Решив сделать мужу сюрприз, Татьяна приехала от матери на три часа раньше. Открыв дверь квартиры, она не смогла сдержать слёз.
Татьяна смотрела в окно электрички и вспоминала маму. Три дня провела у неё поила куриным бульоном, давала таблетки. Температура спала только вчера.
Останься ещё на денёк, уговаривала мать утром.
Дима один дома, мам. Наверное, уже сухомяткой питается.
Теперь сидя в вагоне, Татьяна жалела, что не послушалась. Но Дмитрий звонил каждый вечер, спрашивал про здоровье мамы, жаловался, что холодильник пуст. Голос у него был какой-то странный. Уставший.
Скучаю, пробормотал он прошлой ночью.
Татьяна тогда улыбнулась. Тридцать лет вместе, а он всё ещё скучает. Хороший мужик попался.
Электричка покачивалась. Женщина напротив щёлкала семечки и читала любовный роман. На обложке стройная девушка обнимала брюнета в пиджаке. Татьяна мельком глянула на своё отражение в стекле. Морщинки, седина у корней. Когда успела так состариться?
К мужу едете? поинтересовалась попутчица.
Да, домой.
А я к любовнику, хихикнула та. Муж думает, что у подруги.
Татьяна покраснела и отвернулась. Как можно так запросто об этом говорить?
Телефон дрогнул в руке.
“Как дела? Когда приедешь?” написал Дмитрий.
Татьяна взглянула на время. До дома ещё три часа. Хотела ответить честно, но передумала. Пусть будет сюрприз. Приедет, ужин приготовит. Обрадуется.
“Завтра утром. Тоже скучаю”, отправила она.
Дмитрий тут же поставил сердечко.
За окном мелькали дачные посёлки. Татьяна достала из сумки термос с чаем. Мама настояла, чтобы взяла, ещё и бутерброды впихнула. Вечно кормит, будто она не взрослая женщина, а первоклассница.
Ты совсем исхудала, дочка. Наверное, твой Дима не следит, чтобы ты нормально ела.
Мам, мне пятьдесят пять уже.
А мне что? Ты для меня всегда ребёнок.
Татьяна жевала бутерброд с докторской и думала о матери. Одна живёт в той самой хрущёвке, где Татьяна выросла. Отец умер шесть лет назад. Мать наотрез отказывается переезжать к ним.
Вам со своим житьём и так тесно, отмахивается всегда. Нечего старуху под ногами держать.
Хотя кто бы мешал? Татьяна всю жизнь только и делала, что о ком-то заботилась. Сначала родители, потом Дмитрий, дети. Работала в детсаду воспитателем, но после рождения Алёши ушла в декрет. Потом появилась Катя. А потом так и осталась домохозяйкой.
Зачем тебе работа? говорил Дмитрий. Я и так нормально зарабатываю. Сиди дома, занимайся хозяйством.
Занималась. Тридцать лет занималась. Готовила, стирала, убирала. Детей в кружки возила. Диме рубашки гладила, пуговицы пришивала.
Дети выросли, разлетелись. Алёша в Питере осел, женился. Катя замужем, уже внучку родила. Теперь и сама Татьяна бабушкой стала.
А что дальше?
Электричка замедляла ход. Татьяна собрала вещи, попрощалась с попутчицей. На перроне было шумно, народ толпился у остановки. До дома на автобусе сорок минут.
Ехала и представляла, как Дима удивится. Он-то ждёт её завтра утром, а она вот уже сегодня! Зайдёт в “Пятёрочку” по пути, купит продуктов. Мяса свежего, картошечки. Приготовит ужин, стол накроет.
В магазине набрала полные сумки. Кассирша улыбнулась:
Гостей ждёте?
Да нет, просто мужа хочется порадовать.
Пакеты оказались тяжёлыми. До подъезда еле донесла. В лифте отдышалась. Ключи искала вечность всё в сумочке перерыла.
Наконец открыла дверь.
Дима, это я! крикнула. Приехала!
Тишина. Наверное, спит. Уже поздно, почти одиннадцать.
Татьяна поставила пакеты и сняла пальто. В квартире горел свет. Странно. Дмитрий всегда спал в темноте.
Пошла вешать пальто в шкаф и замерла. У порога стояли туфли. Женские. Красные, на шпильке. Дорогие такие, блестящие.
Дима? позвала тише.
Сердце заколотилось. Может, это Катины? У дочери есть ключи. Хотя почему бы она не предупредила?
Из кухни донёсся смех. Женский смех.
Татьяна застыла. Это точно не Катя. Голос чужой.
Дмитрий, ну ты комедиант! говорила незнакомка.
Таня только завтра приедет. Успеем всё убрать, отвечал муж.
Татьяна прислонилась к стене. Ноги подкосились. Что происходит? Кто эта женщина? О чём они?
А если раньше вернётся? спросила та.
Не вернётся. Она всегда точна как швейцарские часы. Если сказала завтра утром, значит завтра.
Они снова засмеялись. Татьяна закрыла глаза. Дышать стало трудно.
