Тимур то и дело поглядывал на часы. Он заказал столик в “Белом рояле” – самом дорогом ресторане Свердловска. Алиса опаздывала уже на десять минут, а от этого у него всегда портилось настроение.
Пунктуальность – одно из главных качеств, которые Тимур ценил в людях.
Молодой человек вздохнул, в очередной раз пролистывая меню, хотя прекрасно знал, что закажет.
Из-за накопившейся усталости и недавнего разговора с отцом мысли путались. И вот, когда он уже решил набрать Алису, дверь ресторана распахнулась.
– Любимый! Прости за опоздание! – девушка подлетела к столику, словно маленький вихрь в светло-голубом платье, подчеркивающем её стройную фигуру.
Она наклонилась и легко поцеловала Тимура. От неё пахло весенними цветами и чем-то таким родным, что вся его досада мгновенно улетучилась.
– Ты же знаешь, как я не люблю ждать, – попытался он сохранить строгий вид, но губы сами растянулись в улыбке. Невозможно было сердиться на эту девушку.
– Зато я, – Алиса игриво стрельнула глазами, – обожаю, когда такой красивый мужчина ждёт меня в ресторане. Представляешь, на светофоре застряла. Потом какая-то бабуля перебегала дорогу так медленно, что я чуть с ума не сошла!
Тимур рассмеялся:
– Я тебя знаю, наверняка полчаса макияж наводила.
– Ты что! – она притворно возмутилась. – Всего двадцать пять минут!
Молодой человек не мог оторвать от неё глаз. Каштановые волосы мягкими волнами спадали на плечи, голубые глаза сияли, а ямочки на щеках делали улыбку особенно очаровательной.
Каждый раз, глядя на возлюбленную, он не мог поверить своему счастью. Два года назад они встретились, полтора – были вместе, год – как помолвлены. И вот теперь…
– За встречу? – Тимур поднял бокал с шампанским.
– За нас, – Алиса улыбнулась. В её глазах промелькнуло что-то такое, отчего у него внутри всё перевернулось.
Они сделали заказ и непринужденно болтали о прошедшем дне. Девушка, как всегда, оживленно рассказывала о своей работе в клинике, о смешном случае с маленьким пациентом, о том, как главврач опять хвалил её, называя “золотой медсестрой”.
– А у тебя что нового на работе? Проект с отцом движется? – спросила она, отправляя в рот кусочек лосося.
– Нормально, – пожал плечами Тимур. – Всё идёт по плану, но сроки, как обычно, горят.
Алиса кивнула и вдруг, словно между делом, спросила:
– Кстати, о сроках… Когда мы всё-таки назначим точную дату свадьбы?
Молодой человек замер. Вот оно. Опять.
– Алис, мы же говорили. Как только закончим с отцом проект…
– Да-да-да, я помню, – она нетерпеливо махнула рукой. – Но это уже длится полгода! Тимур, я не хочу больше ждать. Мы с тобой уже год как помолвлены. Чего ты тянешь?
– Я не тяну. Просто сейчас не самое подходящее время.
– А когда оно наступит, это “подходящее время”? Когда мне будет пятьдесят? Я хочу быть твоей женой, понимаешь? Не подругой, не невестой – женой!
– Алиса, у меня сейчас столько работы, что я головы не поднимаю…
– Ой, да ладно! Как будто для свадьбы тебе нужно будет делать больше, чем просто приехать в назначенное время в назначенное место!
– Дело не в этом, – Тимур начал злиться. – Я хочу, чтобы всё было идеально.
– Я тоже! – воскликнула девушка. – И знаешь, что будет идеально? Свадьба на острове! Мы говорили об этом. Я уже даже каталоги смотрела. Мальдивы, Бали, Сейшелы – выбирай любой! Там всё организуют, нам только нужно приехать.
– Опять эта свадьба на острове! Тебе так нужен шик и блеск? Или просто хочешь, чтобы все знакомые умерли от зависти?
Алиса резко отодвинула тарелку:
– Вот значит как? Ты считаешь, что я с тобой из-за денег? Что мне нужна только роскошная свадьба?
– А разве нет? – слова вылетели прежде, чем он успел их остановить. – Все эти разговоры о свадьбе, о поездках, о том, что ты хочешь посетить… Никогда не слышу, что ты просто хочешь быть со мной!
