иваном приходили на помощь или с гостинцами, Павел с Василиной смахивали слезу . Своим не нужны, а чужие присматривают. Они были бесконечно благодарны соседям за внимание и уход.

А год назад и деда трехануло — инфаркт. Упал прямо во дворе. Ладно Иван увидел со двора и вовремя вызвал скорую помощь. Василина в тот же день позвонила детям . Старшая дочь сказала -«Мама, очень плохо. Вызови скорую, отправь отца в больницу. Приехать пока не сможем, у детей школа. Ты может не помнишь, твой внук Василий школу заканчивает. » Средний сын долго не брал трубку, а когда взял, сказал, что прямо сейчас приехать не может, на Алтае он и что он не врач и ничем отцу помочь не сможет. Младшая дочь, услышав, что у отца инфаркт, заплакала. «Как он?» «В реанимации пока. Ты приедешь , Машенька? Я ведь безногая, почти не ходячая, а к отцу ходить надо.» «Пока нет. Попроси кого нибудь помочь. Деньги у вас есть, я знаю. Отец весь скот зарезал и продал. Деньги себе оставил. Никому из нас ни копейки из тех денег не дал. Так, что , на помощницу у вас деньги имеются.» «Что ты такое говоришь, доченька? Те деньги почти все закончились. Я же год лежала, отец на операции , на лечение, на лекарства те деньги тратил. Там же не миллионы были.» «Не преувеличивай, мама. Денег было много. Вряд ли вы так много потратили.» Дочь отключилась. Василина остолбенела от всего услышанного. Долго она сидела, не зажигая света, в темноте. Горькие думы и боль от обиды рвали ее сердце. Безразличие и откровенная нелюбовь детей ее потрясли. Но нужно было что то делать. А что? В дверь постучали. «Бабка Василина, ты дома? Живая?» «Ванечка! Дома, я дома, заходи дорогой.» «А на улице снег выпал. Первый. Я сегодня в больнице был. Дед ваш в себя пришел. Его скоро из реанимации в палату переведут. Чего плакала бабка Василина? С детьми что ли говорила?»»Да , Ванечка, говорила. Не нужны мы им. Никто из них не приедет. Деду сиделка нужна. Я ведь не ходячая. Какая из меня сиделка?»

«Знаю я про детей ваших. Видел в городе Машу вашу. Сказала, как кто помрет из вас, позвонить, чтобы на похороны позвать. Спрашивала, что никто у вас чужой не завелся, претендент на наследство?» «Что, так и спросила про наследство?» «Да. Так и спросила. Звонить ей только тогда, когда вы помрете.» «Господь всемогущий! За что же так они с нами?» Василина заплакала. «Не надо, не плачьте.» Иван присел рядом и обнял Василину за плечи. «Мы с Настькой вас с дедом не оставим. Чем сможем всегда поможем.» «Спасибо тебе Ванечка и Настене твоей спасибо. Что бы мы без вас делали? Померли бы уже без вашей помощи.» «Я вот что думаю, баба Василина. Дуськина дочь работает в больнице районной медсестрой. Нужно с ней договориться, чтобы она присматривала за дедом. Ну и денег немного ей подкидывать. Я уже с ней разговаривал. Она согласна. Договорились на 10 тысяч в месяц. Думаю, пенсии деда Павла хватит?» Ой, Ванечка, какой же ты молодец! Что же я без тебя делала бы? Конечно, хватит. Спасибо тебе сыночек за помощь и что договорился с сиделкой для деда моего.» Василина снова заплакала, на этот раз от радости. Решилась для нее огромная, нерешаемая казалось бы для нее проблема ухода за дедом в больнице. Из под клеенки на столе Василина вытащила 5000 рублей и подала Ивану. «Сыночек, это тебе за бензин и по мелочи, что на нас с дедом тратишь.» Иван сначала отнекивался и после уговоров деньги взял.»Не плачь, соседка, мы вас не бросим.»

Дед оклемался и вернулся домой. Дусина дочь сильно помогала и до сего дня забегала к Самойлывым с помощью, она же врачей привозила на осмотр деда с бабкой. И лекарства из района привозила и учила как правильно их пить.Уколы и капельницы им ставила, если врачи назначали. Кур и коз не бросил Павел. Сам ухаживал. Хотел, чтобы яйца и молоко были свои. Так и жили Павел с Василиной под присмотром соседей. Дети ни разу не приехали. Не навестили родителей ни в больнице, ни дома. Когда деду стало получше, Василина рассказала Павлу, что Иван видел Машу и про наследство и про весь их разговор. Павел сильно осерчал, кричал, ругался. Пил свои сердечные лекарства. Всю ночь не спал. А наутро посадил Василину перед собой и сказал:

-Вот что я надумал Василинка. Четвертый год маемся мы с тобой и с болезнями нашими. Ты поломалась, никто из детей не появился, не подержал, ни помощи , ни поддержки от них не увидели. Не приехали ни разу и не позвонили. Меня инфаркт положил. И опять они не появились. Всю жизнь мы на них положили. Растили, учили, квартиры им всем купили, на внуков деньги давали. До последнего дня их мясом и деньгами снабжали. А ведь, вспомни, как перед твоим падением, за день до него, мы кабанчика резали и ведь все на выходные тогда приехали мясо забирать, овощи мешками грузили в машины. Ни один их них за всю нашу жизнь ни подарка, ни гостинца с собой не привез. Хоть бы горсть конфет или тортика привезли бы к чаю. Не было такого. У других дети, внуки приезжают к своим родителям полными машинами везут и крупы, и муку, и конфеты, и всяко разно. Только не наши. Наши только всегда брали и ничего взамен нам не давали. Ладно бы гостинцы, ни любви, ни уважения от них ни разу не увидели.Четвертый год болеем. Где дети наши? Нет никого. А Иван с Настей рядом каждый день. Если бы не они, мы бы уже давно в земле с тобой лежали. И лучше нам они родных детей. Решил я Василина такое — будем завещание на них писать. Чтобы после нашей смерти, все наше им досталось. Хорошие ребята. Достойные наследники будут. Они уж точно нас не оставят и досмотрят , если что. Согласна ты со мной?

-Согласна Пашенька, конечно, согласна.

-Тогда завтра в район с Иваном и поедем к нотариусу и оформим все как надо.

Так и сделали. Василина с Павлом написали завещание на Ивана с Настей с пожизненным содержанием. Было это неделю назад. А вчера Иван в городе увидел сына их, разговорились. Спросил Иван, что к родителям не приезжают. Сказал, что скучают по детям отец с матерью. Долго хвастался сыночек своей хорошей жизнью перед соседом родительским, объяснял, что занят сильно, вот как нибудь приедет. Что у родителей итак все есть, так что наверное не бедствуют. А он человек занятой, некогда ему. И что, если что, позвони. Приедем. Иван и рассказал про встречу соседям. Василина плакала, дед расстроенный ходил и кряхтел. А потом раскричался и наказал жене — Ни разу, слышишь, ни разу, чтобы им не звонила. Никогда. Поняла меня? -Поняла Павлик поняла. — А сама пока деда не было, набрала сына по телефону. Дед вошел, увидел телефон в руках жены, вырвал его из рук и ушел на веранду. Видать, ночью стало ему плохо и помер.

В дверь постучали. Вошел Иван. Увидел лежащего деда, охнул и выбежал.Вскоре приехала скорая, затем полиция. Хоронила деда вся деревня. Детей не позвали. Так дед хотел. Без детей. Дети приехали сами. Через три дня. Все. И внуки тоже. Маленький дом с трудом вместил все три семьи. Все приехали как всегда с пустыми руками. Голодные. Начали шариться по холодильникам, не поленились спуститься в подпол.

-Мам, а чего у тебя пусто везде? Где мясо? Где запасы? Что мы есть будем?

-Нет запасов. Откуда им взяться? Никто не запасал. Никто не покупал. А есть будете, что с собой привезли.

-А мы ничего и не привезли. Думали, что здесь все есть.

-Сходите, купите. Магазин еще работает.

-Нуууу. Еще не хватало. Столовая же есть. Поехали, все , поедим там.

Все собрались, уехали в столовую. Зашла Настя. Принесла в маленькой кастрюльке супу бабе Василине и картошечки с котлетками в другой кастрюльке. -Поешь, баба Вася. Надо покушать. Хоть немного. А то силушки не будет никакой. А жить дальше надо. Сильно не расстраивайся. Если что, мы будем рядом. — Вскоре появились и дети. Приехали сытые и довольные. Сын, увидев Настю, грубо сказал ей: -А ты чего тут? Нечего тут тебе делать. Домой иди. Ишь, прибилась. — Настю выгнали. Все расселись и начали разговор. Начал сын:

-Мам, тут такое дело. Ты сейчас одна. Болеешь. Плохо ходишь. Тебе уход нужен. Мы тут решили. Недалеко от города пансионат есть хороший. Там и уход, и врачи. Мы договорились. Они тебя возьмут. А дом, и трактора, и машины продадим, а деньги поделим поровну между нами. Не пропадать же добру. Вы с отцом весь свой век его наживали. А то, пока тебя не будет, все развалиться и придет в негодность. Что добру пропадать? А так и ты под присмотром, и мы с деньгами, и усадьба пристроена будет.

-Решили они, меня не спросили. Никакой пансионат мне не нужен. Как жила в своем доме, так и буду доживать. Никто, ничего продавать не будет. Все, что могли, мы уже вам дали.

-Нуу, матушка, мы тоже наследники, не только ты, через 6 месяцев мы, как и ты, вступим в наследство и решим, что делать и с усадьбой, и с тобой.

-Нету никакого наследства. Отец при жизни все на меня переписал. Как знал, что вы слетитесь добро забирать у родной матери. Вы вот приехали, что же вы на могилку к отцу даже не сходили, не почтили память его? Ведь и на похоронах не были. Ни я , ни отец не нужны стало быть, а усадьба нужна, чтобы продать. Стыда нет, и совести нет никакой. Бессовестные. Бесчувственные.

-Сходим. Куда же могилка денется? Не убежит никуда. Успеем. — И как то тихо, тихо, один за другим, все вечером уехали. Никто ночевать даже не остался. Иван с Настей пришли вечером и забрали Василину к себе. После похорон Павла она жила с ними. Василина прожила ровно год после смерти мужа и умерла в день его смерти. Иван с Настей похоронили Василину. Детей на похоронах не было. Так захотела Василина. На сороковой день приехали дети Василины. Калитка была закрыта. В доме кто то жил. Василий, сын старшей дочери Павла, перелез через забор и открыл калитку. Все подошли к дому. Из дома вышла Настя.

-Вы что делаете? Кто вам позволил ломать калитку?

-Это ты тут что делаешь? Это наш дом. Нечего тебе здесь делать. Мы хозяева. Это дом наших родителей, стало быть наш дом.»Вспомнили про родителей, когда не стало их. А почему вас не было на похоронах? Вы же дети.» «Хоронили, не хоронили. Какая разница. Дом то наш. Наследство.» «Нету здесь вашего ничего. Еще при жизни Павел с Василиной все переписали на нас. Мы их смотрели, мы их хоронили. Они нам за место родителей были. А вот где были вы все эти пять лет? Не смотрели? Не ухаживали? Бросили их.» «Не твое дело. Это тебя не касается. Освобождай дом. Приехали наследники. Мы дом продавать будем.» «Ничего вы продавать не будете. Дом наш по завещанию бабы Василины.» «Ничего. Ничего , Мы просто так не отступим. Будем судиться.»

Дети Павла и Василины подали в суд иски о признании завещания недействительным и признании их законными наследниками. Суд отклонил их иски. Дом остался за Иваном и Настей, которые чтят память стариков и ухаживают за их могилами и вспоминают их светлой памятью и с любовью.

Нина устала, откинулась на спинку кресла. Непонятно было, что больше болит — голова или спина. В кабинет тихонько постучали.

— Нина Сергеевна, можно?

Женщина удивлённо подняла брови.

— Рита, а ты почему ещё не дома?

Девушка смущенно улыбнулась:

— Не могу же я вас здесь одну оставить. А вдруг вы кофе захотите?

Нина улыбнулась:

— Мне, конечно, очень приятно. Только не нужно было. Шла бы домой, отдыхала.

Рита вздохнула:

— Вы же знаете, меня дома никто не ждёт. Мне всегда на работе лучше.

Эту девушку Нина встретила случайно и при таких обстоятельствах, что ни один здравомыслящий человек никогда бы не сделал того, что сделала Нина.
У неё сломалась машина — просто встала на краю города как раз в тот момент, когда у неё сел телефон. Она возвращалась с важных переговоров в другом городе, устала, проголодалась. После нескольких попыток завести автомобиль, а потом включить телефон, она отчаялась и вышла на улицу. Мороз был сильным в тот день. Минут через 15, после безуспешных попыток поймать такси, Нина решила дойти хотя бы до какой-нибудь заправки или магазина, чтобы вызвать машину. Тогда-то она и увидела одинокую девичью фигуру.