Тихо прошла по коридору к кухне. Дверь была приоткрыта. Заглянула.
За столом сидел Дмитрий в майке и спортивных штанах. Волосы взъерошены, лицо довольное. Напротив молодая женщина лет тридцати. Брюнетка, яркая. На ней её, Татьянин, халат.
На столе две рюмки, селёдка под шубой, огурцы солёные. Дмитрий держал женщину за руку.
Ира, ты просто чудо, говорил он шёпотом.
Ира? Кто такая Ира?
А твоя жена? Ты же говорил, что любишь её, кокетливо наклонила голову незнакомка.
Люблю. Но это другое. С тобой я чувствую себя живым.
Татьяна вцепилась в дверной косяк. В глазах потемнело. Тридцать лет брака. Тридцать лет она верила, заботилась, терпела. А он
Дима прошептала.
Они резко обернулись. Дмитрий побелел, рот открыл. Женщина вскочила, поправила халат.
Таня? Ты же ты же завтра забормотал муж.
Кто это? Татьяна трясущейся рукой указала на брюнетку.
Это Ирина. Коллега. С работы.
Коллега? Татьяна окинула взглядом женщину в своём халате. Коллега в моём халате?
Знаешь, я лучше пойду, Ира рванула к двери. Дмитрий, созвонимся.
Стой! крикнула Татьяна. Никуда не уходи! Объясните мне, что здесь происходит!
Ира замерла. На лице читалась вина, но не слишком глубокая.
Мы просто разговаривали, сказала она. Дмитрий мне помог с отчётом.
С отчётом? Татьяна засмеялась истерично. В два часа ночи? В моём халате?
Таня, успокойся, Дмитрий встал. Всё не так, как кажется. Ира попросила помочь с работой, я зашёл к ней. Потом она угостила меня чаем
Чаем? Татьяна ткнула пальцем в рюмки. Это чай?
Ну, немного выпили
Мой халат надела! В моей квартире! За моим столом! Пока я мать больную выхаживала!
Дмитрий сделал шаг вперёд.
Таня, не кричи. Соседи услышат.
Соседи? Татьяна отпрянула. Ты о соседях беспокоишься? А обо мне думал, когда эту эту
Ничего не было! Дмитрий схватил её за плечи. Клянусь, ничего!
Татьяна посмотрела ему в глаза. Там читались паника, страх. И враньё. После тридцати лет совместной жизни она научилась его читать как открытую книгу.
Отпусти, прошептала.
Таня
Я сказала ОТПУСТИ!
Дмитрий разжал руки. Они дрожали.
Я пойду, пробормотала Ира и рванула к выходу.
Стой! рявкнула Татьяна. Халат сначала сними!
Таня, при мне что ли? Дмитрий попытался встать между ними.
А что, стесняешься? Татьяна толкнула мужа. Не стеснялся же, когда в моём халате её угощал!
Ира скинула халат и швырнула на стул. Под ним оказались узкие джинсы и топ.
Извините, бросила она и выбежала.
Дверь хлопнула.
Татьяна опустилась на стул и закрыла лицо руками. Слёз не было. Была пустота. Огромная чёрная дыра на месте сердца.
Таня, давай поговорим спокойно, Дмитрий сел рядом. Я всё объясню.
Объясняй.
Ира действительно попросила помочь с отчётом. Я зашёл к ней, помог. Она предложила выпить за хорошую работу.
В девять вечера?
Ну засиделись
До двух ночи? Татьяна резко подняла голову. Четыре часа “отчёт” делали?
Дмитрий молчал. Лицо красное, потное.
Дима, я не дура, сказала Татьяна тихо. Тридцать лет вместе. Вижу, когда ты врёшь.
Да ничего не было! Мы просто поговорили! Она одинокая, ей не с кем словом перемолвиться!
А тебе со мной не о чем поговорить?
С тобой мы про быт говорим. Про внучку, про твою маму. А с ней с ней о чём-то другом.
Татьяна встала. В груди горело.
О другом? переспросила. А я что, не человек? Я что, мебель кухонная?
Не так выразился
Как выразился? КАК?! Татьяна ударила кулаком по столу. Я тридцать лет домом занималась! Ради тебя! Ради детей! Карьеру закопала! А ты говоришь, со мной неинтересно!
Таня, успокойся
Не успокоюсь! Она металась по кухне, как тигрица в клетке. Рубашки тебе глажу, борщи варю, квартиру убираю! А ты с коллегами “о другом” беседуешь!
Одна коллега
Одна? Прямо сейчас одна? Татьяна остановилась. А сколько их было до неё?
Никого не было!
Врёшь! Она вплотную подошла к нему. Сколько раз задерживался на “работе”? Сколько “совещаний” было? Сколько “корпоративов”?
Это была работа!
Работа? Как сегодня с Ирой “работа” была?
Дмитрий опустил голову.
Таня, я тебя люблю. Честно. Ты самая родная.
Родная? Татьяна засмеялась. Как старая тапочка родная?