– Ты невыносим! – глаза девушки наполнились слезами. – Я просто хочу быть твоей женой! А ты придумываешь какие-то глупые отговорки! Не хочешь жениться, так и скажи!
– Я не придумываю! – Тимур повысил голос так, что несколько посетителей повернулись в их сторону. – Почему ты постоянно давишь на меня?
– Потому что я люблю тебя, глупый! Но ты этого не понимаешь! А может тебе это просто не нужно!
Молодой человек резко поднялся и бросил на стол несколько крупных купюр:
– Знаешь что? Я не буду это обсуждать сейчас. Не буду позориться перед людьми! Звони, когда успокоишься.
Он быстрым шагом направился к выходу, игнорируя растерянный взгляд официанта и приглушённые всхлипы Алисы за спиной.
***
Тимур мчался по вечернему городу, значительно превышая скорость.
BMW последней модели плавно вписывался в повороты. Он включил музыку на полную громкость, пытаясь перекрыть собственные мысли, но это не помогало.
Почему с Алисой всё стало так сложно? Когда они только познакомились, всё было совсем иначе. Он вспомнил день их первой встречи.
Тогда он зашёл в отцовскую клинику за какими-то документами. Сергей Петрович Воронцов — один из ведущих кардиологов страны и владелец сети частных медицинских центров — никогда не разделял работу и семейные вопросы.
“Бизнес должен оставаться в семье,” — любил повторять он.
Тимур, единственный сын и наследник, с детства был окружён не только родительской заботой, но и особым вниманием всех вокруг.
В школе, в университете, на работе… везде к нему относились иначе, чем к остальным.
К двадцати пяти он уже успел устать от девушек, которые видели в нём лишь кошелёк и положение. Длинноногие модели, амбициозные бизнес-леди, светские львицы. Все они, казалось, носили одинаковые маски, скрывая за улыбками расчетливый взгляд.
А потом он встретил Алису.
тот день она стояла у стойки регистрации, заполняя какие-то документы. Простая белая форма медсестры, волосы, собранные в аккуратный хвост, ничего лишнего. Когда она подняла глаза и улыбнулась ему, Тимур почувствовал, как внутри что-то перевернулось. В её взгляде не было ни тени фальши — только искренняя теплота и какой-то особенный свет.
Он нашёл повод заговорить с ней, затем пригласил на кофе, а после на ужин…
Алиса оказалась непохожей на всех девушек, что он встречал раньше. Выросла в самой обычной семье, подрабатывала с шестнадцати, сама тянула оплату учёбы. Тимура зацепило в ней всё – и эта какая-то нетронутая естественность, и живой юмор, и то, что она никогда не пыталась кем-то казаться. Совсем не такая, как девушки из его мира.
Мама Елена Андреевна сразу приняла Алису.
“Она настоящая, сынок. Держись за нее крепче”, — сказала женщина после первого знакомства. С того дня она называла Алису не иначе как “моя дочка”, даже когда они с Тимуром только начинали встречаться.
А вот отец… Сергей Петрович никогда не высказывался плохо о девушке сына. Более того, он ценил её как сотрудницу и всегда хвалил её профессионализм.
Но каждый раз, когда парень говорил о серьезных планах на будущее с ней, во взгляде отца появлялось что-то странное.
“Она хорошая девушка, Тимур, но… не для тебя”, — однажды сказал он. И эта фраза застряла у молодого человека в голове, порождая сомнения.
Может, отец видел то, чего не замечал он сам? Может, Алиса всё-таки была как все? Просто лучше других умела скрывать свои истинные мотивы.
Такие мысли особенно усиливались в ситуациях вроде сегодняшней. Когда она снова поднимала тему свадьбы, описывала, какой размах нужен церемонии, Тимур невольно вспоминал своих бывших. Все они хотели пышное торжество, драгоценные подарки, престижный статус жены богатого наследника.
– Проклятье! – вырвалось у него, когда машина резко остановилась на красный свет.
Он любил Алису, без сомнений. Но сегодня она задела его так глубоко, что впервые он всерьез рассматривал возможность разрыва. Как бы сильно сердце ни тянулось к ней, он не позволит никому использовать себя или свои возможности – даже ей.
***
Домой молодой человек вернулся около полуночи. Не включая свет в прихожей, он скинул ботинки и прошел в гостиную. К своему удивлению, там он обнаружил отца с бокалом виски, задумчиво смотрящего телевизор.
– Ты чего не спишь? – спросил Тимур, плюхаюсь в кресло напротив.