Рита брела по краю дороги, совершенно не реагируя ни на что, смотрела прямо перед собой и уж явно никого не видела.

— Девушка!

Рита никак не отреагировала, прошла мимо Нины. Та догнала её и дёрнула за руку:

— Что же вы по проезжей части идёте?

Та остановилась, но даже не посмотрела на Нину, просто постояла и хотела идти дальше, как будто не услышала её. Нина не собиралась так просто сдаваться. Она схватила незнакомку за руку и почти силой усадила в машину. Внутри хотя бы ветра нет.

— Что с вами? Вы плохо себя чувствуете?

Тут девушка посмотрела на неё более осмысленно и заплакала.

Нина узнала, что она сирота, что государство выдало ей жильё, она окончила техникум и встретила парня — всё было просто замечательно. А потом парень просто выгнал её из квартиры, приведя туда другую.

— Но это же твоя квартира!

— Он сказал, что всё переоформил на себя.

Нина вздохнула:

— Откуда только берутся такие наивные? Ну правда, разве что из детдома.

Она попыталась завести машину, и чудо — та сразу заурчала двигателем. Нина вырулила, и дома её ждал отец.

— Пап, встречай, я не одна!

Сергей Андреевич вышел к ним в прихожую:

— Здравствуй, Нина. А кого это ты привезла? Снегурочку, что ли?

— Почти. Ещё полчаса и была бы не Снегурочка, а вот в снеговика она точно превратилась бы.

Сергей Андреевич засуетился, проводил гостью на кухню, и пока Нина переодевалась, уже накрыл на стол. Нина улыбнулась.

Вообще Нина не отличалась особо добрым характером или спонтанными поступками, а тут сама не знала, почему ей захотелось помочь Рите.
— Скажи, а у тебя вообще никого больше нет?

Та пожала плечами:

— Можно сказать, что нет. Вернее, есть у меня сестра. Я видела её разок, когда была совсем маленькой. У меня даже фотографии есть, там ей 16, а мне всего два. У нас разные мамы, но один папа. Я так понимаю, она приезжала к нам в гости, а потом, когда мне было пять, мама и папа погибли. Я жила в детском доме, и, честно говоря, даже не знаю, помнит она меня или нет.

— А ты пыталась её найти?

— Нет, что вы! Что я ей скажу? Что именно сейчас, когда у меня плохо, я решила найти тебя и сесть тебе на шею?

Нина невольно улыбнулась. Рита смутилась:

— Простите, пожалуйста! Спасибо вам за ужин, я пойду.

Рита поднялась, а Сергей Андреевич испуганно посмотрел на дочь, как бы спрашивая: что же она молчит?

— Рит, присядь! Ну куда ты собралась? На улицу? Сегодня переночуй у нас, а завтра решим, что для тебя сделать.

Она улыбнулась и поблагодарила. В спальне Рита что-то поставила на тумбочку возле кровати и уснула. Нина не удержалась, подошла посмотреть. Это было то самое фото, о котором говорила Рита. Молодая девушка держала на руках смеющегося ребёнка, да и сама хохотала. Хорошая девушка, взгляд открытый. Нина долго рассматривала снимок. В принципе, можно попытаться найти её даже по этой фотографии, но только тогда, когда Рита сама этого захочет.

***

Первым делом Нина поговорила с юристом, который работал у неё на фирме. Он помог девушке не только вернуть квартиру, но и выбить с её бывшего парня значительную сумму денег за моральный ущерб. А потом Нина позвала Риту к себе на работу попробовать себя в роли секретарши. Рита разобралась очень быстро и вскоре стала незаменимой помощницей Нины.

***

— Нина Сергеевна, — ласково улыбнулась Рита, — но это же неправильно!

— Вон Генка из финансового отдела за тобой ходит как тень, и Валерка из службы безопасности. А ты на них даже не смотришь.

Рита рассмеялась:

— А чего на них смотреть? Я их и так знаю. Валерка — бабник, каких поискать. А Генка — он какой-то очень положительный, как будто скрытый марафонец.

— Да, парень, конечно, полный сухарь. В голове одни цифры. Но что бы такое…

Нина встала:

— Нужно спешить домой, соседка уже, наверное, ушла, а значит, папа один.

После того, как он неудачно упал в прошлом году и в двух местах сломал ногу, врачи практически запретили ему двигаться. Нет, он мог перемещаться по дому при помощи костылей, но это и всё. Сергей Андреевич как-то сразу скис, ему перестало быть интересно что-либо. Если не заставить, то он и есть забывал, мог часами сидеть, уставившись в окно. Чего только Нина не делала — всё без толку.

— Рита, у меня к тебе будет просьба, — не могла бы ты заняться поисками сиделки-компаньонки для папы?

Девушка испуганно посмотрела на неё:

— Нина Сергеевна, а что, ему стало хуже?

— Да и не то чтобы хуже, но он потерял интерес к жизни, совсем. Понимаешь, у меня сейчас такая напряжёнка здесь, а я всё время думаю: поел ли, не задумал ли какую глупость?

— Хорошо, Нина Сергеевна, завтра же займусь! А ещё будут какие-то распоряжения?

Нина отрицательно покачала головой, потом посмотрела на девушку:

— Как дела в институте?

Рита улыбнулась:

— Всё хорошо, скоро сессия.

— Ну всё, тогда идём домой. Скоро Новый год, все суетятся, бегают, а мы с тобой на работе сидим.

Рита кивнула и тоже пошла собираться. Она вообще никак не планировала отмечать Новый год, а будут выходные — можно посидеть за учебниками.

***

Через три дня Рита вошла в кабинет Нины Сергеевны:

— Нина Сергеевна, в какое время вы можете посмотреть претенденток? Пришли 20 человек, я оставила троих, они все, по моему мнению, подходят на роль компаньонки Сергея Андреевича.

— Ну, давай через двадцать минут, сейчас закончу с делами.

Рита была права: претендентки и правда были хороши. Нина задавала вопросы, получала ответы, и, честно говоря, ей было не так-то просто определиться. Но в один момент одна из женщин, чуть старше Нины, видимо из-за того, что нервничала, начала теребить свой браслет.

— У вас точно такой же браслет, только вот где я его видела… — и тут её осенило. — А знаете что, давайте вы завтра придёте к нам, познакомитесь с отцом, осмотритесь, и тогда мы с вами всё решим.

Женщина улыбнулась:

— Хорошо, конечно.

Самым тяжёлым было отправить Риту в магазин, потому что ничего другого в голову Нине не пришло. А вот яблок ей захотелось, причём именно сейчас. Рита как-то странно на неё посмотрела, но спорить не стала и пошла. А Нина кинулась в приёмную секретарши:

— Так где же Рита хранит это фото? Точно в первом ящике!
Она стала внимательно рассматривать снимок. Так и есть, она не ошиблась: вот этот браслет — второго такого и быть не может. Он недорогой, скорее всего, самодельный, но видно, что дорог для человека. Что же это получается? Та самая сестра, которую так хочет и так боится разыскать Рита, пришла к ним устраиваться на работу, и Рита не узнала её?

Нина ещё раз посмотрела на фото: хотя и она бы не узнала. На снимке светловолосая задорная девушка, а на этом — женщина с тёмными волосами и серьёзным взглядом. А может быть, браслет просто перешёл к другому человеку? Тысячи вопросов и ни одного ответа. Ладно, завтра выходной, можно Риту тоже пригласить к себе на место и разобраться вечером.

Нина всё рассказала отцу. Сергей Андреевич, по обыкновению, слушал без интереса. Но к концу рассказа оживился.

— Ниночка, нужно обязательно всё выяснить, а вдруг это и правда сестра нашей Риточки?
Нина улыбнулась.

— А ты же поможешь только мне расспросить ту женщину?

Он кивнул, глаза у него загорелись, и он осторожно двинулся в свой кабинет.

— Нина, ты мне ужин принеси в кабинет, я посмотрю в интернете, как ты говоришь, её зовут?

Нина с удивлением смотрела на пустые тарелки. Уже год такого не было, чтобы папа всё съел. Отец, не поворачивал головы от монитора.

— Кофейку мне можешь сварганить?

— Пап, ну какой кофе? Ночь на дворе!

— Ну пожалуйста, не люблю я твой полезный чай.

Нина вздохнула, пошла на кухню. Конечно, она сделает, что ещё ей остаётся?

Женщину звали Дарья. Она охотно рассказывала о себе.

— Я была замужем, развелась, детей как-то не получилось, вот и решила поехать в этот город, где когда-то жил мой отец. У него есть дочь, она намного моложе. Захотелось найти, узнать, как дела. В последний раз я видела девочку на похоронах, но та была в таком состоянии, что никого не узнавала. Я тогда очень просила маму забрать Ритку, но мама не разрешила. Она страшно ненавидела отца за то, что он ушёл. Наверное, нужно было настоять, но я привыкла во всём слушаться маму. А три года назад она простыла и умерла, можно сказать, не от простуды, а от своего характера. Доктора назвала дураком и стала лечиться по-своему. В итоге, когда её привезли в больницу, было слишком поздно.

Дарья с улыбкой посмотрела на Нину.

— Ваша секретарша очень напоминает мне Ритку. Правда, я понимаю, что быть такого не может, раз Рита воспитывалась в детском доме. Путь ей в такие фирмы, конечно, заказан.

Нина переглянулась с отцом, но ответить они ничего не успели: хлопнула дверь, и на пороге появилась Рита.

— А что это мы просто так сидим? Почему ёлку не наряжаем?

— Рит, какую ёлку? У нас что, дети есть?

Рита рассмеялась.

— Я буду ребёнком! Мне, пожалуйста, Деда Мороза и подарок!

Дарья изумлённо смотрела на Риту. Что-то было не так. Внимательно смотрела, не могла отвести глаз от девушки.

— Рита… вас зовут Рита, а отчество ваше, случайно, не Павловна?

Рита медленно повернулась к Дарье. Коробка с новогодними игрушками, которые она, видимо, купила по пути, выскользнула из рук на пол.

— Кто вы? Откуда вы знаете, что моего папу звали Павел?

Дарья вдохнула.

— Похоже, что наших пап звали одинаково. Более того, это был один и тот же человек!

Рита прижала руки к груди.

— Подождите, не может быть! Вы… вы Даша?!

По щекам Дарьи ручьями текли слёзы.

— Точно, я Дарья Павловна! Мы виделись с тобой, когда ты была совсем маленькая. Я помню, вернее, не столько помню, как знаю. У меня есть фотография. Я помню, нас папа фотографировал. Мы тогда гулять по городу ходили…

Нина сделала знак отцу, они вышли и закрыли за собой дверь.

— Ну что, пап? Пусть поговорят, а мы с тобой стол накроем.

Сергей Андреевич вздохнул.

— С меня помощник так себе.

Нина рассмеялась.

— Даже и не думай воспользоваться своим положением, чтобы отвертеться от чистки картошки, папа!

— Ты — тиранка! — Сергей Андреевич вздохнул. — Как я мог такую воспитать?!

А у Нины на душе всё пело. Очень давно она не чувствовала себя настолько счастливой, и хоть часть счастье привалило не ей, она радовалась и за себя, а то и больше. Всё теперь будет хорошо и у Ритки, и у Даши, и у папы, а значит, и у неё.

Этот удивительный случай из жизни мне рассказала моя бабушка, которую я часто навещаю в деревне. Однажды мы долго не виделись — я два года работала заграницей и когда вернулась домой, то первым делом поехала к своей любимой бабуле. Я уже несколько дней гостила в деревне, когда вдруг заметила, что ещё ни разу не видела Марию Васильевну — бабушкину соседку из дома напротив. Мне всегда нравилась эта отзывчивая пожилая женщина, великая труженица.

— Бабуль! А где же твоя подружка Мария Васильевна? За неделю ни разу не зашла. С ней ничего не случилось? — Забеспокоилась я.

Бабушка посмотрела на меня с удивлением:

— Так она уже больше года в доме престарелых живет. — И спохватилась. – А, так ты же ничего не знаешь! Так слушай.

И бабушка рассказала мне эту историю.

Как я уже упоминала баба Маша всегда трудилась не покладая рук. Никто из односельчан ни разу не видел ее без дела — то на грядках возится, то в саду, то корову из стада встречает, то пироги печет — угостит полдеревни, то с двумя ведрами черешни ранним утром на автобус бежит. Свежие овощи и фрукты, зелень, куриные яйца, платки из козьего пуха, сметану -все подряд возила Мария Васильевна в районный центр и продавала на рынке, и каждую денежку бережно складывала в жестяную коробку из-под печенья. Не для себя складывала – самой ей много ли надо — для единственного сына Валерия, для невестки Зины и для внучки Сашеньки. Сын с женой жили в городе в трех часах езды, навещали мать регулярно. С огородом или живностью не помогали, зато за деревенскими харчами приезжали исправно. Бывало, так багажник машины набьют — аж колеса проседают.