Не говори так
А как говорить? КАК?! Слёзы хлынули ручьём. Я всю жизнь тебе отдала! Всю! А ты что? Молодых ищешь?
Не ищу! Ира сама
Сама что? Сама в халат мой залезла? Сама тебя за руку взяла? Сама рюмки на стол поставила?
Дмитрий молчал.
Отвечай! закричала Татьяна. САМА?
Ну обоюдно всё было
Обоюдно! Татьяна схватилась за грудь. Значит, ты тоже хотел! Значит, ты её
Таня, не надо
Надо! Сколько это длится? СКОЛЬКО?
Месяца три
Три месяца! Татьяна плюхнулась на пол. Три месяца ты мне в глаза смотрел, целовал на ночь, говорил, что любишь! А сам с ней
Редко виделись!
Редко? То есть всё-таки виделись! Татьяна поползла к двери. Всё! Всё кончено!
Куда ты?
Не твоё дело! Лишь бы подальше от тебя!
Она встала и пошла в прихожую. Дмитрий побежал следом.
Таня, останься! Давай утром поговорим! На свежую голову!
На свежую голову? Татьяна натягивала пальто. Мне теперь всю жизнь на свежую голову думать!
Не уходи, прошу!
Она обернулась. Дмитрий стоял в потрёпанных трусах и майке. Лысеющий, с пивным животиком. Жалкий.
Знаешь что? сказала она. Иди к своей Ире. “О другом” поговорите.
Татьяна хлопнула дверью и побежала по лестнице. Лифтом пользоваться не стала боялась, что Дмитрий догонит.
На улице было холодно. Куда идти? К Кате не поедешь внучку разбудишь. К маме далеко, последняя электричка ушла.
Вспомнила про подругу Ольгу. Живёт в соседнем квартале. Позвонила.
Тань? Ты чего в три ночи? сонный голос Ольги.
Оль, можно к тебе? Очень надо.
Конечно. Что случилось?
Расскажу потом.
Ехала на такси и думала. Тридцать лет. Вся жизнь. А что осталось? Пустота. И предательство.
Ольга открыла дверь в мятом халате.
Садись, чайник поставлю. Говори.
Татьяна выложила всё. Ольга слушала, качала головой.
Козёл, резюмировала она. Все они козлы.
Оль, я не знаю, что делать.
А что тут думать? Разводись и всё.
Но мы столько лет вместе
Именно поэтому он и считает, что ты всё стерпишь.
Ночь не спала. Лежала на Ольгином диване и вспоминала. Как познакомились в институте. Как Дима на первом свидании цветы подарил. Как детей рожала. Как он всё чаще задерживался на работе.
Когда всё пошло не так? Года два назад точно заметила стал холоднее, отстранённее. Она думала, кризис среднего возраста.
А он просто нашёл кого-то моложе.
Утром позвонила Кате.
Мам, что случилось? Папа звонил, ищет тебя.
Скажи папе, что я у тёти Оли. И что мне нужно подумать.
О чём думать?
Потом объясню, дочка.
Дмитрий названивал весь день. Татьяна не брала трубку. Вечером он приехал к Ольге.
Татьяна дома? спросил в дверях.
Дома, Татьяна вышла в прихожую. Что надо?
Поговорить. По-человечески.
Говори.
Таня, я порвал с Ирой. Всё. Больше не увижусь.
Да-да. До следующей Иры.
Не будет следующей! Клянусь!
Татьяна смотрела на него. Усталое лицо, помятая рубашка. Сейчас, наверное, говорит искренне.
Дима, я тут подумала, сказала она тихо. Мне пятьдесят пять. Может, и мне пожить для себя?
Как для себя?
А так. Устроюсь на работу. Мир посмотрю. Подумаю, чего я хочу. А не только о том, чего ты хочешь.
Таня, мы же семья
Семья? Она усмехнулась. Семья это когда двое. А не когда один живёт в своё удовольствие, а второй за ним убирает.
Я исправлюсь!
Знаешь что? Поживём отдельно. Подумаем каждый о своём.
Это развод?
Это пауза. Если поймёшь, что я тебе нужна не только как кухарка и прачка приходи. Если нет Татьяна пожала плечами. Значит, не судьба.
Дмитрий стоял молча. Потом кивнул.
Хорошо. Но я буду бороться за тебя.
Посмотрим.
Он ушёл. Ольга обняла Татьяну.
Молодец. Правильно решила.
Страшно, Оль.
Конечно страшно. Зато честно.
Татьяна подошла к окну. На улице моросил дождь. Новая жизнь начинается. В пятьдесят пять лет. Нелепо, конечно. Но может, и к лучшему.
Завтра пойдёт искать работу. Потом к маме съездит, поговорит по-душам. Давно не разговаривали.
А там видно будет. Может, Дмитрий и правду одумается. А может, она поймёт, что и без него жить можно.
Главное научиться жить и для себя тоже. А не только для других.
Дождь стучал по стеклу. Татьяна улыбнулась. Впервые за сутки.