Сергей Петрович внимательно посмотрел на сына:
– Ждал тебя. Мать позвонила Алисе, хотела вас на выходные пригласить, а та в слезах… Что случилось?
– Ничего особенного. Просто поссорились немного.
– Из-за чего?
– Пап, давай не сейчас, а? – сын потёр переносицу. – Я устал, голова раскалывается.
Отец не ответил, лишь молча плеснул виски в соседний бокал и протянул Тимуру:
– Выпей. Легче станет.
Парень благодарно кивнул и сделал глоток. Горячая жидкость обожгла горло, но действительно немного притупила напряжение.
– Знаешь, – внезапно заговорил Сергей Петрович, – когда я встретил твою мать, мои родители были против.
– Серьёзно? Никогда об этом не слышал.
– Не всем нравится вспоминать свои ошибки, – усмехнулся отец. – Они считали, что она слишком простая для меня. Что медсестра из провинции не пара для подающего надежды кардиолога из именитой семьи.
– И что ты сделал?
– Не стал их слушать. И это было лучшее решение в моей жизни.
Они помолчали. Тимур знал, что отец не просто так заговорил об этом.
– Ты поссорился с Алисой из-за свадьбы? – напрямую спросил Сергей Петрович.
Молодой человек вздохнул и откинулся на спинку кресла:
– Она опять давила на меня. Когда свадьба, почему я тяну, почему не назначаем дату. И эта её навязчивая идея со свадьбой на островах! Как будто ей просто нужен шикарный праздник и статус моей жены.
– А ты в этом уверен?
– Нет, – честно признался Тимур. – Просто иногда мне кажется… не знаю. Ты сам всегда странно реагируешь, когда я говорю о нашей свадьбе. Как будто что-то скрываешь от меня.
Сергей Петрович долго смотрел на сына, словно взвешивая что-то в своих мыслях. Потом решительно поставил бокал и поднялся:
– Подожди здесь.
Он быстрым шагом направился к своему кабинету. Тимур в недоумении допил виски. Что-то странное происходило с отцом. Обычно спокойный и рассудительный, сейчас он казался… взволнованным?
***
Через несколько минут мужчина вернулся и протянул Тимуру маленькую черную флэшку:
– Здесь вся правда о твоей невесте.
Молодой человек растерянно посмотрел на флэшку в своей ладони:
– Что это, пап? Какая правда? Ты следил за ней?
– Нет, – отец покачал головой и сел обратно в кресло. – Просто посмотри. И… прости, что не сказал раньше.
С тревожно бьющимся сердцем Тимур включил ноутбук, стоявший на журнальном столике, и вставил флэшку. Открыв единственную папку, он увидел медицинские документы со штампом клиники отца.
Эпикриз, кардиограммы, результаты анализов, заключения специалистов.
– Что это? – пробормотал сын, просматривая файлы один за другим, пока не наткнулся на основной диагноз.
Врожденный порок сердца. Осложненная форма. Прогрессирующее ухудшение. Необходима операция.
– Это… это Алиса? – он поднял растерянный взгляд на отца.
Сергей Петрович кивнул:
– Она мой пациент уже больше пяти лет. Поэтому и устроилась в клинику… чтобы быть под постоянным наблюдением.
– Но почему она мне ничего не сказала? Почему ТЫ мне ничего не сказал?!
– Врачебная тайна. Она запретила мне говорить тебе. Сказала, что справится сама.
– Справится? – Тимур почувствовал, как по спине пробежал холодок. – Тут написано… Боже, тут написано, что болезнь прогрессирует! Что операция только отсрочит…
Он не смог закончить. В горле встал ком.
– Да, – тихо ответил мужчина. – Её прогноз… неблагоприятный. Мы делаем всё возможное, но с такой патологией…
– Сколько? Сколько ей осталось?
– Если не сделать операцию в ближайшие полгода – от силы год, – отец смотрел прямо, не отводя глаз. – Но даже с операцией гарантий нет. Это сложная процедура, и я бы дал не больше пяти лет в лучшем случае.
Тимур сидел, не двигаясь. Всё встало на свои места. Её настойчивость со свадьбой, желание не откладывать, мечты о путешествиях… Она просто хотела успеть пожить, пока есть время.
– И ты об этом давно знал? Каждый раз, когда я говорил о ней, о наших планах, ты знал, что она… – сын не смог произнести это вслух.