Годы шли и стала Мария Васильевна потихоньку стареть, болеть — то спину прихватит, то ноги крутит, то натруженные руки в суставах сводит, то давление зашкаливает. Постепенно стала она всю животину переводить, в огороде оставила себе пару грядок, а на остальном участке разрешила соседям картошку сажать. Сын Валера в гости наведывался все реже, а его жена Зинаида и вовсе приезжать перестала — взять-то больше с деревенской мамаши нечего.

Когда у бабы Маши стало резко падать зрение — она испугалась, позвонила сыну попросила ее городским врачам показать. Приехал Валера, забрал мать. Зина этому событию не особенно была рада – видеть свекровь, но вида не подала, пригласила освежиться с дороги, накормила. Валерий предложил матери пройти полное обследование. В поликлинике провели целый день, потом в аптеку заехали за лекарствами — возвращаться в деревню было уже поздно. Невестка, узнав, что баба Маша останется на ночь, уже не скрывала своё разочарование, пошла на кухню ужин готовить — так посудой зазвенела, чуть барабанные перепонки не лопнули.

В это время к ним на минутку заглянула пожилая соседка, увидела гостью – обрадовалась:

— Мария Васильевна! Давно же вас тут не было! Надолго приехали? Уже завтра уезжаете? А идемте ко мне — чайку попьем, да посидим.

Проводив мать к соседке Валера заглянул на кухню к жене:

— Зин, я пока матери нет поговорить.с тобой хотел.

Но судя по голосу, этот разговор Зинаиде уже заранее не нравился.

— Мать-то совсем сдала, — начал муж, — в больничке были, так болячек нашли целый букет, ноги говорит, так болят, что ели ходит…

— Так она не молоденькая, чтобы наперегонки бегать-то. Что ты хотел — это старость.

— Вот и я о том же! — Радостно подхватил Валерий. — Квартира у нас 3-комнатная, Сашка с мужем столице живут, сюда вряд ли вернутся…

— Подожди! К чему ты клонишь? — Зинка даже резать морковку перестала. – Ты хочешь сюда ее взять что ли? Ты совсем офонарел? Квартира трехкомнатная, и что?!

— Но не в дом же престарелых? – Валера недоумевал. — Между прочим, в этой квартире пару комнат из мамкиной черешни и клубники сложены, которой она каждое лето торговала!

— Ты попрекать меня еще этим будешь?! — Разозлилась жена. – Мать твоя не чужим людям помогала, а родному сыну и внучке!

— Жестокая ты баба, Зина! — Горестно вздохнул муж. – Думал, заберем мать — будем жить не тужить — у нее дом-то, какой добротный крепкий, на века! Цену хорошую дадут – можно машину поменять, в Турцию отдохнуть съездить…

— Да пусть она подавится своим домом! — Заорала Зинаида. — На недельку за границу сгоняем, а потом я лет десять буду горшки за ней таскать! Рабыню Изауру нашел!

— Да ты что такое говоришь, дурра! – вспылил Валера и вдруг, увидел на пороге Марию Васильевну.

В кухне стало так тихо словно все вокруг оглохли.

— Мам, ты давно тут стоишь? -Пролепетал сын.

— Да я только что вошла. — Ласково улыбнулась мать. – Очки возьму — мы там с Катей альбом смотрим. Да, я совсем забыла, сынок, я ж предупредить вас собиралась. Я тут через месяц в дом престарелых переезжаю — ты мне уж с вещичками помоги.

Валерий не мог вымолвить ни слова. Зато его вторая половина засуетилась:

— Да поможет конечно, и я приеду с ним все что надо погрузим, все перевезем. Вот и правильно решили со своими ровесниками-то веселее жить, чем одной.

Районный дом престарелых, куда заботливый сын с женой привезли Марию Васильевну, вызвал у Валерия противоречивые чувства. Нет спору — персонал замечательный, директор человек добродушный, душевный, сразу видно — к старикам тут относятся с заботой и теплом. Однако само здание приюта давно требовало ремонта. Линолеум в коридорах весь в проплешинах, из окон дует, в комнате отдыха кроме сломанного телевизора и ветхих кресел ничего нет…

Комнатка у Марии Васильевны оказалась маленькая, сырая, кровать продавленная, стулья расшатанные, но мать даже виду не подала, что ее удручает такая обстановка.

— Ничего, мам, — сказал Валерий, — я тебе тут такой ремонт отгрохаю – все обзавидуются, в отпуск пойду и отгрохаю. Ну, давай не скучай, скоро навестим, жди в гости.

О своем обещании Валерий вспомнил только через полгода, когда Зинаида напомнила, что надо что-то решать с родительским домом, сейчас лето — самое время продать.

Директор ничем не упрекнул редких гостей, очень тепло рассказывал о Марии Васильевне.

— Вы, прежде чем на второй этаж подниматься, зайдите в комнату отдыха — может ваша бабушка там с подружками телевизор смотрит. Пойдемте, я вас провожу.

В комнате отдыха матери не было. Оглядевшись вокруг, сын даже присвистнул:

— О, да у вас тут какую красоту навели! Диван и новые кресла, телевизор вон на всю стену, цветочки везде – красотища! В копеечку ремонт обошелся?

— Вашей маме спасибо! — Улыбнулся директор.

— Маме? — Валерий покачал головой. — Она-то здесь причем?

— Так вся эта красота на ее деньги куплена.

— Откуда у бабки такие деньги? — Рассмеялась Зинка, а потом вдруг охнула. – Валера! Это она дом наш продала…

Мария Васильевна со спокойной усмешкой смотрел она разгневанных родственничков, которые наперебой забрасывали ее упреками и обвиняли в эгоизме.

— А что вы так переполошились? Я ж не ваш дом продала, а свой. Имею право! Мне тут хорошо, тепло, весело, вот и захотелось что-то подарить хорошим людям. — Баба маша с хитринкой посмотрела на красную от злости Зинаиду. — Ведь лучше дом продать и народ порадовать, чем им подавиться, правда Зин? Зина опустила глаза и пол и выскочила на улицу.

Изменить уже ничего было нельзя.

Василий обошёл автомобиль, проверяя пломбы. Поездка предстояла дальняя, почти два дня пути. Он чувствовал себя бодро: выспался, пока ждал загрузку. Погода тоже благоприятствовала. Надеяться на удачу в дороге было не принято, но он всё-таки рассчитывал вернуться к выходным, чтобы провести время с дочерью в парке.

— Машина у него битком, — заметила дочь Нина, когда отец отъезжал от дома.

Отношения между мамой Василия и её внучкой оставляли желать лучшего. Нина, хоть и не подарок, но десять лет — слишком мало, чтобы оставлять ребёнка дома одну на долгие недели. Да и поднимать дочь в школу было задачей сложной: бабушка слишком оберегала её, позволяя побездельничать по утрам…

***

— Хорошей дороги, — пожелала диспетчер, вручая ему документы.

— Спасибо, — ответил он, удаляясь.

Большая машина с рычанием выехала из ворот, впереди лежали тысячи километров. С одной стороны, это было тяжело — долгие поездки отражались на нём и дочери нервными переживаниями, хоть он и знал, что она не одна, а с бабушкой.

После семейной трагедии Нина изменилась, замкнулась в себе и почти перестала улыбаться.

С другой стороны, долгие рейсы приносили хорошие деньги, а средства семье были нужны. Нина часто болела: простуда перешла в астму, на лекарства уходило немало денег. Затем появились проблемы с сердцем. В последнее время её здоровье стабилизировалось, но Василий не осмеливался радоваться.

После исчезновения Оли Нина даже в больницу попала. Тогда Василий не знал, что делать: бегать ли в полицию с просьбой усилить поиски жены или оставаться с дочерью. Мать вместо помощи ещё и нервы ему трепала.

— Я же тебе говорила, что Оля изменилась. Не удивительно, что сбежала с кавалером, — внезапно заявила она.

— Мам, о чём ты говоришь? Оля никогда бы нас не бросила, — отмахивался Василий.

Но мать продолжала нести ерунду:

— Бабе, когда шлея под хвост попадает, некогда задумываться…

— Мам, пожалуйста, прекрати! Нина не должна такое слышать.

— Надо бы ей сразу всё объяснить, — упрямо продолжала она.

После этого Василий и мать сильно поругались и перестали общаться. Она даже не спрашивала, как там Нина. Ему пришлось идти на поклон, ведь нужно было работать, ездить в рейсы, и не на кого было оставить дочь. В итоге он решил поговорить с матерью.

— Я приехал не для того, чтобы ругаться. Мне нужно уехать, а оставить Нину не на кого.

С момента исчезновения Оли прошёл год. Полиция только разводила руками, говоря, что иногда люди пропадают и не находятся никогда.

Оля ушла, даже не взяв паспорт, в то время как Нина была в школе, а Василий — в гараже. К любовникам так не уходят.
Он так и не смог понять, что произошло. Оля изменилась незадолго до пропажи: похудела, стала более заботиться о своём внешнем виде, начались продолжительные разговоры по телефону… Несколько раз он случайно застукал её за странными звонками.

Она тут же отключала телефон, говоря, что разговаривает с подругой. Хотя он даже не спрашивал, с кем именно. В памяти всплывали моменты, когда мать Василия была категорически против его брака с Ольгой, утверждая, что род у неё нездоровый и что дети будут слабыми. Ольга была сильно обижена такими словами, но никогда не перечила свекрови.

Мать Василия ничего не знала о семье Ольги, только слышала, что они рано ушли из жизни, и решила, что это из-за болезни. Василий не раз пытался поговорить с матерью, но та не принимала Ольгу. В конце концов, Ольга сама попросила его:

— Вася, не надо. Пусть всё остаётся, как есть, не трогай беду, пока она не трогает нас.

Они прожили вместе больше девяти лет, и со временем мать вроде бы успокоилась.

Василий нажал на газ, оставалось сто километров до стоянки, где он планировал немного отдохнуть. На следующий день его приветствовало утреннее солнце. Он отправился в путь на рассвете, чтобы на дороге было меньше машин. Всё шло гладко, и он успешно миновал многолюдные места. Машина ехала весело и без проблем.

Под вечер, когда до дома оставалось совсем немного, он решил остановиться у придорожного магазина, который так любила Нина. Она обожала деревенские продукты, те, что хранились в баночках, перевязанных верёвочками, словно из старых фильмов. У дочки не всегда был хороший аппетит, но такую еду она ела с удовольствием. Холодильник в машине работал исправно, так что Василий не переживал за сохранность купленных продуктов.

Ряд стеллажей с румяными бабушками, продающими свои товары, привлёк его внимание. Он прошёл мимо, потягивая носом от различных ароматов. Одна из бабулек с добрыми глазами и аккуратным платочком на голове сразу привлекла его. На её прилавке стояли молоко, сыр, маринованные огурцы и свежие овощи. А яблоки казались невероятно крупными.

— Яблоки? Но ведь ещё рано для них… — удивился Василий.

— Это особый сорт, ранний, но очень вкусный, — ответила бабушка.

Василий с улыбкой купил всё, что было у неё на прилавке, и, уплатив, уже собирался уходить, как его взгляд зацепился за кулон на её шее. Обычный кулон, но…

Это был кулон Оли. Он знал это точно, ведь сам придумывал его дизайн и заказывал на годовщину свадьбы. На кулоне были выгравированы три буквы — О, В и Н — их имена.

Его охватил ледяной холод: по спине потекли капли пота. Он заставил себя успокоиться, чтобы не наломать дров. Возможно, бабушка просто где-то купила этот кулон. Но как это могла сделать деревенская жительница? Василий направился к машине, его мысли лихорадочно метались. Он знал, что нужно звонить в полицию раньше, чем торговки разбегутся и следы исчезнут.

Василий решил последовать за женщиной, когда она закончит торговлю, чтобы потом поговорить с ней у неё дома и выяснить правду. Ждать пришлось недолго, потому что товара у старушки уже не было. Через минут десять она аккуратно сложила свои вещи, попрощалась с соседками по рынку и направилась по тропинке. Василий оставил небольшую дистанцию между собой и пожилой женщиной, не подавая виду, что следует за ней.

Вскоре он увидел деревню с несколькими домами. Бабушка подошла к крыльцу одного из них, оглянулась и вошла внутрь, оставив дверь неприкрытой. Это могло означать, что в доме кто-то есть, но Василию было всё равно. Он должен был выяснить, откуда у неё кулон. В наступившей тьме на улице, в её доме зажёгся свет, и Василий, как тень, прокрался к калитке и вошёл.

Увидев его, бабушка, занимающаяся продуктами у стола, испуганно схватилась за сердце:

— Господи, что вам нужно? Вы что, шли за мной с самого рынка?