– Знал. И не имел права сказать. Я пытался намекать, что-то советовать, но… Алиса умоляла меня молчать. Она боялась, что ты будешь с ней из жалости.
– Из жалости?! – молодой человек вскочил с кресла. – Я люблю её, чёрт возьми! А она мне не доверяет!
– Она хотела защитить тебя.
– От чего? От любви? От возможности быть рядом, пока… пока не стало слишком поздно?
Парень схватил ключи от машины и бросился к выходу.
– Куда ты? – окликнул его отец.
– К ней, – бросил Тимур через плечо. – И можешь не ждать нас на ужин в воскресенье. Мы будем заняты организацией свадьбы.
***
Машину Тимур вел как сумасшедший, нарушая все мыслимые правила. В голове стучала одна мысль: “Только бы успеть”. Только сейчас эта фраза ударила его совсем другим, жутким смыслом.
Притормозив возле её дома, он увидел свет в окнах. Выпрыгнул из машины, даже не потрудившись закрыть дверь, и бросился к подъезду. Вдавил кнопку звонка с такой силой, что чуть не сломал её.
– Кто там? – раздался осипший голос. Очевидно, девушка плакала.
– Это я. Открывай.
Дверь распахнулась почти мгновенно. На пороге стояла Алиса. В растянутой футболке, с опухшими от слез глазами, но всё равно такая красивая, что у него перехватило дыхание.
– Тимур? Что ты…
Он не стал слушать дальше. Сделал шаг к ней и стиснул в объятиях так крепко, будто она могла раствориться в воздухе в любую секунду.
— Ты почему молчала? Почему, Алиса?
Она напряглась в его руках и с непониманием спросила:
– О чём ты?
– О твоём сердце, – Тимур отстранился, чтобы видеть её лицо. – Отец показал мне твою медкарту.
– Он не имел права…
– Имел. Как отец, он имел право не позволить мне потерять самое дорогое, что есть в моей жизни, из-за какого-то глупого недопонимания.
– Я не хотела, чтобы ты знал. Не хотела быть обузой. Ты и так слишком много для меня делаешь.
– Посмотри на меня, – Тимур взял её за подбородок, заставляя поднять взгляд. – Я люблю тебя. Не твое здоровье, не твое тело – тебя. И ничто не изменит этого. Ни болезнь, ни что угодно ещё.
– Но я умру, Тимур, – она произнесла это так просто, что у него оборвалось сердце. – Может через год, может через пять лет после операции. Но я умру раньше, чем ты. Намного раньше. Я не могу просить тебя связать свою жизнь с…
– Ты ничего не просишь. Это я прошу тебя. Выходи за меня замуж. Не через полгода, не после проекта – сейчас. На следующей неделе. И да, на твоем чертовом острове. На любом, который ты выберешь.
Слёзы покатились по щекам девушки:
– Ты не понимаешь…
– Нет, это ты не понимаешь. Мне всё равно, сколько нам отмерено времени – год, пять лет или пятьдесят. Я хочу провести его с тобой. Каждую минуту. И я найду лучших врачей, мы будем бороться, мы…
– Твой отец и есть лучший врач, – слабо улыбнулась Алиса. – Если бы не он, меня бы уже не было. Но некоторые вещи нельзя изменить, Тимур. Это моя судьба.
– Наша судьба, – поправил молодой человек. – И я не собираюсь сдаваться. Мы поедем в Германию, в Израиль, в Америку… куда угодно. Найдём способ.
– А если нет? – она вглядывалась в его лицо, словно искала ответ на какой-то невысказанный вопрос.
– Тогда мы проживем то, что нам отмерено, так, чтобы не о чем было жалеть. Вместе. Как муж и жена.
Алиса закрыла глаза. По её щекам катились слёзы, но на губах играла лёгкая улыбка.
– Поэтому я и хотела свадьбу на острове. Знаешь, в детстве я мечтала увидеть океан. Настоящий, бескрайний. Говорят, он заставляет чувствовать себя вечным…
– Ты увидишь его, – пообещал Тимур. – Все океаны мира. Но сначала ответь на мой вопрос. Ты выйдешь за меня? По-настоящему? Не из жалости, не из страха? А просто потому что любишь?
Она распахнула глаза и одарила его той самой улыбкой, которая когда-то перевернула всю его жизнь:
– Да. Я хочу быть твоей женой. Неважно, на сколько дней или лет. Просто быть твоей.
Тимур нежно поцеловал её, чувствуя, как в груди разливается тепло. Что бы ни ждало их впереди, они встретят это вместе.
***
– А что насчет операции? Тебе отец что-то сказал? – вдруг спросил Алиса.
– Она необходима в ближайшие полгода. Но мы не будем ждать. Я завтра же займусь организацией. Найду лучшую клинику, лучших врачей…
– И это снова будет стоить тебе кучу денег.
– Мне плевать на деньги! – он почти выкрикнул эти слова, затем глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться. – Прости. Просто… пожалуйста, не думай так. Всё, что у меня есть – твое. Без всяких условий.
Девушка кивнула, её глаза снова наполнились слезами, но она улыбалась:
– Знаешь, всю жизнь я старалась быть самостоятельной. После смерти родителей я привыкла справляться со всем сама. А теперь мне странно думать, что можно на кого-то положиться.
– Тебе придется привыкнуть. Потому что я никуда не денусь. И мама моя тоже, кстати. Она тебя очень любит.
– И твой отец, – добавила Алиса. – Он столько для меня сделал. Хоть и строгий иногда до ужаса.
***
До самого утра они говорили о её диагнозе, о свадьбе, о том, что ждёт их впереди — сколько бы времени им ни отмерила судьба.
Алиса уснула на его плече, когда первый свет пробился в комнату. Тимур поднял её на руки и бережно перенёс в кровать.
— Подожди немного, — прошептал он спящей девушке.
Выйдя и прикрыв дверь, он вытащил телефон и набрал отца.
– Пап, это я, – сказал он, когда Сергей Петрович ответил. – Спасибо тебе. За всё.
– Ты с ней поговорил? – голос мужчины звучал обеспокоенно.
– Да. И мы решили пожениться. Через неделю.
На другом конце провода раздался глубокий вздох:
– Тимур, ты уверен? Это не просто болезнь, это…
– Я знаю, что это, пап! И я ещё никогда ни в чём не был так уверен. Я люблю её. Всю – с её больным сердцем, упрямством и безумными идеями о свадьбе на острове.
– Что ж… Тогда поздравляю. И… я горжусь тобой, сын.
– Спасибо, пап. И ещё одно. Я хочу, чтобы ты помог организовать её лечение. Лучшее, что только возможно. Деньги не имеют значения.
– Я уже составил список клиник и специалистов, – ответил отец. – Заеду сегодня, обсудим детали.
***
Закончив звонок, Тимур вернулся в спальню и опустился на краешек постели. Она спала так тихо, так безмятежно. Он взял её руку.
Что-то было не так. Что-то в её неподвижности. Беспокойство, сперва лёгкое, начало разрастаться внутри.
— Алиса? — он слегка сжал её пальцы.
Молчание. Ни движения. На губах застыла улыбка — словно ей снилось что-то светлое.
— Алиса! — он тряхнул её за плечи, пытаясь разбудить.
Ничего.
Пальцы дрожали, когда он искал пульс на её шее. Пусто. И только сейчас он понял, какой холодной была рука, которую он держал.
— Нет-нет-нет… — шептал он, хватая телефон. — Только не это, пожалуйста…
Всё было бесполезно. Скорая, вызванная ослабевшими от шока пальцами, прибыла через двенадцать минут. Врач лишь констатировал то, что Тимур уже знал: Алиса умерла во сне от остановки сердца.
Врожденный порок. Тот, что должен был отнять её через год, забрал её сейчас, когда она наконец-то была счастлива. Когда перед ней раскрылось будущее, полное надежды, любви и планов.
Сергей Петрович, примчавшийся после звонка сына, крепко обнял его, пока медики заполняли документы.
– Она знала, – тихо сказал он. – Последние анализы… Она должна была понимать, что это может случиться в любой момент.
– Почему она не сказала мне? – прошептал Тимур безжизненным голосом. – Почему?
Молодой человек вернулся к постели и опустился на колени рядом с телом Алисы. На её лице всё ещё оставалась та самая безмятежная улыбка, с которой она уснула.
“Я не знаю, сколько нам отмерено”, – вспомнил он свои мысли, когда вернулся в спальню. Теперь он знал ответ. У них было всего несколько часов счастья после того, как наконец открылась вся правда.
Алиса так и не увидела океан. Но, может быть, там, куда она ушла, были воды гораздо более бескрайние, чем все земные моря.