— Да, шёл именно оттуда. Вопрос хочу задать, — сказал он, пытаясь быть спокойным.

Бабушка взглянула на него подозрительно:

— Молоко свежее, не беспокойтесь.

— Да нет, дело не в молоке. Откуда у вас кулон, который на шее? — спросил Василий.

Женщина прикрыла кулон ладонью:

— Этот подарок мне одна добрая женщина подарила.

— Не Оля ли её имя?

Василий выпалил, и бабушка немного расслабилась:

— Ты не Вася, часом?

У Василия защемило сердце, и он, опустившись на колени, взмолился:

— Пожалуйста, если знаете, где Оля, скажите!

Бабушка помогла ему подняться:

— Ну что ты тут удумал? Давай-ка садись, поговорим.

Василий с трудом сел на стул, а бабушка подала ему чай:

— Пей, успокойся.

Он рывком глотнул, обжёгся и почти вскрикнул:

— Да скажите же, не томите!

Бабушка глубоко вздохнула:

— Говорила я ей, что эта затея обречена. Не надо себя мучать.

Василий выронил чашку, но хозяйка не придала этому значения:

— Нашла я её год назад. Вся избитая жизнью, не знала, куда идти. Спрашиваю её, кого ищет, а она мне: «Смерть.» Не могла же я её в таком состоянии оставить. Привела сюда, накормила, одела. И тогда она мне призналась, что диагноз у неё неутешительный. Вся в страхе перед будущим, а тебе значит, не рассказывала… Свекровь ей посоветовала уйти, чтобы дочка такой ужасной болезни не видела и чтобы не заразилась.

— Не могу поверить, что мама могла так сказать. — Василий был потрясён.

— Да и я подумала, здравый человек такого не сделает, но вам самим разбираться. Оля жива. Думаю, и не всё так плохо, но лечиться надо. А она не хотела обузой вам быть.

Василий встал на дрожащих ногах:

— Где она сейчас? Не знаю, как она могла подумать, что станет нам обузой.

Бабушка, замерев с платком в руках, на мгновение задумалась:

— Знаешь, Василий, если бы не видела твоих мучений, ни за что бы не проговорилась…

Бабушка провела его в соседний крошечный домик. Из потёмок раздался дряхлый голос:

— Кто там?

— Это свои, Дусь, свои, — ответила бабушка и первой вошла в комнату, за ней последовал Василий. Едва зайдя, он заметил Олю, которая полулежала на диване — бледная и худая, но живая.

Он скорее выдохнул, чем произнёс её имя:

— Оля!

Она подняла на него испуганный взгляд:

— Васенька, зачем ты здесь? — и разразилась слезами.

Василий бросился к ней:

— Как ты могла так поступить? Как ты вообще могла такое подумать?

***

Жители деревни, ранее не видевшие такой внушительной машины, высыпали из своих домов, чтобы посмотреть. Для них большегруз на узкой дороге был настоящим событием. Василий, сидя за рулём грузовика, был готов проехать хоть тысячу лишних километров, лишь бы Оля была в порядке. Соседи помогли посадить её в машину, потому что сил у неё почти не оставалось.

Когда Оля немного отдохнула и выспалась в салоне, она начала рассказывать:

— Как только стало плохо, я сразу поняла, в чём дело. Не знаю, как, но поняла. Пошла к врачам — подтвердили все мои страхи. Рак. Я не стала тебе ничего говорить, решила обсудить с твоей мамой. Врачи говорили, что лечение займёт много времени, может даже год, а может и больше. Ваша мать накричала на меня, назвала эгоисткой, сказала, что теперь ты должен оставить работу и, возможно, мы лишимся важных доходов ради меня. Я подумала: зачем? Болезнь-то неизлечима. Долго решалась, но когда врач позвонил и сказал, что я теряю драгоценное время, подумала — пора. Просто ушла в лес, чтобы не нашли. И тут, видишь, бабушки не дали мне исчезнуть.

Василий открыл дверь своим ключом, сначала внёс вещи, затем помог Оле войти.

— Завтра утром срочно в больницу, но сегодня уже ночь.

Нина, услышав шум, выбежала из своей комнаты:

— Папочка, мама! — завизжала она и бросилась к Оле. Они обе расплакались, сидя на полу.

Мать Василия появилась в дверях, огляделась и, схватив куртку с вешалки, резко сказала:

— Ну, теперь без меня разгребайте, — и захлопнула дверь.

Василий вздохнул:

— Даже к лучшему, обойдёмся без скандалов. Справимся сами, правда, девчонки? Всё у нас будет хорошо.

***

Через два года врач объявил:

— Поздравляю, у вас стойкая ремиссия. Пусть это останется в прошлом, как страшный сон.

Оля согласно кивнула и согласилась, как можно не забыть, когда самые дорогие люди — муж и дочь — заключили её в объятия.

Татьяна была обычной девушкой, которая жила в небольшой деревушке, каких великое множество. Ей уже исполнилось 27 лет, и по деревенским меркам этот возраст считался достаточно солидным для незамужней женщины. В те времена, о которых идёт речь, женщина должна была выйти замуж до определённого возраста, иначе её репутация страдала, и её начинали называть старой девой.

Внешности Татьяна была обыкновенной, не дурнее других, да только не было у неё ни отца , ни матери, жила она в доме тётки. Вот никто и не хотел брать в жёны бесприданницу.

Так бы и прожила Татьяна всю жизнь незамужней, если бы в соседнем селе не нашёлся мужчина, который к ней посватался.

Фёдор был мужчиной средних лет. После службы в армии он не вернулся в родное село, а решил остаться на сверхсрочную.

Через несколько лет службы с ним произошёл несчастный случай — Фёдор повредил глаз и был вынужден уйти в отставку. Когда он вернулся в родной дом, родителей уже не было в живых.

Добрые люди посоветовали ему посвататься к Татьяне.

Соседи не считали Фёдора завидным женихом. У него не было ничего, кроме старого дома-пятистенка. Ни скота, ни лошади, ни птицы. А после несчастного случая, который произошёл с ним во время службы, у Фёдора остался шрам через всё лицо — от лба до уха.

Но Татьяна с радостью приняла его предложение. Ей надоела жизнь в доме сварливой тётки, а отношения с двоюродной сестрой были хуже некуда.

Татьяна и Фёдор зажили счастливо. Фёдор оказался трудолюбивым мужчиной, а Татьяна — прекрасной хозяйкой. Они завели коз и двух коров и стали делать вкусный сыр и творог. Фёдор продавал их в городе на ярмарке.

Фёдор баловал свою жену подарками. Всякий раз, возвращаясь из города, он привозил ей отрез на платье, красивый платок или медовые пряники.

Татьяна надышаться не могла на мужа. Она расцвела и похорошела. Соседки завидовали ей и говорили: «Какая же ты счастливая, Танюша! А мы были такими глупыми и не разглядели, какой замечательный человек Фёдор». Татьяне было приятно слышать это, и она искренне любила своего мужа всем сердцем.

Одно только омрачало жизнь супругов — не было у них детей.

Гроза
Однажды Фёдор возвращался из города домой в сильную грозу. Мужики из деревни не рискнули ехать в такую непогоду и решили заночевать на постоялом дворе. Но Фёдор очень спешил к своей жёнушке и отправился в путь.

Дорога шла через лес. Гроза разбушевалась не на шутку: лошадь всхрапывала, гром гремел, сверкали молнии. Одна из них ударила в высокую ель и расколола её до основания. Половина дерева упала на подводу, которой управлял Фёдор, и придавила его насмерть.

Татьяна осталась одна и безутешно горевала по Фёдору, проливая слёзы днём и ночью. Из дома она теперь выходила только повязав голову чёрным платком. Близких подруг у неё не было, да пока они жили с Фёдором, она и не нуждалась в них: им хватало общения друг с другом.

Видя, как молодой вдове трудно справляться с горем в одиночестве, деревенские женщины стали приглашать её на посиделки. Каждый вечер, закончив домашние дела и уложив детей спать, они выходили на улицу, лузгали семечки и обсуждали своё житьё-быльё.

Татьяна неохотно присоединялась к ним. Она садилась на скамейку рядом с соседками и слушала их разговоры о мужьях и детях. Это помогало ей отвлечься от своего горя. Однако, вернувшись в пустой дом, она снова начинала тосковать и вспоминала мужа.

Наступил ещё один вечер. Женщины собрались на лавочках. Татьяна тоже вышла на улицу. Как обычно, они вели разговоры на деревенские темы. Вдруг одна из селянок показала рукой на горизонт — со стороны леса на деревню надвигалась огромная чёрная туча. Засверкали молнии.

Иллюстрации к рассказу “Деревенские истории. Вдова” созданы автором
Особенно яркая и большая молния, похожая на стрелу, быстро пронеслась через грозовой фронт и ударила в то место, где располагался двор Татьяны, образовав сноп искр. Все вскочили со скамейки и стали смотреть в ту сторону, но пожара не произошло, и женщины поспешили по домам.

Пошла к себе и Татьяна.

Ночной гость
Татьяна затворила за собой калитку и так ей стало тоскливо, что она налила себе стакан браги, которую ещё покойный Фёдор ставил. Выпив, женщина легла на кровать и уснула.

Сколько она спала, Татьяна не знала, но проснулась от стука в дверь. За окном всё ещё бушевала гроза. Во время грозы электричество в деревне всегда отключали, поэтому Татьяна зажгла старую керосиновую лампу, которая стояла на комоде специально для таких случаев. Ещё не до конца проснувшись, Татьяна открыла дверь и увидела на пороге Фёдора. Сердце женщины забилось от радости. Она бросилась визитёру на шею, не понимая, сон это или реальность. Фёдор вошёл в дом.

Женщина принялась накрывать на стол, как делала всегда, когда муж возвращался из города. Фёдор, не говоря ни слова, сел, поел угощение, которое поставила перед ним женщина, затем молча прошёл в комнату и лёг на супружескую кровать. Татьяна погасила лампу и легла рядом, отвечая на его ласки. Женщина чувствовала себя счастливой.

Утром, проснувшись в одиночестве, Татьяна с трудом пыталась вспомнить, что произошло. Из-за головной боли она не могла сосредоточиться, и воспоминания казались ей нереальными. Молодая женщина восприняла всё произошедшее как сон. Сочувствуя себе, она привычно всплакнула о своей вдовьей доле и занялась домашними делами.

От ночной грозы не осталось и следа. Воздух был свеж и прохладен. Накормив и подоив скотину, Татьяна отправилась в огород полоть грядки и прозанималась этим весь день. Но ночное происшествие не выходило у неё из головы, поэтому она решила пойти на посиделки и послушать, что скажут другие женщины, когда она расскажет им о том, что ночью ей привиделся Фёдор.

Вечером на лавочке собрались соседки, как обычно они обсуждали детей, мужей и новости. Среди них была Татьяна. Она из женщин выслушав её рассказ о загадочном событии, сказала, что слышала похожую историю от своей матери. После этого она сама начала рассказывать.

«В соседнем селе молодая женщина сильно тосковала по своему умершему мужу. Однажды он начал навещать её по ночам в образе живого человека.

Накануне местные жители говорили, что видели над селом молнию, похожую на гигантскую стрелу.

Вдова жила со свекровью и свёкром, но они не знали, что их сноху посещает умерший сын. Она им ничего не рассказывала. Только она слышала стук в дверь по ночам и выбегала к нему в сени. Там она обнимала и целовала мужа, а утром тихонько возвращалась в свою комнату. Так продолжалось всё лето.

Потом наступили холода. Очередной ночью, когда все уже спали, стук разбудил её. Она поняла, что это муж выманивает её из тёплой постели, и выскочила к нему прямо в ночной рубашке.

Рано утром свёкор вышел в сени и увидел, что его сноха крепко обнимает столб, который поддерживал крышу. На её лице застыла счастливая улыбка. Она была мертва и примёрзла к этому столбу.».

Всем сидящим стало жутко от такой истории и, они пристально, с подозрением, посмотрели в сторону Татьяны. У неё сильно заколотилось сердце, но она промолчала.

На село надвигались сумерки. Сегодня женщины больше молчали, каждая думала о своём.

Вдруг небо над почернело, а затем стрелой над лесом пронеслась молния и ударила на окраине села.

Одна из женщин не сдержалась и воскликнула: «Татьяна, это Фёдор к тебе летит!»

Предыдущий рассказ сильно впечатлил женщин, они были напуганы и поспешили вернуться в свои дома.

Татьяна тоже вернулась домой и стала с тревогой ожидать чего-то необъяснимого, что не укладывалось у неё в голове. Её раздирали противоречивые чувства. С одной стороны, ей хотелось хотя бы на мгновение снова увидеть своего любимого мужа, а с другой — её охватывал панический страх. Татьяна прилегла на кровать и незаметно для себя задремала.

Раздался стук. Татьяна с замирающим от страха сердцем открыла дверь… На пороге стоял Фёдор. Все мысли мгновенно улетучились из её головы, и она, как при жизни Фёдора, полила ему воды на руки, подала полотенце и пригласила поужинать.

Фёдор молча поел и снова направился в спальню. Лёг на постель, Татьяна прилегла рядом. Она уже не могла понять, спит она или бодрствует… Пелена окутала её сознание, и она, как и в прошлый раз, отдавшись чувствам, погрузилась в приятное забытье.

Проснувшись утром и вновь оказавшись одна, она почувствовала такую глубокую тоску и страх перед одиночеством, что ей захотелось покончить с жизнью. Однако, поплакав, она пришла в себя и решила обратиться за советом к пожилой женщине, живущей неподалёку от её дома.

Ведунья
Завершив домашние дела, она отправилась к соседке и поведала о событиях последних двух ночей, попросив совета. Мудрая женщина внимательно выслушала её и порекомендовала обратиться к ведунье. Перед этим она рассказала ей похожую историю.

«Одна молодая женщина похоронила мужа и безутешно горевала по нему. Она постоянно причитала, как хотела бы его увидеть, обнять и приласкать.

И вот однажды ночью кто-то постучал в её дверь. Открыв, она увидела мужа в красивой новой рубахе. Женщина словно окаменела и боялась сдвинуться с места. Покойный немного постоял, а затем исчез.

Так стало продолжаться каждую ночь, женщина уже и сама была не рада таким визитам. Как только время переваливало за полночь, раздавался стук в дверь и на пороге появлялся супруг. Каждый раз он был в новом наряде, и, постояв немного, исчезал.

Вдова, опасаясь потерять рассудок, обратилась к ведунье. Та порекомендовала ей похвалить обновку мужа и развернуть его спиной к себе.

На следующий день, когда часы пробили полночь, на пороге возник покойный супруг в новой рубашке. Вдова подошла к нему и произнесла: «Какой прекрасный у тебя наряд!» — после чего развернула его. Она не ощутила тела мужа, а вместо его спины увидела изнаночную сторону рубашки.

Внезапно изо рта того, кого она принимала за мужа, вырвался мощный поток воздуха, и он проревел: «Кто тебя этому научил?» — после чего исчез. С тех пор он больше не посещал дом вдовы».

После этого страшного рассказа Татьяна решила, что ей тоже нужен совет ведуньи. Соседка рассказала ей о женщине, которая обладает такими знаниями и живёт в лесу у Змеиного озера, в нескольких часах ходьбы от деревни.

Расстояние не остановило Татьяну. Она подробно расспросила соседку, где найти дом лесной ведуньи, и отправилась в путь. Взяв корзину, она положила в неё яйца, сметану и сыр и пошла.

Ведунья. Иллюстрации к рассказу “Деревенские истории. Вдова” созданы автором
К полудню Татьяна добралась до нужного места. Ведунья казалась обычной женщиной. Однако ни у кого Татьяна не видела таких белых волос — они были абсолютно белыми, но не седыми. Волосы были заплетены в две толстые косы. Определить возраст женщины было невозможно: ей могло быть и сорок, и шестьдесят лет. Кроме того, у ведуньи были разные глаза — один голубой, другой карий.

Приняв дары и, напоив чаем, ведунья выслушала рассказ вдовы и кивнула:

— Это всё происходит оттого, что ты своего покойного мужа отпустить не можешь. Вот и пользуется всякая нечисть его обликом. Я помогу тебе и научу как поступить.

Прозрение
Домой Татьяна вернулась уже вечером. Снова начиналась гроза. Татьяна зажгла лампу, приготовила ужин, поставила на стол тарелку с едой, пододвинула табурет и стала ждать, решив, что ни за что не будет спать. Ей казалось, что она задремала всего на секундочку, уронив голову на руки, как раздался стук.

Татьяна открыла дверь, и Фёдор без слов вошёл в комнату. Татьяна, как делала это предыдущие ночи, полила ему воду на руки из ковша и протянула полотенце.

Фёдор сел за стол, но обнаружил, что ему нечем есть, так как жена не положила ложку. Муж посмотрел на неё исподлобья. В его глазах, которые когда-то смотрели на неё с нежностью и любовью, теперь была такая ненависть, что у Татьяны по телу пробежал холодок. Она подошла к столу, дрожащими руками достала из столешницы ложку и, будто случайно, уронила её перед мужем на пол. Этому научила разноглазая ведунья.

Когда Татьяна наклонилась, чтобы поднять ложку, она заметила под столом не ноги любимого, а раздвоенные копыта. Испуганно подняв глаза, она увидела его горящий взгляд.

Существо, которого Татьяна принимала за своего мужа, выскочило из-за стола и начало меняться, увеличиваясь в размерах. Его перекошенное злобой лицо приобрело землистый оттенок, глаза налились кровью и сверкали адским пламенем, словно прожигая её насквозь. Создавалось впечатление, что сущности стало тесно в этом пространстве. Пронзительный звериный рёв, вырвавшийся из зияющей чёрной пасти, был настолько громким, что женщине казалось, что она оглохнет.

Страх проникал в душу, парализуя тело. Татьяне показалось, что на неё надвигается огромное и вязкое облако. Оно окутывало её, будто поглощая, и мешало дышать и двигаться.

Нестерпимая боль пронзила сердце, и у женщины подогнулись колени. Перед тем как погрузиться во мрак, она подумала, что это конец.

Отпустила
Выглянув в окно, Татьяна заметила, что всё вокруг неуловимо изменилось. Куры во дворе весело кудахтали, а корова протяжно мычала, будто звала хозяйку. Внезапно Татьяна осознала, что причина всех недавних событий — её собственная привязанность к прошлому и нежелание жить дальше.

Женщина привела себя в порядок, надела яркий платок, который подарил ей Фёдор, и пошла в церковь. Пройдя немного по улице, она опять подумала, что сегодняшнее утро кажется ей особенным: птицы задорно щебетали и пели свои песни.

Сверкающие купола церкви отражали яркий солнечный свет, а волшебные весёлые лучики, игриво скользящие сверху, вызывали желание слегка прищуриться. Подойдя к ступеням церкви, она трижды перекрестилась и вошла внутрь. После службы она поставила свечу за упокой души Фёдора.

Татьяна осознала всем сердцем, что те, кто переживает утрату, жалеют себя и не следуют христианским заповедям. Излишне горюя, они удерживают души усопших рядом с собой, не давая им уйти туда, куда определил их Господь.

Когда Татьяна вышла из церкви, она глубоко вдохнула свежий утренний воздух, ощутила лёгкость и поняла, что теперь свободна. Добрая память о супруге навсегда останется в её душе.

Жизнь устроена так, что сначала наши родители заботятся о нас, а после мы печемся о них в старости. Помощь пожилым людям — это непросто. Однако иногда это может обернуться очень неожиданно.

Помощь пожилым людям
Посовещавшись, Виктор и Оксана решили забрать к себе тетю Машу из деревни. Родители Оксаны рано ушли из жизни, у нее роднее тетки никого не было. А старушка не может уже сама жить в селе, сил совсем нет. Вот они и решили поселить ее в своей квартире, всё равно есть свободная комната. Да и как жить, зная, что тетка там сама?

После недолгих уговоров тетя Маша приехала к ним. В руках несколько сумок с вещами и гостинцами. Привезла домашней консервации, сушеных трав и грибов. Оксана только удивлялась, как ее привередливые дети уплетают домашнее варенье.

Жизнь устроена так, что сначала наши родители заботятся о нас, а после мы печемся о них в старости. Помощь пожилым людям — это непросто. Однако иногда это может обернуться очень неожиданно.-3

Тетя Маша
Виктор и Оксана пару лет назад взяли квартиру в ипотеку, с тех пор работали на двух работах. Дома появлялись уставшие. Оксана почти никогда не готовила сама, покупала замороженные продукты. У супругов было двое детей — Саша и Аня. Они были предоставлены сами себе. Всё свободное время проводили в телефоне. Но тетя Маша сразу привнесла в их жизнь нечто особенное.

Как-то в выходной день Оксана проснулась утром от невероятного запаха из кухни. Она вышла туда. На столе стояли уже готовые блины и открытая банка с вареньем. Тетя Маша и дети лепили пельмени. Давно она не видела в них столько воодушевления. Маленькая Аня воскликнула: «Мам, смотри, у нас будут домашние пельмени!»

Оксана почувствовала такое умиротворение от этой картины, так спокойно ей стало на душе. Со временем она стала всё чаще замечать, что дети проводят время с теткой, а не в телефонах. Им было интересно слушать ее истории. Она даже научила их интересным играм. А еще они с радостью помогали тете готовить. Оксану радовали такие перемены.

Жизнь устроена так, что сначала наши родители заботятся о нас, а после мы печемся о них в старости. Помощь пожилым людям — это непросто. Однако иногда это может обернуться очень неожиданно.-4

Тяжелый день
Однажды поздней ночью тетя Маша встала, чтобы выпить воды. Выйдя на кухню, она увидела, что там сидит ее племянница и тихонько плачет. Она подошла и обняла ее, спросив: «Доченька, что стряслось?» Не успев опомниться, женщина рассказала старушке обо всех своих переживаниях. Она рассказала, что жутко устала пахать на двух работах и не видеть детей. Ей хотелось бы больше времени проводить с ними. Рассказала о проблемах на работе, о каком-то полном затишье в отношениях с мужем. Долгий получился рассказ.

Тетя Маша выслушала всё без лишних комментариев, давая понять, что она рядом. Оксана выплакалась, рассказала обо всём, что накопилось. Было видно, что ей только от этого стало легче. Бабушка гладила племянницу по волосам и тихо сказала: «Не переживай, родная, вскоре всё наладится». Оксана почему-то поверила тетке. У нее на душе впервые за последнее время стало спокойно.

Жизнь устроена так, что сначала наши родители заботятся о нас, а после мы печемся о них в старости. Помощь пожилым людям — это непросто. Однако иногда это может обернуться очень неожиданно.-5
Новая жизнь
В выходной Оксана проснулась достаточно поздно. Вчера она устала на работе, еле пришла домой. Она вышла на кухню, заварила себе кофе и неспешно его пила. Потом она осознала, что в квартире как-то слишком тихо. Обойдя все комнаты, она поняла, что дома никого нет. Это ее удивило, она не понимала, куда все могли уйти. Ее охватила непонятная тревога. Она собралась и выбежала на улицу, не понимая, где искать родных.

На детской площадке она увидела детей. Они сразу подбежали к ней, наперебой объясняя, где папа и бабушка Маша. Через пару минут она увидела, как они выходят из-за угла. Она поспешила к ним. Тетя Маша заговорила первой: «Ох, не успели. Ты давно проснулась? Извини, мы хотели вернуться до того, как ты проснешься». Оксана спросила: «Но куда же вы ходили?»

Муж улыбнулся и сказал: «Пойдем в дом, там всё расскажем. У нас для тебя сюрприз». Когда она вернулись домой, тетя Маша и Виктор рассказали женщине, что с самого утра ходили окончательно закрывать ипотеку. Оказалось, все эти годы тетя откладывала деньги из пенсии. А еще недавно она закончила с продажей дома.

Жизнь устроена так, что сначала наши родители заботятся о нас, а после мы печемся о них в старости. Помощь пожилым людям — это непросто. Однако иногда это может обернуться очень неожиданно.-6

Все эти деньги она берегла для них, чтобы оставить в наследство. Но решила, что сейчас будет лучше их отдать. Этой суммы как раз хватило, чтобы закрыть ипотеку. Она подговорила Виктора сделать это втихаря, чтобы получился сюрприз. Тетя Маша ласково посмотрела на племянницу: «Оксаночка, знаешь, я всю жизнь работала. Своих детей Господь мне не дал, но вы же мне как родные. Мне так хочется, чтобы вы жили легче и счастливее. Теперь сможешь уйти с одной работы, больше будешь дома, с детьми».

Дети утащили тетю в комнату, муж радостный убежал в магазин за тортом, чтобы отметить радостное событие. А Оксана сидела на кухне, погрузившись в свои мысли. Она смахнула со щеки слезинку и сказала: «Спасибо, что у нас есть тетя Маша».

Жизнь устроена так, что сначала наши родители заботятся о нас, а после мы печемся о них в старости. Помощь пожилым людям — это непросто. Однако иногда это может обернуться очень неожиданно.-7

Мнение редакции
Как видишь, помощь пожилым людям порой может обернуться неожиданными последствиями. Супруги и сами не заметили, как пожилая бабушка изменила их дом. Дети ее полюбили, дом наполнился уютом, даже финансовые вопросы решились. Они думали, что помогают ей, но и она смогла им помочь. Хорошо, когда всё оборачивается именно так. Берегите своих старичков!

— Мариночка, взвесь мне, пожалуйста, два килограмма зеленых яблок, — сказала низкорослая светловолосая женщина, обратившись к продавщице.

Марина улыбнулась постоянной покупательнице и быстренько взвесила ей сочные, спелые яблоки, а потом протянула женщине пакет со словами:

— Держите, Инна Петровна. Это очень вкусные яблоки, они вам непременно понравятся.

— Спасибо, деточка. Ты всегда внимательна ко мне. Кстати, те сливы, что ты посоветовала мне в прошлый раз, пришлись по душе моему сыну. Мой Олежек привередлив в еде, а ты в этом толк знаешь. Олег — опытный аквалангист. Ему приходится нырять на большую глубину и тратить немало энергии, поэтому качественное питание для него очень важно.

— Какая у вашего сына интересная профессия, — изумилась девушка.

— Интересная, но опасная. Для этого необходимо обладать огромной смелостью. К счастью, Олег не из боязливых.

Вскоре Инна Петровна, забрав покупку, ушла. Марина смотрела ей вслед, думая о сыне постоянной покупательницы, которого она никогда не видела. Инна Петровна жила рядом и частенько заглядывала в магазин, где работала Марина, чтобы купить свежие продукты и никогда не упускала возможность похвалить сына и похвастаться его успехами. Марине было любопытно посмотреть на этого человека, и вскоре судьба предоставила ей этот шанс.

Однажды вечером в магазин зашел миловидный мужчина лет тридцати, одетый в спортивный костюм. С заискивающей улыбкой он поздоровался с Мариной и взял хлеб, за который быстро расплатился. Марина уже должна была закрывать магазин, поэтому торопилась обслужить последнего покупателя. Мужчина вежливо поблагодарил ее и вышел, а девушка быстренько все перепроверила, расставила на свои места и, закрыв магазин, собралась идти домой.

— Девушка! – внезапно раздался за спиной Марины голос того самого мужчины, который недавно купил хлеб.

Марина встрепенулась. Она обернулась и в замешательстве посмотрела на последнего покупателя, который стоял перед ней с хлебом в руках.

— Вы еще здесь? – удивилась Марина.

— Я не могу допустить, чтобы такая милая девушка шла домой в полном одиночестве. Разрешите мне вас проводить?

Марина кивнула, и они с симпатичным незнакомцем пошли вместе. Оказалось, что последним покупателем и был Олег, сын Инны Петровны, которая постоянно заходила к Марине и с гордостью рассказывала о своем талантливом аквалангисте. Марина всю дорогу с интересом слушала то, как Олег рассказывал о своей необычной работе и приключениях, в которые неоднократно попадал. Марине понравилось общество молодого мужчины. Вечером следующего дня Олег снова вызвался проводить ее до дома. Их встречи случались все чаще. Вскоре молодые люди решили, что им нужно быть вместе и, спустя два месяца после знакомства, поженились.

Марина сияла от переполнявшего ее сердце безбрежного счастья — у нее теперь будет настоящая семья, но тогда она еще не знала о том, как быстро изменится состояние ее души. Семейная жизнь оказалась совсем не такой радостной, какой ее себе представляла Марина. Свекровь в первый же день показала молодой невестке, кто в доме хозяин.

— Мариночка, я понимаю, что у тебя учеба и работа, но ты теперь замужняя женщина и должна успевать делать все по дому. Олег с детства окружен вниманием и заботой. Он у тебя всегда должен быть на первом месте. Я тебе говорила, что мой сын привередлив в еде. Я буду тщательно следить за тем, что ты для него готовишь. И зарплату следует тратить разумно. Поскольку я старше тебя, а значит, опытнее и мудрее, деньгами в доме буду распоряжаться я. Вся твоя зарплата должна лежать на моем столе в день ее получения.

Марина пришла в шок после слов свекрови, но спорить с ней она не могла и не хотела. У девушки не было родителей. Она выросла в детском доме, поэтому еще не знала, что такое семья. Она искренне верила в то, что ни в чем никогда не будет нуждаться.

Теперь Марина разрывалась между учебой, работой и семьей. Утром она быстро готовила завтрак для всех, а затем, не успев даже перекусить, бежала на учебу. С учебы возвращалась домой, чтобы приготовить обед и снова голодной помчаться на работу в магазин. Бывало так, что за весь день она не подносила к губам и хлебной крошки. По субботам Марина устраивала генеральную уборку в доме, а по воскресеньям ездила в деревню, где у нее был маленький домик, который она получила от государства после выпуска из детского дома. Она любила заниматься огородом и оставаться в одиночестве на весь воскресный день. Марина выращивала свежие овощи и привозила их в город. Это было ее единственной отдушиной в браке.

Год спустя, семья Марины стала больше на одного человека. Она родила дочь. Жизнь ее стала еще тяжелее после рождения Анечки.

— Не позволю тратить детские пособия на игрушки и всякие безделушки. Ты еще не набралась ума, чтобы свободно распоряжаться этими деньгами. Отныне все деньги будешь отдавать мне, как хозяйке дома, — велела Инна Петровна, спустя два месяца после рождения внучки.

Марина оказалась в трудном положении. Свекровь не давала денег на детские нужды. Ей не на что было купить подгузники и одежду. Марина радовалась тому, что Бог дал ей возможность кормить ребенка грудным молоком и тем самым сэкономить на детском питании.

— Олег, мне сегодня надо съездить в больницу, пожалуйста, побудь с Анечкой, — просила Марина мужа по телефону, когда заболела.

— Мне некогда. Ты мать, вот и занимайся своим ребенком, — сухо отвечал ей супруг и бросал трубку.

Марина каждый раз плакала, проливая слезы обиды и разочарования. Ведь не о такой семейной жизни она мечтала. Олег постоянно пропадал то на работе, то с друзьями, и ему не было дела до семейных забот и проблем.

Однажды вечером, когда вся семья собралась за столом, Олег сказал жене то, что привело ее в негодование:

— Нам надо сделать ремонт в квартире. Обои старые. Их необходимо поменять, А этот диван можно выбросить на свалку без сожаления. Надо купить ламинат, а еще обновить ванную комнату.

— Ох, сынок, надо, конечно, только на какие деньги мы все это сделаем? – расстроенно ответила Инна Петровна, — Денег-то в семье нет. Живем на то, что ты зарабатываешь. Ты ведь не можешь разорваться на части. Жалеть себя надо.

— Ты права, мама, — поддержал Олег Инну Петровну, — У нас только один выход. Пускай Маринка продаст свой старый дом в деревне, и будут у нас деньги на ремонт.

Марина ахнула, услышав заявление мужа. Безудержная злость охватила её в тот же миг. Домик в деревне был единственным местом, где Марина чувствовала себя счастливой. Занимаясь огородом, она могла отвлечься от повседневных проблем. Она всю неделю с нетерпением ждала воскресенья, чтобы поехать в деревню. Свекровь отказывалась прописать невестку и внучку у себя в квартире, поэтому Марина прописала Анечку в деревенском доме. Лицо Марины горело от удушливого гнева и нестерпимой обиды за себя и дочь.

— Я не буду продавать свой дом, — категорично заявила Марина, собрав все свои внутренние силы.

Инна Петровна пришла в ярость после заявления невестки. Она вскочила на ноги и, хлопнув по столу ладошкой, начала громко кричать, напугав ребенка.

— Какая же ты неблагодарная! Мы тебя приняли в семью, сделали из тебя человека, окружили вниманием и заботой, а ты, эгоистичная беспризорница, смеешь перечить?! Да кому ты со своим полуразвалившимся старьем нужна в этой деревне, где нет цивилизации? Пропади все пропадом!

На следующий день после того, как Анечке исполнилось шесть месяцев, свекровь позвала к себе в комнату невестку и велела ей выйти на работу.

— С деньгами в семье туго. Мой бедный сынок надрывается, чтобы твой ребенок ни в чем не нуждался, а ты прохлаждаешься дома. Хватит! Выходи уже на работу и приноси деньги в дом. Нечего бездельничать, прикрываясь дочерью. Анечка уже большая. Я сама о ней позабочусь, а ты работай.

У Марины сердце обливалось кровью от осознания того, что ей придется оставить маленькую дочь свекрови и выйти на работу, но другого выхода у нее не было. С Инной Петровной было бесполезно спорить. В семье она решала все. Спустя несколько недель после выхода на работу, Марине вдруг стало плохо в магазине, и хозяйка отпустила ее домой пораньше. Каково же было ее удивление, когда войдя в квартиру, она услышала, как разъяренная свекровь кричит на Анечку. Ребенок громко плакал, сидя в стульчике для кормления.

— Ешь, я сказала. Проглотила быстро, иначе по лбу получишь этой ложкой. Сколько от тебя неприятностей. Копия своей низкосортной мамаши. Одни проблемы с вами.

Следующим утром, когда Инна Петровна отправилась к подруге в другой конец города, а Олег ушел на работу, Марина спешно собрала вещи и, вызвав такси, уехала в деревню вместе с Анечкой, чтобы быть как можно дальше от властной, жестокой свекрови и ко всему равнодушного, самовлюбленного мужа, все вечера и выходные пропадающего, не известно где.

Но, в деревне Марину ждала еще одна боль. Оказалось, что в тех краях недавно бушевал ураган, который полностью разрушил крышу Марининого дома. Туда невозможно было зайти. Марина села на скамейку и отчаянно зарыдала, держа на руках спящую дочь. Ее увидела пожилая соседка, вышедшая во двор развесить постиранное белье.

— Мариночка, деточка, что ты плачешь? – забеспокоилась старушка.

— Анфиса Алексеевна, посмотрите на мой дом. От крыши ничего не осталось. Что мне теперь делать? Куда бежать с ребенком на руках? – ответила Марина, захлебываясь слезами.

— Не плачь, детка, ребенка напугаешь. Ты не сиди там с дитем! Иди сюда. Пока останешься у меня. А там время покажет.

Марине пришлось согласиться и остаться на время у Анфисы Алексеевны. Пока Анечка спала, она попыталась привести в порядок дом, но вскоре поняла, что ее усилиями ничего не изменить. Вечером к Анфисе Алексеевне приехал ее внук Роман с гостинцами. После совместного ужина бабушка принялась рассказывать внуку о проблемах своей молодой соседки и ситуации, в которой она оказалась. Роман пообещал помочь с ремонтом. Он работал и жил в городе, а каждые выходные приезжал к Анфисе Алексеевне. Роман, как и обещал, починил крышу дома Марины, и привел все в порядок. Марина была ему безмерно благодарна. Она прониклась симпатией и уважением к тихому, неразговорчивому, но добропорядочному и умному парню.

В следующий раз, когда Роман снова приехал к бабушке, он собрался починить разрушенный ураганом старый забор. Мужчина привез с собой все необходимое для этого. Марина играла во дворе с Анечкой, А Роман чинил забор, когда к дому подъехала знакомая машина. Олег. Мужчина выскочил из автомобиля и метнулся к оторопевшей жене, прожигая ее жестким взглядом.

— Как ты посмела украсть моего ребенка и сбежать? Немедленно собери вещи и садись в машину. Мы едем домой.

Марина испугалась и, схватив дочку, отошла от мужа на несколько шагов. Ее коленки тряслись от страха, а в горле мгновенно пересохло. Марина затаила дыхание. Она знала о том, что ее супруг в порыве гнева способен на многое, поэтому боялась даже шелохнуться.

— Я не поеду с тобой никуда, — еле слышно прошептала Марина, прижимая к груди плачущего ребенка.

В этот момент в разговор супругов вмешался Роман. Он подошел к разъяренному мужчине и сказал грозным тоном:

— Марина ясно дала понять, что никуда не поедет, поэтому советую вам сесть обратно в машину и вернуться в город в одиночестве. Надеюсь, вы не хотите проблем.

— Ты что, угрожаешь мне? Кто ты вообще такой? Я со своей женой разговариваю, — еще сильнее вспыхнул Олег.

— Мне плевать, кем вы приходитесь этой женщине. Важно только то, что она не хочет с вами куда-либо ехать. А насильно ее увезти я вам не позволю. Даже не пытайтесь. Это закончится плохо.

Олег был вспыльчивым человеком, но смелостью в подобных ситуациях не обладал. Поняв, что Роман не позволит ему осуществить свой план, он, сгорая от лютой злости на жену, сел в машину и уехал. Марина поблагодарила Романа за спасение. С того дня он стал ее частым гостем. С удовольствием чинил все, что было сломано, и помогал ей организовать быт, привести хозяйство в порядок. Вечерами они вдвоем сидели на веранде и пили чай.

Постепенно Роман и Марина сблизились. Анфиса Алексеевна, которая всегда хорошо отзывалась о Марине, была искренне рада зарождающемуся между молодыми людьми трепетному чувству. Она забирала Анечку к себе и давала влюбленным возможность побыть наедине друг с другом. Спустя несколько месяцев, Олег и Марина развелись, и она вышла замуж за Романа, которого всем сердцем полюбила. Они с Анечкой переехали к Роману в город, а каждые выходные проводили в деревне. Теперь наконец-то, Марина почувствовала, что обрела ту семью, о которой давно мечтала.

— Это просто какие-то помои! — Нина Ивановна бросила ложку на стол.

Ее сноха, Настя, покраснела и выбежала из-за стола.

— И под каким забором ты нашел эту дурнушку?! — Нина Ивановна посмотрела на сына, Сергея.

— Она не дурнушка, а моя жена, — спокойно ответил Сергей.

При каждой встрече со снохой Нина Ивановна просто сгорала от ненависти! Все было не так! Еда — помои! В доме бардак! Сама Анастасия — вечно неухоженная и одевается как из секонд-хенда!

Сергей пытался объяснить, что, оскорбляя его супругу, мать оскорбляет и его. Но Нина Ивановна ничего не хотела слушать!

— Я добьюсь того, что бы у моего сына была достойная жена! А не эта, грубая, невоспитанная простушка! — кричала Нина Ивановна.

Сергей по натуре был человеком неконфликтным и все споры старался решать мирно. И вот сейчас, он в который раз старался успокоить мать.

— Мам, это моя жизнь и жену я выбирал себе сам! Я люблю Настю.

— Да что ты знаешь о любви?! — перебила Нина Ивановна. — Что ты знаешь о семье?! Перед свадьбой ты обязан был представить её мне! Так заведено! Меня для твоего отца выбрали его родители, так как старшим в семье лучше знать, какая жена нужна сыну, ведь они его воспитывали! — задыхалась от гнева Нина Ивановна, — А ты! Нашёл эту… на какой-то грядке и ещё женился на ней! Без роду и племени! Без приданного! Я ведь тебя воспитывала, сил не жалела! Вот если бы твой отец дожил, он бы тебе так всыпал!

Сергей поморщился. Он прекрасно помнил, как стоял в углу за малейшую провинность и получал «по заслугам» за любые проступки. Да и мать временами от него получала.

Такое воспитание не озлобило его и не подавило. Сергей терпел, но ещё в детстве решил, что в его семье будет по-другому.

Он не был в обиде на родителей и уважал их, но считал, что в современной семье должен быть другой уклад.

Мать ещё с детства старалась внушить сыну мысль, что он должен жениться на очень статусной и желательно состоятельной девушке с влиятельными родителями. И постоянно лезла в его личную жизнь, советуя девушек целеустремленных, знающих цену всему и готовых подниматься по ступенькам из мужей до максимально высшей точки.

Но Сергей искал того тёплого и нежного чувства. Он искал взаимной любви. Ему нужна была уютная семья, а не кукла с единственной мыслью про деньги.

С Анастасией он познакомился в институте, и они долго скрывали отношения. Настя приехала в город из глубинки, где из родственников у неё был лишь старший брат.

Простая и спокойная девушка, не испорченная богатой жизнью, покорила Сергея своей открытостью и отсутствием корыстных взглядов по отношению к мужчинам.

— Ты меня опять не слышишь! — продолжала причитать мать. — Я костьми лягу, но ты не будешь жить с этой бесперспективной сироткой!

— Мама… перестань. Довольно! — не выдержал Сергей, указав ей на выход.

Нина Ивановна засобиралась.

— В общем, я даю вам неделю на развод. Я все сказала! — заключила она и, хлопнув дверью, ушла.

Сергей был очень расстроен и обижен на Нину Ивановну. Он вошёл в комнату и увидел, как Настя собирает вещи.

— Ты что делаешь?! — замер он.

— Я уезжаю, Сергей, — бесцветным тоном ответила супруга. — Нина Ивановна не даст нам жить. Я больше не могу это слушать. Вернусь в деревню, буду жить по статусу. Поспи, пожалуйста, в другой комнате. Спасибо.

Настя захлопнула дверь перед его носом и заперла её на защелку. Как ни старался Сергей, она так и не впустила его. От безысходности Сергей пошел на гостевой диван и заснул там, надеясь на то, что жена остынет и передумает.

Разбудил его будильник. Сергей редко просыпался от него, ведь каждое его утро начиналось по-другому. Жена будила Сергея нежным поцелуем и приглашением на вкусный завтрак.

— Любимая?! — крикнул Сергей. Но ответа не было. Он встал, осмотрелся. Грязная посуда так и стояла на столе. Настя все-таки ушла.

— Ничего страшного, — успокоил себя Сергей, — После работы заеду за ней на работу с цветами. Устроим романтический ужин, помиримся. А с матерью разберусь как-нибудь.

Оставив бардак на кухне, Сергей надел мятую рубашку и поехал на работу. Весь день он пытался дозвониться до жены, но это не удалось. Сергей ушел с работы раньше и поехал к Насте.

— Она до обеда поработала и уехала, в отпуск, говорят, — ответил охранник на проходной. Сергей почесал затылок свободной рукой: в другой он держал букет роз. Хотя в магазине его спрашивали какие, цветы любит его жена, он вспомнить не смог. Вот и взял универсальные, розы.

На звонки и сообщения Анастасия так и не ответила

Придя домой, Сергей осмотрел помещение. Без Насти в квартире было темно, душно и невыносимо тоскливо. Да и до сих пор не убрано…

Достав телефон, он позвонил начальнику.

— Извините, семейные обстоятельства! Нужно срочно уехать.

Положив трубку, Сергей сбросил с шеи галстук, закатал рукава и стал мыть посуду. Убрав квартиру и переодевшись, он отправился на поиски жены.

— Я тебе последний раз повторяю! — Сергей ударил по столу, за которым сидела Нина Ивановна. — Дай мне её адрес!

— Если ушла, значит, не любит! —мать, плохо скрывающая радость, пыталась образумить сына. Она работала в «органах» и имела возможность узнать адрес брата Анастасии, но делать этого твёрдо не желала.

«И почему я опять пришёл к ней?» — подумал Сергей. — «Вот же привязала».

Он хотел наговорить много громких и грубых фраз, но его вдруг отпустило.

Сергей вручил матери букет роз, купленных для жены, и тихо сказал:

— Спасибо тебе мама за все. Прощай. Забудь и прости нас.

— Как это, прощай?! Серёженька?! — крикнула Нина, но было поздно. Она раздраженно выбросила букет и решила, что никогда не простит сына за такой поступок.

Сергей не спал всю ночь, а наутро первым делом поехал на поиски.

Кроме названия деревни, никакой информации у Сергея не было. Он три часа катался по деревне и искал дом брата по девичьей фамилии Насти, спрашивая всех подряд.

— Извините, а вы не Алексей, случайно? — он обратился к мужчине, рубящему на улице дрова.

— Алексей, — грозно ответил мужчина.

— А я Сергей. Муж вашей сестры.

— Валил бы ты отсюда по-хорошему, Серёженька!

— Я никуда не уйду без жены, — уверенно сказал Сергей.

— Это мы посмотрим… — Алексей начал махать топором.

В это время из дома вышла Анастасия и, увидев Сергея, замерла.

— Лёша, стой! — крикнула она на брата. Тот махнул рукой и ушел.

— Разбирайся сама, сестра.

— Прости меня, пожалуйста, Настя! — Сергей протянул ей букет полевых цветов, которые купил у бабушки по дороге. — Я до сих пор не знаю, какие твои любимые цветы…

— Вот эти и есть самые любимые… — сказала она и приняла цветы. — Кстати, звонила твоя мать.

Сергей напрягся.

— Зачем?

— Сказала, что прекращает все контакты с тобой и если её сын все ещё мне интересен, то могу забрать его себе!

— А я интересен? — с улыбкой спросил Сергей.

— Ну не знаю, — игриво протянула Анастасия и, улыбнувшись, взяла под руку теперь только своего мужчину.

Oтодвинул от себя тарелку с борщом, и безразличным, небрежным тоном, как будто даже, торжественно, произнес:

— Света, я от тебя ухожу!

Сорокапятилетняя женщина от столь неожиданных слов выронила из рук чашку, которая мгновенно разлетелась вдребезги, ударившись о плитку на полу. Светлана посмотрела на супруга и по его серьезному взгляду поняла, что тот не шутит. Женщина так и замерла, молча обхватив себя руками.

С мужем Света прожила, как ей казалось, в счастливом браке, двадцать пять лет. Она любила своего Дениса всей душой, считая его надежным, верным мужем и прекрасным отцом. Но эти странные слова, словно кнутом, хлестнувшие по самому больному, стали для нее потрясением. Света еще не до конца осознавала суть происходящего. Она подняла на супруга растерянный взгляд и надломленным тоном спросила:

— Как это уходишь? Куда, Денис? Мы ведь с тобой вместе четверть века!

— Вот именно! – раздраженно ответил мужчина, резко вскочив с места и одарив жену искрометным взглядом, — Целых двадцать пять лет я прожил с тобой. Но что с тобой стало за это время? Где, скажи, где та молоденькая, красивая, стройная, беззаботная девушка, в которую я когда-то влюбился? Ты только погляди, в кого ты превратилась! Располнела, седеть начала, да еще эти противные морщинки появились. Ну, это б еще полбеды, так в голове-то у тебя одни котлеты, борщи, уборка, стирка. Неудивительно, что мне такая жизнь осточeртелa просто. С тобой мне разговаривать не о чем совершенно. А заживо хоронить себя я, прости, не хочу. Я достоин большего. Надеюсь, что мы разведемся спокойно, без истерик. Я полюбил другую женщину и ты должна это понять. Она моложе, интереснее, красивее и ждет ребенка моего. Скоро я вновь стану отцом, поэтому прошу отпустить меня без скандала. Я тебя уже давно не люблю, Свет, прости.

Светлана опустилась на стул и сокрушенно схватилась за голову обеими руками. Слова Дениса причинили невыносимую боль. Света не могла смириться с тем, что человек, которому она посвятила жизнь, ради которого стольким пожертвовала, так жестоко от нее отвернулся. Денис променял верную, любящую, заботливую жену на ту, которая оказалась моложе и привлекательнее.

— Уходи, — с трудом выдавила из себя слова Светлана, опустив низко голову.

Денис молча вышел из кухни. Он наскоро собрал свои вещи и ушел, заявив уже в дверях, что на развод подаст сам в ближайшее время. Света проплакала весь день. К вечеру она так сильно вымоталась от жгучей боли, раздирающей душу на части, что заснула прямо за столом. Проснулась после полуночи, но не отправилась в спальню. Она легонько прислонилась к стене и сидела, поджав под себя ноги, до самого утра. Утром Светлане нужно было идти на работу. Рассвет она встретила с изможденным, пугающим видом. Света вдруг осознала, что нет у нее никакого желания работать, да она и с места встать смогла с большим трудом. Светлана набрала номер начальника и сказала, что заболела и не сможет выйти на работу, попросила отпуск за свой счет и с головой ушла в переживания. Она перестала готовить, есть, приводить себя в порядок, заниматься домом. С утра до вечера Света проводила в постели, отрешенно глядя в одну точку и оплакивая свою судьбу.

Так продолжалось до тех пор, пока к Светлане в гости не приехал без предупреждения сын со своей молодой супругой. Артем решил сделать маме сюрприз, поэтому нагрянул неожиданно. По дороге он купил ее любимый торт. Артем привык видеть мать всегда веселой, привык приходить в чистый, ухоженный дом, где из кухни постоянно доносился ванильный аромат, исходивший от свежей выпечки, поэтому картина, представшая перед его глазами, повергла парня в настоящий шок.

— Мамочка, что с тобой? Ты заболела? Что случилось? Ты сама на себя не похожа, — забеспокоился Артем, бросившись к матери, которая сидела на кухне, задумчиво рассматривая люстру.

— Твой отец меня бросил, — содрогающимся голосом призналась в случившемся Света, устремив потухший взгляд на обомлевшего от неожиданности сына.

— Как это… бросил? – вымолвил с трудом Артем, крепко взяв мать за руку.

Светлана рассказала сыну и невестке обо всем, что в их семье произошло. Молодые супруги удивленно переглянулись. Они принялись успокаивать вновь расплакавшуюся Свету, убеждая ее в том, что жизнь на этом не остановилась, что впереди Светлану ждет новая, счастливая жизнь. Светлана же в отчаянии качала головой и говорила, что у нее больше нет будущего.

— Светлана Николаевна, я очень прошу вас, держитесь. Все у вас еще наладится, вот увидите. Вы молодая, красивая, интересная женщина. Встретите еще свою судьбу и будете счастливы, — пыталась успокоить Марина свекровь, но та ничего не хотела и слышать.

— Не стоит меня успокаивать. Я все прекрасно понимаю. Я уже не та молоденькая девочка, в которую Денис влюбился двадцать пять лет назад. Моя жизнь закончилась. Она потеряла смысл. На что надеяться мне на закате лет? Располневшая, поседевшая, морщинки появились…

Слова сына и невестки Свету ничуть не утешили. Она впала в еще большую депрессию, осознав, что молодость безвозвратно ушла, и она осталась совсем одна. Артем долго думал о том, как помочь тяжело страдающей матери. Он с детства был к ней сильно привязан, поэтому видеть маму в таком удручающем состоянии не мог.

И тогда, супруги решили подключить к делу бабушку Марины, которую Светлана всегда искренне любила. Тамара Ивановна была очень мудрой и проницательной женщиной. Она пообещала внучке и ее супругу, что Света скоро снова заживет счастливой, полноценной жизнью.

Светлана разбирала старые вещи, когда ее телефон зазвонил. Увидев на экране номер сына, она тут же схватила мобильник и приложила его к уху.

— Здравствуй, сынок. Я в порядке. Ну не надо за меня переживать. Все правда, хорошо. Вы как? Да ты что?! Бедная Тамара Ивановна! Конечно, я поеду к ней в деревню, да-да, позабочусь. Вечером буду там. Передай Марине, что она может не беспокоиться и работать со спокойной душой. Договорились.

Светлана положила трубку и сразу начала одеваться. Она собиралась поехать в деревню к приболевшей бабушке невестки. Артем по телефону сообщил матери, что Тамара Ивановна заболела и нуждается в заботе. Он также рассказал о том, что Марину не отпускают с работы, и она пребывает в отчаянии, не зная, что делать. Светлана с радостью вызвалась помочь бабушке невестки, с которой у нее сложились теплые взаимоотношения. Света надеялась также на то, что забота о больной пожилой женщине отвлечет ее от грустных, назойливых мыслей. Она быстро собрала все самое необходимо и отправилась в деревню.

Тамара Ивановна была женщиной не только мудрой, но еще и артистичной. В молодости она играла в спектаклях, поэтому без труда смогла изобразить больного, нуждающегося в постоянном внимании человека. Света поверила в ее болезнь и принялась лечить пожилую женщину.

— Светочка, душенька, сходи, пожалуйста, к соседу моему. У него в саду растет боярышник, который очень полезен для сердца. Константин обещал принести мне настой с ягодами, да забыл.

Светлана отправилась к соседу Тамары Ивановны, чтобы взять у него целебный настой. Жил он в доме напротив. Женщину привел в восторг участок мужчины. Она с первого взгляда поняла, что в соседнем доме живет настоящий умелец, мастер на все руки. Света громко позвала Константина, и тот появился, спустя несколько секунд. Он открыл калитку и впустил Светлану, вежливо с ней поздоровавшись. Света с интересом разглядывала ухоженный двор мужчины, была в полном восторге от его сада. Ей на мгновение показалось, будто она попала в сказку. Сам мужчина также произвел на нее приятное впечатление. Светлана так залюбовалась окружающей ее завораживающей красотой, что даже забыла, зачем пришла.

— Проходите в дом. Я вас чаем с пирогом угощу, — добродушным голосом предложил Константин, с любопытством разглядывая гостью своей соседки.

— Благодарю, но мне нужно возвращаться к Тамаре Ивановне. Боюсь надолго оставлять ее одну, — ответила Света, пытаясь представить себе образ женщины, которая является хозяйкой этого дома и супругой Константина.

Светлана взяла настой и вернулась к пожилой женщине, которая правдиво вздыхала, жалуясь на головокружение и учащенное дыхание. Она обрадовалась тому, что у Светланы сложилось хорошее впечатление о ее соседе, который действительно был достойным человеком и, что немаловажно, свободным мужчиной.

— Хороший мужик мой сосед, — пробормотала Тамара Ивановна, сидя за столом вместе со Светой и допивая свой чай, — Таких сейчас днем с огнем не сыскать. Хозяйственный, ответственный, добрый, и все умеет делать и по дому, и во дворе. Бывший военный. Сейчас на пенсии. Представляешь, оставил просторную квартиру в центре города и переехал жить в деревню. Он купил соседский дом в плачевном состоянии. Не было на том участке ни сада, ни огорода, ни такого двора красивого. Константин все своими руками сделал. Не мужик, а золото, только жаль, что не нашел родственную душу. Один совсем.

Утром следующего дня Тамара Ивановна, воспользовавшись тем, что Светлана стирала во дворе, выкрутила пробки на счетчике и отключила все электричество в доме.

— Светочка, душа моя, пойди сюда, — позвала пожилая женщина свою гостью.

Светлана поспешила в дом:

— Да, Тамара Ивановна, вы меня звали? Вы в порядке?

— Я-то в порядке, но что-то с нашим счетчиком случилось. Электричества в доме нет. Скоро мой сериал начнется. А я без него жить не могу. Сходи за Константином. Пускай он посмотрит да починит.

Светлана послушно отправилась за соседом, который тут же пришел к Тамаре Ивановне и за считанные минуты все исправил. В доме пожилой женщины снова горел свет. В обед Тамара Ивановна попросила Свету испечь ее любимый клубничный пирог. Светлана исполнила просьбу пожилой женщины, обрадовавшись тому, что у той снова появился аппетит. Во время чаепития Тамара Ивановна сказала, как бы невзначай:

— Светочка, отнеси кусочек пирога Константину. Надо его отблагодарить за то, что он починил счетчик. Я свой сериал не пропустила. Сходи к нему. Он наверняка сейчас во дворе что-то делает, даже не пообедав.

Светлана кивнула и, отрезав большой кусок пирога, отправилась к соседу. Константин обрадовался приходу Светы и сказал, что пирог как раз кстати, он с утра ничего не ел. Костя предложил Светлане выпить с ним чай, и она не смогла отказаться. Устроив чаепитие в саду, они проговорили несколько часов. Константин рассказывал Светлане о том, как проходила его служба, а она слушала его, затаив дыхание. Время с Константином пролетело незаметно. Света возвращалась к Тамаре Ивановне под приятным впечатлением.

Вскоре Константин сам начал приходить к Тамаре Ивановне и Светлане. Он навещал «больную» соседку, приносил ей лекарственные травы, помогал навести порядок у нее во дворе. Тамара Ивановна с самодовольной, озорной улыбкой глядела на то, как Константин и Света, позабыв обо всем на свете, увлеченно разговаривают друг с другом и понимала, что ее план блестяще сработал. Мужчина и женщина сами не заметили, как привязались друг к другу.

Однажды во время очередного чаепития Константин рассказал Светлане о том, что произошло в его жизни год назад.

— Я переехал сюда год назад после того, как от меня ушла жена. Признаюсь честно, это было нелегкое для меня время. Я понял, что должен круто изменить свою жизнь. В деревне я обрел себя, забыл о прошлом и научился быть счастливым в настоящем.

Света изумленно смотрела на соседа, думая о той женщине, которая решила бросить такого мужчину, как Константин. Она была уверена в том, что бывшая жена Константина не раз пожалела о своем поступке. Света невольно сравнивала Константина с Денисом и понимала, что ее бывший муж значительно уступает соседу Тамары Ивановны. Константин был настоящим мужчиной, человеком, умеющим держать свое слово. Женщина все чаще ловила себя на мысли, что перестала вспоминать бывшего мужа и думать о том, где он, что с ним. Светлана просто наслаждалась беззаботной жизнью в деревне, летним солнцем и приятным, вдохновляющим общением с новым знакомым. Но настроение Светланы резко изменилось в тот момент, когда она поняла, что ее отпуск близится к концу и скоро придется возвращаться в город, к прежней жизни. Оставшиеся несколько дней пролетели незаметно. Тамара Ивановна перестала играть роль больной женщины и заявила, что поправилась, благодаря неустанной заботе Светланы.

Света вечером без особого энтузиазма собрала свои вещи и вышла на улицу попрощаться с деревней, которая стала для нее родной и любимой. Она не заметила, что к ней направлялся Константин.

— Уезжаешь? – задумчиво спросил он, не сводя глаз с опечаленной женщины.

— Да, — с сожалением ответила Светлана, — Пора. Тамара Ивановна пошла на поправку. Мой отпуск закончился. Город меня ждет.

— Что-то ты не очень радостно все это говоришь. Уверена, что тебя здесь больше ничего не держит?

Мужчина заглянул в глаза растерявшейся соседки и робко взял ее за руку.

— Может, останешься? Я вижу, что ведь ты не хочешь уезжать. И я этого не хочу. Света, я так сильно к тебе привязался, что не представляю, как буду без тебя жить.

— Константин, — пролепетала Света, оторопев от неожиданности, — Я, правда, должна уехать. У меня своя жизнь в городе. Работа, квартира, друзья, сын.

Светлана этими словами пыталась убедить в первую очередь себя в правильности своего решения. Всем сердцем она не хотела расставаться с Константином, но боялась, что совершит ошибку, оставшись в деревне. Но когда Константин неожиданно обнял Светлану за талию и привлек к себе, все страхи и сомнения тут же рассеялись. Она поняла, что безнадежно влюбилась в соседа Тамары Ивановны и не сможет теперь жить вдали от него. Света охотно приняла его объятья.

— Не уезжай, — шептал Константин, обжигая кожу женщины горячим, прерывистым дыханием.

Светлана понимала, что, как бы сильно ни хотела остаться с любимым мужчиной в его маленьком, уютном раю, она не сможет так просто бросить всё, что у нее было до встречи с ним.

— Меня ждет моя работа в городе, — дрожащим голосом прошептала она, прижимаясь к Константину всем телом.

— Тогда я поеду за тобой хоть на край света. Я не смогу без тебя. Я буду рядом, только позови.

Светлана, ни секунды не раздумывая, позвала с собой мужчину, без которого уже не представляла свою жизнь. Он переехал к ней в квартиру. К тому времени у Светы уже был развод с Денисом и они с Костей подали заявление в ЗАГС. Трепетные чувства поразительным образом преобразили женщину. Теперь она лучилась счастьем, которое чувствовалось в каждом ее слове, взгляде, жесте. Светлана расцвела, словно цветок, который после долгой засухи, наконец, насытился теплым дождем. Сын и невестка искренне радовались изменениям, происходившим со Светланой. Они благодарили Тамару Ивановну, которая мягко и деликатно свела две одинокие души, так нуждавшиеся в любви и нежности. Каждые выходные Света и Константин проводили в деревне и всегда навещали пожилую женщину, приезжая к ней с подарками.

Год спустя, прошлое неожиданно напомнило о себе. Случилось это солнечным субботним утром, когда супруги, как обычно, собирались поехать в деревню на выходные. Константин был в магазине. Когда внезапно раздался звонок в дверь, Светлана поспешила открыть, решив, что муж забыл взять с собой ключи. Она оторопела от неожиданности, увидев на пороге Дениса с годовалым мальчиком.

— Денис?! – всплеснула Светлана руками, – Ты что здесь делаешь?

— Здравствуй, Света, — робко произнес мужчина, — Впустишь меня?

— Денис, зачем ты пришел? Мне казалось, что между нами все давно кончено.

— Светка, ты же всегда понимала меня лучше всех, великодушно прощала все мои ошибки. Прости же меня и сейчас. Я ведь знаю, что ты меня любишь. Я пришел попросить у тебя еще один шанс. Давай начнем все с чистого листа.

От бывшего мужа Светлана узнала о том, что женщина, к которой он ушел, оставила его с годовалым ребенком на руках и сбежала с молодым и перспективным. Денис вынужден был заботиться о малыше и платить за аренду квартиры, в которой они жили. Света понимала, что бывший муж ищет легкий путь, что вовсе не любовь привела его к порогу квартиры, в которой и он раньше жил.

— Денис, у меня теперь другая семья, муж, которого я люблю. Мне жаль твоего сына, но я ничем помочь не смогу. О твоем возвращении не может быть и речи. Тебе следует понять, что отныне я живу своей жизнью, в которой для тебя места нет. Уходи, пожалуйста. Свой выбор ты уже сделал.

— Муж?! Семья?! Ты не могла так быстро выйти замуж! Ты любила меня… – с недоверием покачал головой растерянный мужчина, а затем громко рассмеялся.

Не успела Светлана что-то ответить, как на пороге появился вернувшийся из магазина Константин. Он вопросительно посмотрел сначала на жену, а потом Дениса, который в этот момент все понял.

— Милая, я не нашел торт, по дороге заедем в супермаркет. А у нас гости?

— Человек ошибся дверью и уже уходит, — невозмутимо ответила женщина и, вежливо попрощавшись с Денисом, вернулась на кухню вместе с мужем.

Бывший муж был вынужден признать поражение и уйти. Он уходил, горько жалея о том, что сделал год назад. Светлана мысленно благодарила бывшего мужа за то, что тот бросил ее. Только встретив Константина, она поняла, что рядом с Денисом ее держала привычка, а не любовь. Они были совершенно разными людьми. Светлана крепко обняла Константина, чувствуя, что нашла свое настоящее счастье.